Вена. История. Легенды. Предания - Сергей Нечаев

Беседа продолжалась довольно долго. Нам было важно знать настроения венцев, поскольку разведка доносила о широких приготовлениях к боям в австрийской столице. Очевидно, нацистские руководители готовили городу участь Будапешта. Доходили до нас также очень неопределенные сведения о якобы имеющем место где-то в недрах венского гарнизона сопротивлении.

Реннер полагал, что девять десятых населения Вены настроено против нацистов, но фашистские репрессии и англо-американские бомбардировки напугали венцев: они чувствуют себя подавленно и не способны к активным действиям. Социал-демократы со своей стороны никаких организованных мер по мобилизации населения на борьбу против гитлеровцев не предпринимали.

Сообщение о встрече с Карлом Реннером было получено в Москве вечером 4 апреля. Мы с А.И. Антоновым поняли, что по этому поводу будут приняты какие-то решения. Как правило, если на фронтах все обстояло хорошо, И.В. Сталин, члены Политбюро, ГКО и правительства, которые обычно собирались на заседания в его кабинете в Кремле, особых вопросов не задавали. Но на этот раз во время доклада обстановки на 3-м Украинском фронте И.В. Сталин, хитро прищурившись, остановился и долго смотрел на “Генштаб”. Удостоверившись, что мы понимаем его мысли и настроение в связи с телеграммой о Реннере, он с довольным выражением лица вновь принялся шагать по ковровой дорожке. Потом, переговорив с членами Политбюро, он продиктовал нам телеграмму Ставки Военному совету 3-го Украинского фронта.

В телеграмме говорилось: 1) Карлу Реннеру оказать доверие; 2) сообщить ему, что ради восстановления демократического режима в Австрии командование советских войск окажет ему поддержку; 3) объяснить Реннеру, что советские войска вступили в пределы Австрии не для захвата ее территории, а для изгнания фашистских оккупантов. Телеграмму подписали И.В. Сталин и А.И. Антонов. Я тут же отнес ее в аппаратную для передачи Ф.И. Толбухину».

После этого, как рассказывает генерал С.М. Штеменко, было решено, что маршал Ф.И. Толбухин обратится к населению Вены с призывом сопротивляться гитлеровцам и не дать им разрушить город, а также от имени Советского правительства передаст заявление о будущем Австрии.

В этом заявлении говорилось:

«Советское правительство не преследует цели приобретения какой-либо части австрийской территории или изменения социального строя Австрии. Советское правительство стоит на точке зрения Московской декларации союзников о независимости Австрии. Оно будет проводить в жизнь эту декларацию. Оно будет содействовать ликвидации режима немецко-фашистских оккупантов и восстановлению в Австрии демократических порядков и учреждений».

В обращении Ф.И. Толбухина к жителям Вены от 6 апреля 1945 года было сказано:

«Красная Армия вступила в пределы Австрии не с целью захвата австрийской территории, а исключительно с целью разгрома вражеских немецко-фашистских войск и освобождения Австрии от немецкой зависимости. Красная Армия воюет с немецкими оккупантами, а не с населением Австрии, которое может спокойно заниматься своим мирным трудом. Ложью являются распускаемые гитлеровцами слухи, якобы Красная Армия уничтожает всех членов национал-социалистической партии. Партия национал-социалистов будет распущена, но рядовые члены национал-социалистической партии не будут тронуты, если проявят лояльность по отношению к советским войскам».

В это время советские войска уже ворвались в юго-западную, а затем юго-восточную часть Вены и завязали там упорные бои. Наступил самый ответственный момент в истории освобождения столицы Австрии.

Эти разъяснения дали результат, и жители Вены, несмотря на все призывы немецкого командования, не только не оказывали сопротивления советским войскам, но и принимали участие в борьбе с гитлеровскими оккупантами.

Генерал вермахта Курт фон Типпельскирх по этому поводу пишет:

«Вена, как и другие города, тоже стала ареной тяжелых уличных боев, но поведение населения, а также отдельных частей, участвовавших в боях за город, было скорее направлено на быстрое окончание боев, чем на сопротивление».

Обо всем происходившем тут же было доложено в ставку Гитлера. Ответ из Берлина не заставил себя ждать.

«Восставших в Вене подавлять самыми жестокими методами».

В начале апреля 1945 года обязанности по руководству ситуацией в Вене были возложены на генерала фон Бюнау, но уже 7 апреля и он был отстранен, передав свои полномочия командиру 2-го танкового корпуса СС. В городе свирепствовал фашистский террор, направленный на подавление движения Сопротивления.

* * *

К 10 апреля немецкие войска в Вене были зажаты с трех сторон. Спустя три дня вооруженное сопротивление гитлеровцев оказалось сломленным, и Вена была освобождена.

Итогами операции стали: разгром одиннадцати танковых дивизий вермахта, 130 000 пленных солдат и офицеров, свыше 1300 уничтоженных танков и самоходных орудий. Советские войска вышли к южным рубежам Германии, обозначив и без того предопределенный крах Третьего рейха.

Советские солдаты и жители Австрии в освобожденной Вене. Апрель 1945 г.

Генерал-майор И.Н. Мошляк, командовавший 62-й гвардейской стрелковой дивизией, вспоминает:

«Вена ликовала. Ее жители высыпали на улицы. На стенах домов были расклеены листы с текстом воззвания командующего 3-м Украинским фронтом Маршала Советского Союза Ф.И. Толбухина […] Толпы жителей Вены стояли перед расклеенными на стенах листами, оживленно обсуждали текст воззвания. Проходившим по улицам колоннам наших воинов горожане приветливо махали руками, многие поднимали сжатый кулак — “Рот фронт!” Для жителей Вены война закончилась, перестали греметь пушки, строчить пулеметы, рваться фаустпатроны. Наши саперные части приступили к наведению переправ через Дунай (все мосты, кроме одного, гитлеровцы взорвали), ремонту трамвайных и железнодорожных путей».

А вот рассказ бывшего разведчика Дунайской флотилии А.А. Чхеидзе:

«Улицы и площади австрийской столицы были запружены народом. Жители тепло относились к советским воинам. Понравилась нам архитектура Вены и ее доброжелательные элегантные жители. Здесь много архитектурных памятников. Мне особенно запомнился величественный собор Святого Стефана.

Австрийцы — народ очень музыкальный. Поэтому из открытого окна часто доносились звуки скрипки или аккордеона.

Навестили мы и могилу Штрауса. От моряков-дунайцев возложили венок талантливому композитору. Долго стояли у его могилы, вспоминая прочитанное о жизни Штрауса, а особенно эпизоды его жизни, известные нам по кинофильму “Большой вальс”.

Познакомились мы и с другой “достопримечательностью” Вены. Близ столицы находился большой концентрационный лагерь. В то время название Маутхаузен еще ничего не говорило нам. Но австрийцы рассказали, сколько советских военнопленных здесь погибло. Особенно потрясло сообщение, что в феврале 1945 года, чувствуя скорую расплату за свои преступления, фашисты вывели на мороз в одном белье группу узников и из пожарных шлангов начали поливать их. Среди военнопленных был и генерал-лейтенант Карбышев, принявший вместе с товарищами страшную смерть».