Исторические романы - Саймон Скэрроу

- Вы здесь, потому что вы подонки, - сказал тренер. -  Обычные преступники смотрят на вас свысока. Шлюхи не стали бы с вами спать. Даже проклятые рабы смеются над вами. Рим гадит на каждого из вас каждый день, и будь моя воля, я бы отправил вас всех в шахты. Но сегодня ваш счастливый день, девочки.  Наш хозяин настроен  щедро на перемены. Он дал вам шанс, который выпадает раз в жизни, вылепить хоть что-то из ваших жалких маленьких жизней.

На тренировочной площадке воцарилась тишина. Тренер выискивал кого-нибудь для примера и устремил свой пронзительный взгляд на молодого человека в конце строя.  У него было худощавое и угловатое  телосложение, и он казался несколько ниже своего роста. Его глаза излучали пренебрежение к тому, что его окружало, а поверх туники он носил причудливо украшенный пурпурный плащ. Один только вид плаща заставил Каламуса вспыхнуть от гнева.

- Ты! - рявкнул Каламус, подходя к молодому человеку. -  Это богатый плащ. И очень красивый.-   Он сузил глаза до узких щелочек. - У кого ты его украл?

Молодой  человек покачал головой:  –  Ни у кого. Это мой плащ.

Каламус толкнул его локтем в солнечное сплетение. Новобранец, кряхтя, согнулся пополам и упал на колени, кашляя  и отплевываясь на землю.  Каламус  возвышался над ним:  -  Для тебя я - господин, ты, засранец!  - прорычал он. - Как тебя зовут?

- Марк Валерий  Паво,  -  произнес рекрут между отчаянными вздохами.  - … Господин.

- Скажи мне, Паво, ты думаешь, я вчера родился?

- Нет, господин.

Каламус схватил складку плаща и сунул ее  новобранцу в нос.  -  И ты думаешь,  я поверю, что такой грязный ублюдок , как ты, может позволить себе такую роскошную вещь?

- Я не крал его.

- Чушь! Ты называешь меня лжецом?  - тихо сказал Каламус.

- Это был подарок,  господин.

- Подарок?  -  Каламус сплюнул. -  Такие отбросы, как ты не получают таких подарков.

- Клянусь,  господин. Этот плащ  мне подарил мой отец.

Каламус рассмеялся и радостно потер руки. - О, это мне уже нравится!  У тебя нет отца, сынок. Ты такой же ублюдок, как и все в этом лудусе. Но развлеки меня еще немного. Скажи, кто твой  старик?

- Тит Валерий Паво,  господин. Легат Пятого легиона. Или, по крайней мере, был им.

Эти слова застали Каламуса врасплох. Он нахмурился и на мгновение замер, не зная, что сказать дальше. За свой двадцатилетний опыт работы тренером,  Каламус ни разу не слышал о сыне легата, поступившем в Школу Гладиаторов.

- Еще один богатый маменькин сынок-доброволец, а?  - он закипел. - Я знаю таких людей.  Ты просрал свое наследство, не так ли? И кто тебе помогли в этом, парень?  Проститутки?   Выпивка?  Ставки в азартные игры?  Гонки на колесницах?  Не мог получить нормальную работу?   Если ты приехали сюда, думая, что попал  на легкую прогулку, тебя ждет гребаный шок.

- Я не доброволец, - сказал Паво, поднимаясь с  земли. -  Я здесь против своей воли. Мой отец был убит…

- Заткнись, - прогремел тренер. - Честно говоря, мне наплевать, почему ты здесь. Для меня, ты гребаный новобранец и больше ничего.

Паво  промолчал. Его избивали, плевали и кричали на него люди ниже его по положению с тех пор, как преторианские гвардейцы прибыла в лагерь Шестого легиона и арестовала его. Тренер не запугал его. Сейчас он  мало чего боялся. Не после того, что случилось с его семьей.

Он с отвращением смотрел, как Каламус  сердито отвернулся, отошел от него и стал расхаживать взад и вперед перед новобранцами, его голос эхом отдавался в портиках и травертиновых колоннах, окружающих тренировочную площадку.  Паво заметил, что сухожилия его босых ступней вздулись и деформировались от многолетних боев на песке.

- Это не армия, - сказал Каламус. - Гладиаторы не легионеры. Он бросил уничтожающий взгляд на Паво. - Если вы собирались копать нужники и собирать ракушки для Императора в течение следующих двадцати пяти лет, вы ошиблись местом.

Один из новобранцев справа от Паво неловко рассмеялся. Паво увидел, как Каламус нахмурился, и повернулся, чтобы посмотреть на него. Это был невысокий мужчина с коротко остриженными темными волосами и носом,  сломанным как минимум один раз. На талии у него был слой жира, и он был одет в простую рваную тунику.

- Ты! Имя?

- Маний Сальвий Букко,  господин, - нервно ответил мужчина.

- Букко? Я знаю одного  Букко.  Он тренер в Римской гимнасии.  Ты не его родственник случайно, сынок?

- Нет,  господин.

- Тогда,  конечно, ты дурак!  Ты доброволец или раб?

-  Доброволец,  господин.

- Хочешь быть гладиатором, Букко?

- Да  господин.

- Не смеши меня. Ты не похож на гладиатора, Букко. Ты похож на то, что я бы соскреб со своего ботинка. Скажи мне, почему ты позоришь мой  лудус?  Ты убил кого-то и теперь в бегах, не так ли? Или трахнул старушку своего господина, когда он уехал по делам на Форум?  Это так?

- Нет,  господин.-  Букко стыдливо опустил голову.  Паво поморщился. Хотя ему было жаль бедного Букко, он также был рад, что Каламус нашел кого-то еще, над кем можно  было поиздеваться.  - Я играл. Связался с шулерами,  господин. Решил, что я отыграюсь и расплачусь с долгами.

- Игрок! Во что ты играл?

- В основном играл в кости,  господин.

Каламус ухмыльнулся: - Я должен был знать! Ты похож на идиота. Только идиоты играют в кости, Букко. Сколько ты потерял?

- Десять тысяч сестерциев.

- Боже мой, парень! - воскликнул Каламус. - И посмотри на свою фигуру!  Чтобы заработать столько, нужно выиграть двадцать боев, а я ни разу не видел, чтобы толстый ублюдок выигрывал хоть раз. Или сын легата, если уж на то пошло.

Паво нахмурился. Он не одобрял отношение тренера к военным.   Его отец Тит был в некотором роде героем для своих людей - настоящим солдатом - в отличие от  тупиц и аристократов, занимавших большинство высших постов в легионах.  Тит еще больше расположил к себе людей своим интересом к гонкам на колесницах, и его часто можно было увидеть в Большом цирке, подбадривающим своих любимых Зеленых. Но его удовольствие от гонок было ничем по сравнению с его преданностью гладиаторским боям. Паво с нежностью вспоминал, как отец объяснял, что Рим был основан на крови и жертвах и что ни один человек не