Молодость может многое - Александр Сергеевич Омельянюк

— Видимо она проживает в частном секторе, где в домах нет горячей воды и ванн? Потому и моется раз в неделю! Как мы бывало на Сретенке?! — попытался оправдать её в своих глазах Кочет.

И оказался прав. Вскоре он случайно узнал, что Наташа живёт в том же, ещё остававшемся в черте города, посёлке, в котором проживают его одноклассник Витя Замшелкин и одногруппник Витя Саторкин.

— А интересно! А как Витя с молодой женой соблюдают личную гигиену?! Ведь у них так же нет условий! Зато Витя любит часто ходить в баню на улице Победы! Наверно и Люду приучил? И от него никогда не пахнет! А условия и возможности у них с Наташей одинаковые?! Значит, она и в правду Наташка-замарашка! — окончательно понял Кочет, пытаясь теперь всеми правдами и неправдами аккуратно, чтоб не обидеть, избавиться от неё.

В субботу 27 сентября, свободный от практических и лабораторных работ, Платон и от службы Павел специально не поехали на дачу, так как ещё в среду Олыпин пригласил Кочета вместе с ним и группой офицеров его дивизии посетить с экскурсией Звёздный городок. И Платон, конечно, согласился, хотя хотел в этот выходной сначала отоспаться. Утром за Павлом опять заехал газик и в десять часов утра автобус от вторых ворот дивизии Дзержинского повёз группу офицеров и двух женщин по Горьковскому шоссе через Балашиху до Щёлковского шоссе и далее мимо Медвежьих озёр до Звёздного городка. Уже в автобусе Платон обратил внимание, что симпатичная женщина лет за тридцать кокетливо поглядывает на Павла.

— Надо будет мне посмотреть за её дальнейшим поведением! И за Пашкой тоже! — ревниво решил шурин.

В Звёздном городке их сразу подвезли к музею, сообщив, что ходить по остальной территории им запрещено.

— «А фотографировать можно?!» — спросил Павел у встретившего их лейтенанта.

— «Да, можно, в музее и вокруг него!» — ответил тот.

И Павел воспользовался разрешением, для начала сфотографировав свой коллектив у входа в музей, невольно зафиксировав шурина, наблюдающего за подозрительно кокетливой симпатичной дамой.

Экскурсовод в основном рассказывал обо всех шестнадцати советских космонавтах: Ю.А. Гагарине, Г.С. Титове, А.Г. Николаеве, П.Р. Поповиче, В.Ф. Быковском, В.В. Терешковой, В.М. Комарове, К.П. Феоктистове, Б.Б. Егорове, П.И. Беляеве, А.А, Леонове, Г.Т. Береговом, В.А. Шаталове, Б.В. Волынове, А.С. Елисееве и Е.В. Хрунове.

А когда он рассказывал о Комарове, Павел не выдержал и похвалился, что тот дальний родственник его присутствующего здесь шурина.

— «А что? Внешне очень даже похож!» — заулыбалась теперь Кочету кокетливая женщина.

После обзорной экскурсии и длинного с паузами рассказа лейтенант ответил на вопросы экскурсантов. И когда он закончил, внимательный и наблюдательный Кочет не удержался от своего пытливого вопроса:

— «Скажите, пожалуйста, а вот у вас здесь явно заготовлены ещё пять мест под портреты!? Это очевидно для новых космонавтов?! А скоро ли их запустят?!».

На что лейтенант-экскурсовод лишь загадочно улыбнулся, не ответив.

А среди экскурсантов прошёл лёгкий ропот согласия с естественным вопросом дальнего родственника космонавта.

Домой все возвращались довольные, что приобщились к космонавтике. А Павел вполголоса загадочно рассказывал сослуживцам, что и его присутствующий здесь шурин не только дальний родственник космонавта В.М. Комарова, но и сам работает на космос, подтверждая это вопросом:

— «Недаром же он спросил о готовых местах для портретов?!».

Об этом Платон догадался по восторженно уважительным взглядам на себя женщин и офицеров.

Остаток дня Павел и Платон провёли дома, рассказывая своим женщинам, особенно не поехавшей с ними плохо себя чувствовавшей Насте, об их интересной поездке и возможно скором запуске новых космонавтов.

А бабушка Нина, вернувшаяся в Москву ещё 5 сентября, в конце задалась мучившим её вопросом, по привычке стараясь подковырнуть внука:

— «Платон! А как же ты не стал сегодня играть своим футболом?!».

Нина Васильевна давно называла футбольный мяч футболом. Но в этом была и своя логика. Ведь она слышала, как дети говорят: мы пошли играть в футбол! При этом она видела, что они берут мяч. Значит, он и есть футбол! — понимала она.

— «Ничего?! В следующую субботу сыграю! — начал он поначалу спокойно, успокаивая свою якобы болельщицу— А ты, баб, всё никак не выучишь, что футбол — это игра в мяч ногами! А сам мяч так и называется футбольным мячом!» — тоже по привычке огрызнулся внук, теперь окунувшись в спортивные и политические новости.

Из них он узнал, что после событий прошлого года в Чехословакии, там продолжались чистки высших руководящих кадров. И вечером 27 сентября он по телевизору узнал, что из правительства Чехословакии были выведены сторонники реформаторского курса.

В воскресенье с утра Платон с Павлом съездили на дачу за яблоками, коих в этом году был очень большой урожай. Платон остался помогать родителям в огород, а Павел сразу уехал обратно к всё ещё плохо чувствовавшей себя жене.

В сентябре Настя была вынуждена взять в институте академический отпуск на один год по состоянию здоровья, дававшийся максимум на пять лет. И ей его дали, так как она без хвостов сдала обе сессии первого курса.

Причиной этого явилась вновь открывшаяся летом 1969 года язва двенадцатиперстной кишки, связанная с волнением из-за легкомысленного поведения Павла в отношении других женщин.

Ведь ещё в школе Насте удалось вылечить эту болезнь, и она даже попросила врача снять её с учёта с новым диагнозом. Но тот объяснил ей, что затишье в её болезни произошло от правильного питания и владения своими нервами. А теперь у неё произошёл нервный срыв, вызвавший обострение дремавшей болезни.

В понедельник 29 сентября Платон начал третью неделю своей работы на новом месте. В этот день он познакомился с вышедшими из отпусков примерно тридцатилетними сотрудниками их бригады. Ими оказались, сидевший у окна Виктор Щеглов, и сидевшая слева от Кочета внешне заметная Люся Терёхина с очень выразительным нервическим лицом.

— Что-то мне её лицо кажется знакомым? Уж очень оно запоминающееся… как у колдуньи! Где-то я её видел? Или она мне кого-то напоминает? — мелькнул у него вопрос — Хотя я мог видеть её где угодно, хоть в столовой, хоть просто на территории предприятия!? — успокоился он.

А симпатичный Виктор Щеглов, с которым частенько хохотала его соседка по столам Галя Симкина, сразу нашёл в новичке Платоне интересного собеседника. Оказалось, что этот почти тридцатилетний мужчина в этом году окончил вечернее отделение факультета М1 МВТУ, и уже нашёл себе работу