Пояс Ипполиты - Аркадий Крупняков

- Говори, архистратег, мы тебя слушаем! - воскликнула Годейра.- Что нам следует делать?

- Царице Олинфа Агнессе следует поднять паруса на всех триерах и вывести армаду к пирсу Горгипа. Согласна ли ты, Агнесса?

- Надо спросить Перисада,- неуверенно ответила Агнесса.-Он кибернет...

- Царица Годейра говорила мне, что на прошлом Совете ты рвалась командовать флотом. Так что же теперь?

- Она согласна,- сказала Атосса.- Что делать армаде?

- Теперь мы спросим Перисада - какой груз поднимает триера?

- Девяносто гребцов в трюме и столько же воинов на палубе.

- А точнее? Не забывай, что я морской архистратег.

- Ну... сто внизу и сто вверху.

- Кибернет плохо умеет считать. Триера, построенная в Олинфе, берет сто семьдесят четыре гребца и столько же воинов на палубу. Таким образом, мы сможем посадить на весла полторы сотни воительниц, а на палубу поставить сотню лошадей. У нас девятнадцать триер... Короче - всех амазонок царицы Годейры с лошадьми мы перебросим на Киммерийский вал и они упрутся копьями в спины боспорских царей. И тогда Сотир и Левкон не смогут переправить в Синдику ни одного воина.

- Мудро, архистратег! - воскликнула Тира,- Я тоже так думала.

- Я боюсь, что ни одна камышовская амазонка не сядет за весла,- сказала Агнесса.— Они в этом аду уже побывали.

- А ты скажи им, что они не будут стоять на валу. Будут налетать на Киммерик, Китей, Тиритаку. Это очень богатые полисы, добыча будет неисчислимой.

- Они сядут на весла. Это я говорю - царица Фермоскиры.

- Что мне делать там? - спросила Агнесса.

- Управлять флотом. С воительницами пойдет царица Годейра.

- Ты посмотри, Агнесса, какой великодушный этот Аргос,-заметил Перисад.— Он нам предоставил удел паромщиков.

- А ты желаешь морских боев?

- Так ты же сам сказал - армада.

- Будут тебе и бои. Скоро сюда подойдут флоты Херсонеса и Эллады.

Вы с Агнессой не пускайте их к Горгипу и Синдике.

- Амазонок Годейры мы отвезем на вал. С кем же мы будем отражать воинов Херсонеса? - спросил Перисад.

- По моим расчетам, они появятся тут через три дня. К тому времени мы посадим на триеры храмовых амазонок...

- Но их же мало! Даже на весла не хватит.

- Но у тебя, храбрый Перисад, есть паруса, есть и эпотиды[22].

- Верно, Аргос! - воскликнула Атосса.- Мы будем таранить брусьями.

- Браво, Атосса! Трех триер вам будет достаточно. На одной будешь ты, на другой Агнесса, на третьей Гелона. А ты, Перисад на остальных триерах войдешь в пролив и будешь грозить Гермонассе и Фанагории. Вместе с Лотой и частью ее храбрых воительниц. Основная же тяжесть войны ляжет на твои плечи, царица Тиргатао. Мы с тобой будем ходить на моем «Арго» из Корокондамы во все города пролива и Синдики. В Корокондаме будет главный штаб войны, и ты, Солнцеликая, будешь повелевать всеми нашими силами. Священная храма Мелета завтра оденет на твои бедра пояс Ипполиты, а Лота передаст тебе пять тысяч воительниц старой Фермоскиры. Под твоей рукой будут аксамиты и кон Агат, меоты и коной Агаэт, рыбаки и Борак...

- А я куда?! - воскликнул Бакид.

- Ты остаешься в Горгипе. Отвечать будешь за безопасность города и храма. Астином, я думаю, давно удрал в Пантикапей, ты и занимай его астиномию.

Перисад встал из-за стола и незаметно удалился из зала.

- А мне куда? - спросила Мелета.

- А ты, внучка,- Священная. Твой удел - храм. Я все сказал. Если вы согласны - пойдем в храм. Ты, Мелета, благословишь Тиргатао.

- Я бы не советовала вам спешить,- беспокойно произнесла Атосса.

- Отчего так? - недовольно спросила Тира. Ей не терпелось одеть пояс.

- Спешка нужна при ловле блох. Благословение похода -великое дело. Надо собрать народ. Воительницы должны знать, кто их поведет в бой. Они должны увидеть ту, чьи бедра будут опоясаны знаком богини. Я думаю так: пусть Священная Мелета войдет в наос, Гелона ей поможет подготовиться, царица Лота оповестит город о том, что завтра утром состоится молебен о даровании победы.

- На это уйдет весь день,- недовольно буркнул Аргос.- А время не ждет.

- Твое дело, Аргос, стратегия. Но кому-то надо думать и о тактике. Ты изложил нам свои мудрейшие замыслы, а теперь царица Тира, царица Годейра и я, если позволите, должны подумать, как эти замыслы претворить в дело. В наосе есть придел - соберемся сейчас в нем.

Никто не возразил, все пошли в храм.

Шагая впереди всех, Аргос думал об Атоссе. Он понимал -ее нисколько не волновала тактика войны - она рвалась к поясу. Аргос был уверен, в приделе наоса она попросит принести пояс. Так оно и случилось.

- Это еще зачем? - недовольно спросила Мелета.

- Чтоб не было сраму.

- Еще чего?

- А того. Сейчас пояс на бедрах богини. Кумир Девы в два раза больше Тиры. И если завтра прилюдно мы оденем пояс

на царицу, он упадет на каменные плиты. Надо укорачивать пряжки. И другое - на поясе укреплены драгоценные камни. Укреплены слабо - ведь пояс не принято одевать в походах. Он все время хранился в наосе. Алмазы просто растеряют.

- И откуда ты все это знаешь, подруга? - спросила Тиргатао.

- Еще бы мне не знать, если я сама изготовила этот пояс и сама усыпала его драгоценностями. Из своей казны, между прочим.

- Принеси пояс, внучка,- приказал Аргос.- Она права.

Мелета пожала плечами и вышла. Вскоре она вернулась,

держа пояс на обеих руках. Он сделан был из широкой воловьей кожи в полторы четверти шириной. На краях четыре серебряные пряжки.

Атосса дрожащими руками раскинула пояс на столе, склонилась над ним и впилась в камни глазами. Она тяжело дышала, шевелила беззвучно губами, потом воскликнула:

- Это не те камни! Это красивые стекляшки!

- Конечно, не те,- спокойно сказал Аргос.- Я заменил их.

- Почему?!

- Чтобы не утерялись.

- Где настоящие драгоценности?!

- Разумеется, камни в храмовой казне.

- Отдай мне их. Они мои!

- Но ты сама говорила недавно: храм без казны, что царство без войска.

- Но камни мои!

- Кто поверит? Богиня Ипполита не стала бы хранить и переносить свой пояс с чужими камнями. Может, и золото кумира твое?

- Мое! Мое! - в запальчивости крикнула Атосса.

- Не кощунствуй, Атосса,- строго произнесла Мелета.- Великая наездница сурово покарает тебя за это.