Rotten. Вход воспрещен - Джон Лайдон

Большинство ребят жили с родителями, поэтому не было никакой возможности вести себя иначе. Люди не слишком часто сходили со своего пути. Это был протест против того, что ты видел в колледжах, против того, как вели себя там дети. Любовь – это все чушь. Пары создавались и расставались, и было много секса в туалетных кабинках. В основном, все так и происходило. Нужно было найти какой-то способ уйти от этого. Помните знаменитую цитату Л ай дона о том, что секс – это как двухминутное выжимание странных звуков? Это было хорошим описание того, чем занимались многие люди. Все это стало негласным правилом. Были дни, когда я спрашивала себя: «Что ты думаешь о девочках? Какой лучший способ с ними поладить? Может быть, со мной просто что-то не так?»

ДЖОН ЛАЙДОН: На наших концертах начали появляться панк-девочки. Они приходили туда научиться правильно заниматься сексом, а вовсе не почерпнуть какие-то идеи. Все это было неуклюже, очень неприятно, чаще всего – в туалетах. Быстро, впопыхах. Везде оставались пятна. Но это было здорово. Я знаю, что в мире рок-н-ролла все это куда более просчитано и утонченно. Но мы были маленькими детьми и всегда пытались осознать, что нам стоит делать дальше. Мы были любителями. Девушки были для нас чем-то новым. Мы не были старожилами, которые на сцене уже давно и знали, что и как. Нас никто не воспитывал и не учил, и никто из нас не собирался повторять историю.

Я прошел через период, когда секс ничего не стоил. Мыв действительности привлекали девушек определенного типа. Это было ново для нас и очень круто. Ничего подобного со мной больше не происходило.

Когда мы начинали, никто из опытных старых группи не хотел с нами связываться, поэтому появились совершенно новые группи. Это было интересно, это было забавно. Мне очень нравилось поначалу, но затем мне это наскучило, потому что все стало слишком предсказуемо.

ПОЛ КУК: Когда Сид присоединился к Pistols, казалось, что все изменилось. Теперь все стало серьезнее. Их было крайне сложно поймать. Sex Pistols стали думать о том, кем они являются в действительности. До этого была кучка парней, и мне кажется, что Pistols перестали быть настоящей группой после того, как к ним присоединился Сид. Я тоже больше не мог проводить с ними время. Однажды я увидел, как играет Сид, и, скажу вам, он играл дерьмово. Я начинал чувствовать, что группа гниет. После инцидента на Шоу Билла Гранди я потерял интерес, но не держал на них никакой злобы. Я все еще думал, что Pistols хороши. Когда к ним присоединился Сид, я понял, что они пытались заставить его стать нормальным музыкантом, но им так и не удалось. Всем было просто пофиг. Тогда я думал, что они уже все потеряли. Они сыграли только одну новую песню – Holiday in the sun. Присоединение Сида только усугубило отсутствие продуктивности. Я знаю, что это такое, когда тебе нужно продолжать проталкивать группу с одним безнадежным участником, а Сид был безнадежным участником, от которого они не могли избавиться. Они просто не могли его бросить.

Возможно, Малкольм решил, что у него есть выбор, что они могут стать хорошей группой, делать настоящую музыку, и они действительно ее делали. Pistols могли бы просто взять в группу нормального басиста, они потеряли бы совсем чуть-чуть лояльности публики. Они могли бы быть хороши, но рынок требовал от них другого. Они могли бы просто взять и захватить этот мир. Лично я считаю, что у них для этого был потенциал. Но они выбрали второй вариант – оставить Сида, и после этого ничего общего с музыкой у них больше не было. Сид был скандалом. После этого были дикие истории и череда безумных идей Малкольма Макларена типа привлечения Ронни Биггса. Никто не собирался покупать записи чертова Ронни Биггса. Они просто не могли продолжать без Джонни Роттена.

Потом Pistols распались, и это был действительно конец панка.

Я помню, что тогда сидел в автобусном депо в Ватфорде. Распад Sex Pistols был огромным заголовком во всех газетах. Все кончено, и их было некем заменить. Я просто оторопел от происходящего. Помню даже, что пытался больше не носить кожаные пиджаки и не быть панком. Затем, когда пришли Sham 69, a Pistols пропали окончательно, наступил настоящий конец. После этого ни в каких вечеринках больше не было смысла, и стать фанатом The Clash после Pistols было невозможно. Я потерял невинность, и больше меня ничего не впечатляло.

Я послушал первый трек The Clash Give them enough rope, и на этом все. Больше я не покупал никакие их записи и не ходил ни на какие концерты. Чуть позже, в довершение всего, умер Сид.

Любая другая группа, кроме Pistols, в такой ситуации могла бы продолжать как группа и записывать пластинки, но шансы получить интерес публики просто-напросто отсутствовали. Они бы воспринимались как нелепая шутка. Поверьте, так оно и было бы.

ДЭЙВ РАФФИ: Лето 1977 года было довольно веселым, потому что тогда происходили некоторые важные политические события, но едва ли хоть кто-то имел понятие, что именно это было. Тогда проходило мероприятие «Рок против расизма». Они пытались притянуть молодежь на свою сторону и встали на сторону скинхедов. В шестидесятые скинхеды еще были. Они занимались паки-башингом. Я тогда жил в восточной части Лондона и часто видел чернокожих, которые тусовались со скинхедами и тоже занимались паки-башингом вместе с Лейтоном и Форестом Грином. С появлением скинхедов внезапно возникло течение «Рок против расизма». Но панки были изгоями. Даже либеральные музыкальные поклонники, которые любили музыку, говорили: «Я люблю джаз!», «Я люблю рок-н-ролл!», «Я люблю Детройт и Эм Си Файв». Но при этом их очень сильно раздражал панк. Лично мне всегда нравилась музыка чернокожих, регги – отличный жанр. Ты его слушаешь и просто расслабляешься.

Pistols тогда записали хорошие треки. В их эру я переродился. Моя жизнь была весьма сложной. Я рано женился, и у меня родились дети. Тогда я был со своей первой женой, и все было вполне хорошо, правда, совершенно не знали, чем хотим заниматься. Поэтому мы оба жили на пособие по безработице. Затем я пошел на работу в музыкальный магазин на некоторое время, затем решил, что если бы я не стал панком, то, возможно, стал бы музыкантом. В эру Pistols все звучало как «да, да, ты можешь это сделать!» Что касается английского общества, я могу сказать так: если ты бедный мальчик, то ты никому и никогда не докажешь, что ты что-то можешь! Все просто думают, что ты д*****! Никто не будет тебя поощрять. Что касается Sex Pistols, то они на много лет опережали тогдашние реалии. «Нет будущего» – концепция, актуальная больше для настоящего, чем для того времени.

БИЛЛИ АЙДОЛ: Sex Pistols оперировали на самых разных уровнях. Они не были просто какой-то маленькой группой, они смотрели на мир с точки зрения молодости, при этом совершили революцию. Политика шла рука об руку с рок-н-роллом, потому что она была ориентирована на искусство, одежду, стиль, но не на шок. В этом-то и была суть ношения футболок с Карлом Марксом. Это был политический вызов.

Когда я играл в Rats, мы встречали сотни людей, одетых как панк-рокеры. Было круто, потому что ты видел много совершенно гениальных ребят, которые могли стать частью нашего движения.