Память – это ты - Альберт Бертран Бас

Царившее на вокзале спокойствие контрастировало с суетой, которой он был охвачен всего несколькими минутами ранее, когда Франко прощался, покидая вагон Гитлера. По натянутым улыбкам было ясно, что вместо согласия встреча привела к несогласию. Ужин у многих застрял в горле. Капитан слышал, как переводчик Гитлера, выйдя из вагона, воскликнул: “С этими ничего не получится”.

Но, несмотря на то что капитан успешно подбросил документы и переговоры между Германией и Испанией зашли в тупик, ему было тревожно. Мое исчезновение все спутало. Пока он пытался понять, куда я запропастился, под навесом появился солдат с запечатанной телеграммой.

– Что это? – Амат привстал.

– Новый приказ, капитан.

– Чей приказ?

– Удачи, капитан. – Солдат отдал честь и удалился.

Прочитав телеграмму, Амат нахмурился. По-видимому, подброшенные документы оказались бесполезны. В телеграмме сообщалось, что во время ужина и переговоров между главами государств Германия намекнула Испании, что та не может оставаться в стороне от нового европейского порядка и должна принять решение к восьми часам утра следующего дня. Хотя прямых угроз не прозвучало, фюрер, должно быть, напомнил каудильо, что поддерживал его на протяжении всей гражданской войны и что если теперь он не примкнет к нему в войне против англичан и их союзников, то “может произойти что угодно”. У Франко и его помощников впереди была ночь, чтобы составить новый проект протокола, так называемый Протокол Б, в котором следовало “гарантировать обязательство Испании вступить в войну на стороне держав Оси”.

Очередная миссия, порученная капитану: перехватить и уничтожить новый секретный протокол, прежде чем тот попадет немцам в руки. По тому, как капитан поцокал языком и шумно вздохнул, было понятно, насколько все это ему не нравится. Франко вернулся в Сан-Себастьян и остановился во дворце Айете, ожидая подписания соглашения, которое втянет Испанию в кровавую мясорубку. А значит, от капитана требуется уехать из Эндая, то есть бросить меня. На это он пойти не мог.

Так что Амат снова задрал ноги, скомкал телеграмму в шарик, бросил на стол и закурил новую сигарку.

Вскоре на трех ступеньках лесенки, ведущей под навес, снова застучали сапоги. Капитан обратил внимание, что пришедший ступает не спеша, словно хочет предупредить о себе. Впрочем, в представлении он не нуждался. Капитан прекрасно знал эту недобрую улыбку и надменную осанку. Он остался сидеть, но не сводил глаз с генерала Миранды, который неторопливо подошел, встал по другую сторону стола и прислонился спиной к опоре навеса, не торопясь начинать разговор.

Капитан затянулся сигаркой и выпустил дым. Они были похожи на двух тигров, изучающих друг друга, прежде чем броситься в схватку. Тут Амат заметил бумажный шарик, лежащий на столе. “Идиот!” – мысленно сказал он себе, видя, что Миранда тянет к нему руку. И выдохнул с облегчением, обнаружив, что генерал тянулся за табаком. Пока тот доставал из пачки сигарку и засовывал в зубы, Амат извлек из кармана спички и бросил их на стол.

Скомканная в шарик телеграмма лежала на прежнем месте – с той только разницей, что теперь содержала в себе не новый приказ, а смертный приговор.

– Завтра выходим рано. – Миранда поглядел на часы Амата: – Ты их еще носишь… Так и стоят?

– Есть вещи, которые никогда не меняются, Франсис.

– Генерал.

– Ну конечно… Генерал Франсис, – вызывающе ответил Амат.

– Действительно есть вещи, которые никогда не меняются. Ты все такой же придурок.

– Если я ненавижу тебя, это не значит, что я ненавижу всех подряд.

Миранда глубоко затянулся.

– Какого черта тебя принесло, Хуан? Что ты здесь забыл?

– Исполняю приказы.

– Я знаю, ты что-то затеваешь.

– Проклятье, Франсис! Сейчас я хочу только найти парня.

– Ты довольно спокоен для человека, который кого-то потерял.

– Гомер умеет о себе позаботиться.

– Да ну. Птенец желторотый.

– У тебя всегда был один недостаток, Франсис. Ты видишь только внешнее.

– Однако же тебя я быстро раскусил, правда? И то, что ты по-прежнему носишь ее часы, – еще одно доказательство.

– Говори что хочешь.

– Не обращайтесь ко мне в таком тоне, капитан.

– Чего тебе надо, Франсис? Пришел покрасоваться? Ладно, я тебе помогу. Да, Элена мне нравилась, очень. А я нравился ей…

– Паршивая предательница.

– И я собирался ее сдать, как было приказано!

– Черта с два! Ты собирался бежать с ней. Думаешь, я этого не знал? Думаешь, не понимал, что ты стал ее марионеткой?

– А ты думаешь, я не понимал, насколько тебе это поперек горла? Ты так и не смог с этим справиться. И я сейчас не о ее симпатиях к коммунистам, а о ее симпатиях ко мне лично. Целый сержант, взрослый мужчина, психовал как ребенок, оттого что девочка на него не смотрит.

Миранда так хватил по столу, что дерево затрещало. Бумажный шарик покатился и остановился между его сжатыми кулаками. Единственный глаз с ненавистью смотрел на капитана.

– Осторожно, Хуан. Прошло много лет, но мне по-прежнему легче легкого сломать тебе хребет.

– Однако же ты предпочел заминировать квартиру и взорвать нас.

– Тебя не должно было там быть!

– Ты прекрасно знал, что я там! Ты думаешь, что ненавидишь меня, Франсис? Попробуй каждое утро вставать с ощущением, что шевелишь пальцами на руке, которой уже нет.

– Ты перешел черту, солдат. Черт подери! Ты передал секретную информацию шпионке. Проклятой шпионке! И еще обижаешься? Тебя могли расстрелять как предателя. Ты вляпался по самые уши, и тебе не повезло. Смирись уже с этим.

– Ты закончил? – сказал Амат, вставая.

– Нет! Знаешь, что меня больше всего бесит?

– Мир во всем мире?

– Что парень идет по твоим стопам. Этого ты не можешь отрицать.

– Да ну? Хочешь, покажу, что могу?

– Случайно ты оказываешься здесь, и моя пленная исчезает одновременно с твоим подопечным. Разве не удивительно? Этому ты его учишь? Предавать своих?

– Перестань городить чепуху.

– Его видели рядом с будкой, перед тем как кто-то взломал замок и увел ее.

– Еще один повод думать, что те, кто освободил твою пленную, похитили и его.

– Теория, притянутая за уши. Зачем его похищать, когда можно было прирезать? Легко, надежно, тихо…

– То есть, согласно твоей теории, желторотый птенец обошел часовых, взломал замок и сбежал с пленной, чтобы… Чтобы что?

– Это мы выясним, когда поймаем их.

– Для тебя это охота. Всегда так было. А для меня это поисково-спасательная операция. Так что, генерал, я тебя предупреждаю: если с парнем что-то случится, это я тебе сломаю хребет.

Миранда обогнул стол и встал почти вплотную к капитану.

– Эта дрянь убила моего сына! Убила Хуана! – Он в бешенстве посмотрел Амату в глаза. – Скажешь, ты