Королева - Карен Харпер

— Слышите? — шепнула Мег и схватила ее за руку. — Что это? Неужели пение?

— Я лично похороню этих подонков в отравленном зерне, если они напились, пока… пока… — Елизавета не договорила и фыркнула.

Прочную дубовую дверь, в центре которой была вырезана красивая виноградная гроздь, никто не охранял. Елизавета сдернула с железного кольца большой ключ и отперла замок. Мег подняла фонарь.

— Ослепительное видение: наша будущая королева с малиновыми волосами, развевающимися от небесного ветра, — первым заговорил Уэт и поднял кружку, приветствуя Елизавету.

Оба юноши и четверо мужчин моргали в ярком свете фонаря. В ногах у них валялись кружки и кожаная фляга, а вокруг плотным кольцом стояли бочки.

— Спасение, земное избавление! — вскричал Рэнди и, с трудом поднявшись на ноги, отвесил Елизавете поклон, но тут же упал на груду маленьких бочонков, которые и не подумали катиться. Один из них был откупорен и сочился темным вином на плиты погреба.

— Они пили за ваше крепкое здоровье, юноша, — поспешно добавил Нед, обращаясь к Елизавете. — Они знали, что эти головорезы вам не чета. Очевидно, вы нашли и остановили Леди белого павлина. Мы с Дженксом даже в темноте пытались сорвать замок вот этим железным обручем с бочки, на случай, если вам понадобится наша помощь. Верно, дружище?

По крайней мере, подумала Елизавета, Дженксу хватило благоразумия выглядеть трезвым и пристыженным. Все-таки он вытер глаза, расплылся в улыбке и опустился перед принцессой на одно колено, позволив себе всего один мимолетный взгляд в сторону Мег.

— Я говорил им, ваше высочество, что вас никто не остановит, а вдвоем с Мег — тем паче.

— У нас нет времени на болтовню, — прервала его Елизавета. — Уэт и Рэнди, немедленно трезвейте, иначе я оставлю вас здесь под замком. Дженкс, собери наших лошадей и отведи их к башне у моста. Будь готов подняться наверх и заставить стражников открыть ворота по моему сигналу. Мальчишки пускай проберутся в коридор и соберут костюмы и бутафорию, все, что смогут, особенно оружие. Нед и Мег, идите за мной!

Вернувшись втроем в Девичью башню, они принялись раскапывать рожь руками, а потом железным обручем, который прихватил с собой Нед. В закромах было больше ржи, чем Елизавета могла себе представить. Казалось, они уже набросали вокруг себя целые горы зерна, а оно продолжало сыпаться.

— Я хочу как можно скорее уехать, но мне нужно удостовериться, что Десма больше не вернется, — объяснила Елизавета, падая на колени и принимаясь с еще большим рвением копать рожь голыми руками.

Принцесса понимала, что нужно непрерывно двигаться и разговаривать, иначе она рухнет в изнеможении.

Боль пульсировала в ее челюсти и отдавалась в голове, раскалывавшейся уже который день подряд. Елизавета хотела найти Десму и одновременно страшилась этого. Несмотря ни на что она почти жалела эту женщину, рожденную вне брака, преданную отцом и лишенную матери.

— Будет справедливо, — продолжала принцесса, — если убивавшая ядом сама от него и погибнет. Сесил пригрозит лорду Сент-Легеру, что если тот не уничтожит все это зерно… Ох! — вскрикнула она, увидев мстительницу.

Руки Елизаветы второй раз за день открыли лицо Десмы. Нед и Мег пробрались ближе к принцессе и молча посмотрели на ее находку.

Десма Ормонд умерла от удушья, но лицо ее казалось умиротворенным. Подобно пчелам, темные ядра ржи покоились на ее глазах, в раскрытом рту, даже в ушах и ноздрях. Странно, подумала Елизавета, как украшал Десму после смерти ее собственный яд. В тусклом свете фонаря ржаная пыль поблескивала в каждой отметине на ее лице. Черные как вороново крыло волосы, струившиеся вокруг ее головы, как будто нарочно посыпали темными жемчужинами зерен.

— В путь, — проговорила Елизавета, сдерживая слезы и поднимаясь. — Теперь все кончено. Не важно, работала ли Десма на королеву или ради королевы, теперь все позади.

— Нет, до тех пор, пока королевой не станете вы… — услышала Елизавета голос Неда, но Мег потянула его за руку и он быстро вышел за дверь.

Когда сквозь туман показалась сторожевая башня, Елизавета увидела, что Дженкс не стал дожидаться ее сигнала, чтобы открыть ворота. Все сидели верхом перед поднятой решеткой, а ее лошадь придерживал Дженкс. Он каким-то чудом вернул свой меч и теперь держал его в правой руке. Увидев всех целыми и невредимыми, Дженкс выкрикнул короткое приветствие и обратился к Елизавете:

— Здесь никого не было, ваше высочество, поэтому я сам поднял ворота.

— Я такая грязная и так хочу пить, что всерьез подумываю о том, чтобы искупаться в озере, — сказала принцесса, когда Дженкс подсадил ее в седло.

— Прошу прощения, ваше высочество, — заплетающимся языком, в перерывах между приступами икоты проговорил Уэт, — но мы прихватили несколько бочонков вина из запасов Сент-Легера. Не хотели оставлять его в должниках, ведь нам приходится уезжать, так и не получив гонорара.

Не будь Елизавета такой измученной и обессиленной, она бы рассмеялась. Погнав коня к воротам, она выхватила кружку из рук Уэта и допила вино.

Мальвазия, удивилась принцесса, любимое вино ее отца. Никогда еще оно не казалось ей таким сладким и вкусным.