Тени Бога - Грегори Киз

— Зачем ты пришла, Вероника?

— Повидаться с тобой.

— Странно, я думала — подвергнуть меня наказанию.

— Нет, у тебя есть все основания испытывать к себе жалость, — сказала Креси. — И я тебе не завидую. — И затем мягче: — Я скорблю по Эркюлю. По-своему, я его тоже любила.

— И ты ревновала.

— Да, но только как сестра. Я не желала ему зла. Когда я найду Оливера, я убью его.

Адриана повернулась к ней лицом:

— Думаю, это он тебя убьет.

— Спасибо за откровенность, но что ты думаешь, не имеет в этом деле никакого значения. Оливер мертвый человек. И не за тебя я хочу ему отомстить.

— Эркюль не нуждается в отмщении. Он выше этого.

— Это ты так считаешь, а я с тобой не согласна. Более того, Оливеру кроме Эркюля есть еще за что ответить. Ирина… но, кажется, ты забыла о ней. — Креси сделала паузу. — Я кое-кого привела к тебе.

— Я никого не хочу видеть.

— Это не важно, я сейчас вернусь.

У Адрианы затрясся подбородок, когда вернулась Креси, — она вела детей Эркюля.

— Это, дети, ваша тетя Адриана. Ты же помнишь, Адриана, маленького Стефана и Ивонну?

— Помню. Здравствуйте, дети.

— Здравствуйте, тетя, — сказал мальчик.

Девочка молчала, вцепившись в камзол Креси.

— Ваш папа уехал далеко и просил тетю Адриану позаботиться о вас, — сказала Креси.

— Вероника…

— И она ему обещала, что будет заботиться о вас, как ваша мама.

— А где мама? — спросила девочка.

— Дурочка! Она умерла, как и папа, — сердито ответил Стефан.

Адриана задрожала всем телом.

— Это подло, Вероника, — едва выговорила она.

— Разумеется. Дети, я вас ненадолго оставлю с тетей Адрианой. Вы будете хорошо себя вести?

— Да, мадемуазель, — ответил мальчик.

— Вероника, не оставляй меня с…

Но Креси успела захлопнуть за собой дверь. Дети стояли у постели Адрианы, девочка готова была вот-вот расплакаться.

— Идите сюда, — вздохнула Адриана. — Садитесь и расскажите мне, что вы думаете об индейцах.

— Я думаю, что они очень смелые, — сказал Стефан. — Когда вырасту, я стану индейцем.

— Что ж, вполне возможно.

— И я тоже буду индейцем, — сказала Ивонна.

— Глупость какая, — сказал Стефан. — Индейцами могут быть только мужчины.

— И солдатами могут быть только мужчины, а тетя Никки — солдат, — ответила девочка.

— Все верно, — сказала Адриана, — среди индейцев есть и мужчины, и женщины.

Глаза Стефана удивленно расширились, словно он впервые узнал об этом.

— Ну, наверное, — пожал он плечами.

Возникла пауза, и Адриана не знала, что сказать. После похищения Нико она избегала детей, их присутствие причиняло ей боль.

Стефан нарушил молчание, топнув ногой, он заявил:

— Не надо о нас заботиться. Я сам буду заботиться.

— А ты сможешь?

— Сможет, — уверенно сказала Ивонна. — Он мой брат.

— Нам не нужна ваша помощь, — заключил Стефан.

Губы Адрианы задрожали.

— Может быть… может быть, это мне нужна ваша помощь. Ваш папа на самом деле сказал… — Она снова плакала? — Ваш папа на самом деле сказал, что вы должны заботиться обо мне.

— А-а, это другое дело, — сказал Стефан. — Наверное, я смогу это сделать, но…

— Что?

— А вы не умрете?

— Ты же знаешь, люди умирают, но я постараюсь не делать этого.

— И я не собираюсь умирать, — уверенно заявил мальчик.

Слезы застили глаза Адрианы, и картина мира исказилась, словно она смотрела на него сквозь призму, в преломленных лучах света Адриана вновь увидела огненный ураган и раскаленный добела глаз keres.

— Стефан, позови тетю Никки, она где-то за дверью.

— Хорошо, а вы пока присмотрите за моей сестрой. Она младше меня.

— Ладно, присмотрю. Иди ко мне, Ивонна.

Когда мальчик ушел, Ивонна подошла ближе к Адриане. Она недвусмысленно посмотрела на кровать:

— Можно, я залезу?

— Конечно, дорогая, только осторожно, у тети Адрианы сломана нога.

Девочка забралась на кровать, улеглась и уставилась в потолок. Она была настолько осторожна, что даже не задела Адриану.

— У меня тоже нога сломана, видишь? — Ивонна согнула маленькую ножку. — Вот здесь. — Она показала на колено.

— Да, вижу, — ответила Адриана. — И я не понимаю, почему из-за моей сломанной ноги поднялась такая суета.

— Потому что ты большая, — пояснила Ивонна. — А ты знаешь какую-нибудь сказку?

— Я их очень много знаю.

— Расскажи мне одну.

* * *

К тому времени, когда вернулась Креси, Адриана не успела дорассказать «Спящую красавицу»… Ивонна уснула.

— Какая идиллия, — сказала Креси.

— Я презираю тебя, Вероника. Я ожидала от тебя какого-нибудь предательства, но такого…

— Тсс, не буди ребенка. Ты же знаешь, я ненавижу, когда будят детей.

— Ну конечно. А где Стефан?

— Я оставила его ненадолго с мсье Вольтером, очень интересный человек, некогда удостоился чести сидеть в Бастилии.

— Мальчик с ним в безопасности?

— С мсье Вольтером любой мальчик в безопасности, равно как и девочки, но только не старше четырнадцати лет. Они разыгрывают дуэлянтов. Тебе что-нибудь нужно?

— Да. Найди Бенджамина Франклина. Скажи, что я хочу поговорить с ним… но без Василисы и Красных Мокасин. Я не хочу, чтобы они знали о нашей встрече.

— Гордая дева вновь впала в мрачное настроение? — спросила Креси.

— Успокойся, Вероника, — оборвала ее Адриана.

Когда Креси ушла, Адриана, как ни сдерживалась, посмотрела на лицо спящей Ивонны и улыбнулась. Обещание есть обещание, а она обещала Эркюлю позаботиться о его детях. Но как это можно будет сделать, если мир перестанет существовать?