Разведка. «Иван» наоборот: взаимодействие спецслужб Москвы и Лондона в 1942—1944 гг. - Сергей Брилёв

Кстати, бетон для зданий цехов и жилых кварталов готовили ночью, чтобы днём успеть возвести как можно больше. А чтобы не заснуть, люди работали под живую музыку. На стройплощадке играл духовой оркестр!^[755]

Задуманные строения возводили в стиле конструктивизма, ставшего, как ни крути, визитной карточкой того времени – удивительной эпохи, поразительным образом вобравшей в себя неповторимый энтузиазм нового рабочего класса, помноженный на желание устроиться в городах тех крестьян, которые в процессе «раскулачивания» не были высланы в Сибирь и бежали из деревень от ужасов коллективизации и последовавшего голода. Оставшиеся на свободе так или иначе стремились к лучшему, наращивая поражающие воображение темпы промышленного развития невиданного доселе государства.

Что сегодня трудно объяснить молодым россиянам? И что одновременно является бесспорным для старшего поколения бывших советских людей? Следствием всего этого удивительного исторического замеса стала возможность для Советского Союза оперативно эвакуировать за Урал заводы и фабрики из европейской части страны, которым угрожал захват гитлеровцами. На языке нынешних инвестиционных банкиров это, наверное, называется «мобилизационной экономикой». Тогда же это оказалось залогом победы в войне за национальное выживание – той войне, в начале которой вдруг странно смиренный Сталин обратился к народу как к «братьям и сестрам».

В предвоенном Челябинске «звездой» социалистического, как принято говорить сейчас, «урбанизма» считалось здание Дома культуры ЧТЗ работы советского архитектора-конструктивиста Бурова. ДК и театр ЧТЗ окружили общим сквером – с дорожками, цветниками, ажурными фонарями и гипсовыми статуями. Уже в 1933 г. из центра города к проходной ЧТЗ пустили трамвай (который никак не могли пустить до революции, несмотря на соответствующие предложения купцов аж первой гильдии^[756]), а вскоре по проспекту начали ходить троллейбусы, присланные из самой Москвы.