Гитлеровская Европа против СССР. Неизвестная история второй мировой - Игорь Шумейко

Вообще говоря, литературы о «мистическом, сатанистском рейхе» — море-океан. Единственное отличие: океан, уровень океана — стабилен, принят даже как известная точка отсчета. А литература о «туле-шамбальских нацистах» прирастает практически еженедельно. Логика такая:

«Тайны Рейха, СС, Гиммлера—Бормана» — товар? — Да!

«Оккультизм, мистика, спириты, маги» — товар? — Еще бы!

Значит... «Маги СС, мистика Третьего рейха» будут сверхтовар!

Для всей этой попсы давним, завидным ориентиром, примером попадания в бестселлеры послужила, конечно, вышедшая в 1960 году книга Луи Повеля и Жака Бержье «Утро магов». С их, Повеля—Бержье, легкой руки даже и ученый геополитик Карл Хаусхофер, действительно оказавший влияние на Гитлера времен его заключения в крепости Ландсберг (через Гесса), назначается в маги что-то вроде... «волшебника из страны Оз». А оказанное хаусхоферовское влияние, соответственно, магическим влиянием. Они же, Повель— Бержье, дали и формулу, определение-объяснение силы Гитлера: «Рене Генон плюс танковые дивизии». Ну, Рене Генон — «авторитетный маг», оккультный бренд, и сам лозунг, в общем, вышел доходчивый и хлесткий, похожий на рекламный слоган «Просто добавь воды!».

Итак, жила была вскрыта. А дальше счастливо и... похоже, очень не случайно соединились финансовая привлекательность подобной писанины и некий закадровый политический заказ: вывести Адольфа, Гиммлера, Розенберга и прочих «за скобки» европейской политики, позиционировать их как «магов-недоучек» (помните такую песенку?).

В качестве навигатора в этом «магическом» океане привлечем Дмитрия Жукова, автора прекрасного исследования «Оккультизм в Третьем рейхе». Хотя, честно говоря, работа ему предстояла некоторым образом... ассенизаторская. Каково перечитывать десятки графоманов, списывающих друг у друга по кругу: тамплиеры — Грааль — катары — загадка пирамид — Лох-Несс — Шамбала — Туле (далее со всеми остановками)...

Что ж, воспользуемся результатами работы Жукова.

В «Утре магов», оказывается, пишется еще и следующее:

«23 февраля 1957 года в Богемии водолаз искал тело студента, утонувшего в Чертовом озере. Он (водолаз) выплыл на поверхность с бледным от ужаса лицом, не в состоянии вымолвить ни слова. Когда к нему вернулся дар речи, он сообщил, что видел под холодными тяжелыми водами озера призрачную шеренгу немецких солдат в форме, обоз запряженных телег».

Как сказали бы в молодежной среде: «О! Подводные зомби — это круто!»

Далее подсуетился Д.Х. Бреннан, книга «Черная магия Адольфа Гитлера».

Названия глав: «Черный посвященный», «Корни зла», «Зловещий символ», «Жертвоприношение сатане».

«...Гитлер решился на договор. Он решил просить о помощи Сатану, просить чуда такой мощи, которое могло бы переменить внешние физические условия... Мы изучили его (Гитлера) карьеру — это карьера мага. Короче, то, как Гитлер думал и поступал, — именно так живут, думают и поступают сатанисты... Ведьмы производили специальные действия, чтоб воспрепятствовать высадке Гитлера после падения Франции...»

Гудрик-Кларк, «Оккультные корни нацизма». Жан Робен, книга «Гитлер — избранник Дракона». Здесь как раз Хаусхофер и назначается магом, учителем. Так сказать — «главмагом».

Основания? По заданию еще баварского Генштаба Хаусхофер ездил в Японию, а Тибет-то — там рядом! Наверняка и заезжал!.. Ну а побывавший в Тибете — маг без вариантов!..

Далее... Тревор Равенскрофт, книга «Копье судьбы» (копье римского воина Лонгина, это из того же номенклатурного ряда, что и чаша Грааля). Здесь Гитлер подверстывается в ряды известных: Алистера Кроули (сатаниста), Рудольфа Штайнера и... Елены Блаватской.

Да-да, и наша соотечественница (кстати, двоюродная тетка графа Витте) Елена Блаватская, основательница теософии, — перворазрядный бренд на оккультном рынке. Чаще других в XIX веке она употребляла в книгах и письмах знак свастики. Считается, что именно она, «ее свастика» повлияли на Адольфа при выборе «лейбла» для «своей фирмы».

Еще раз повторю: упоминание отдельных книг — это из «эпохи первоначального накопления магического капитала». Когда имена авторов еще были различимы. Далее последовал настоящий вал, сотни книг и брошюр, голоса стали неразличимы, и... маг Гитлер стал фактом общественного сознания.

И вот уже Юрий Воробьевский выпускает «Аненербе — оккультный меч рейха».

Н. Непомнящий: «Тайны оккультного Рейха». С. Зубков: «Оккультная магия Третьего рейха». А некий Антон Первушин — «Оккультные тайны НКВД и СС». Вот хороший пример книги — где все ясно уже из заглавия. Однако Дмитрий Жуков (профессиональный долг!) погружается в эту исторически- мистическую графоманию, к «...тайнам рода Меровингов, тамплиерам и доминиканцам, тайному дару какого-то Одоакра, ну и знаменитому сатанисту Алистеру Кроули» (вся связь которого с фашизмом заключалась в том, что его в 1923 году вышвырнули из Италии по приказу Муссолини).

Я бы все же выделил из общего коммерческого потока вот эти, первушинские «Оккультные тайны НКВД и СС». Пример характерный. Дескать, магия, «границы реального, материального мира так зыбки, условны...», и вот уже НКВД попадает в одну нишу, в один «сегмент» с СС. А там, глядишь, появится и... «магия Красной Армии и вермахта»...

Вот и хорошая тема гипотетической (пока) пресс-конференции. Пункты повестки:

1. Кому сегодня выгодно позиционирование Гитлера эдаким Гарри Поттером (только взбесившимся и впавшим в «от- рицаловку»)?

2. О первоисточниках, используемых для этого позиционирования.

Вроде бы на бытовом уровне навешивание на врага дополнительных отрицательных характеристик это как бы некий... вклад в «пропагандистскую борьбу с общим врагом». Посыл этот не совсем верный. И даже совсем неверный, если применяется без учета исторической фазы, периода применения: в «Боевом листке», перед атакой? Или в период послевоенных дискуссий, когда одно заведомо ложное обвинение может подорвать доверие к десяти настоящим?

Но тут лучше начать с пункта 2. О первоисточниках.

Понятно, что сегодня книги про «Оккультные тайны НКВД и СС» гонят на продажу люди, в жизни своей не переступавшие и порога архивов, в принципе даже и не знающие, где в их странах эти архивы и расположены. Книги множатся клеточным делением, как бактерии в протухшем бульоне, но... вопрос первоисточника для серьезного исследователя остается актуальным. Продолжим, опираясь на работу Дмитрия Жукова.