Непокорные - Кейт Морф

— О чем ты, сынок? — женщина медленно опускается в свое кресло.

— Элизабет Фостер, мать Мии, жива, — Мэт подходит к ее столу и опирается на сжатые кулаки, как глыба нависая над испуганной матерью. — И она содержится в твоей клинике, находясь в здравом уме.

— Как…., — тяжело вздыхает и обхватывает свое лицо ладонями, — дети, дети, куда же вы лезете? Вы разве не понимаете, что это опасно. Майлз Картер, — она бросает на меня встревоженный взгляд, — серьезный человек. Прости, Мия, что так с тобой поступила, я не могла иначе.

— Речь сейчас идет о миссис Картер, — Мэт быстро переключает внимание матери на себя. — Кстати, почему она записана под девичьей фамилией?

— Мистер Картер так приказал сделать, как только она поступила в нашу клинику, — на мое удивление миссис Батлер охотно идет на контакт.

Вдруг в дверь начинает кто-то ломиться и из коридора доносятся глухие крики.

— Быстро откройте дверь! Миссис Батлер, с вами все в порядке?

— О, а вот и охрана подоспела, — усмехается Мэт, — главное, вовремя.

Мать Мэта тут же встает с кресла и быстро направляется к двери, решительно справляется с замком и резко распахивает ее.

— Все в порядке, — произносит строго, внимательно рассматривая встревоженных охранников. — Можете возвращаться на свои посты.

Озадаченные мужчины по очереди заглядывают в кабинет, чтобы убедиться в словах начальницы и сразу покидают коридор.

— Я вас прошу, никому не говорите о том, что вы сегодня узнали, — в ее голосе отчетливо слышится мольба.

— Не волнуйся, мам, — успокаивает ее Мэт и аккуратно приобнимает. — Но ты же понимаешь, что все это неправильно?

— И кто воспитал тебя таким праведным? — произносит с издевкой и усмехается.

Улыбаюсь, глядя на них, сразу чувствуется, что в их семье царит любовь и взаимоуважение.

ГЛАВА 63.

Мия

Я нифига не смыслю в этом дурацком виде спорта. Что за кайф бегать по полю, грубо врезаться в других игроков, вцепившись в кожаный мяч, и стараться пересечь белую линию? Многие вообще играют жестко, только и делают, что толкаются, словно для них это самая важная цель в футболе.

В любой другой момент я бы с радостью встала и покинула стадион, но только не сегодня. Этот день важен для Мэта, сегодня у него просмотр и какая-то крутая Лига должна его отобрать на место в своей команде. Поэтому я покорно сижу на трибуне и наблюдаю, как мой дикий зверь раскидывает щуплых игроков по полю и мчит словно локомотив к белой линии. Глядя, как Мэт в полном обмундировании пролетает, будто цунами, мимо жюри, наполняюсь чувством гордости. Он явно справляется. Это мой самец, наглый, напористый, идущий по головам и добивающийся поставленных целей.

После изнурительного матча Батлер уверенно направляется ко мне и по пути снимает массивный черный шлем с металлической защитой лица. Подходит к периллам и с легкой усталостью перекидывает руки через них. Внимательно исследую его хмурую гримасу, с кончиков его черных волос падают капельки пота, в целом он весь такой соблазнительный и сексуальный. Батлер игриво щурится, пока я протягиваю руку к нему и аккуратно стираю влажные дорожки салфетками.

Ощущаю беспокойство, которое с каждым днем разрастается во мне все больше, ведь если Мэта примут в Лигу, то мы будем редко видеться, и неизвестно к чему придут наши отношения. И, глядя в уже такие родные зеленые глаза, я решаюсь задать вопрос, который путает мои мысли последние несколько дней:

— Мэт, — проникаю в самую глубь его красивого омута, в котором можно безоговорочно утонуть, — а если тебя примут в эту Лигу, ты уйдешь из «Империала»?

— Нет, — сразу же качает головой, а я облегченно выдыхаю, — я просто буду ездить на тренировки. Ну и на соревнования. Но если честно, я не знаю, Мия, еще не думал, как буду совмещать учебу с футболом. Для начала надо попасть к ним в команду.

— Ты обязательно попадешь, — пытаюсь подбодрить его, ведь так делают любящие люди.

Глажу его щеку и осознаю, что мне до дрожи в пальцах хочется поцеловать его, но я думаю, что сейчас это не уместно, все же решается дальнейшая судьба Батлера. Но Мэт все берет в свои руки и наклоняется ко мне. Его сладкие губы с дикой охотой впиваются в мои, и я, словно поддаваясь его убаюкивающим чарам, придвигаюсь ближе и начинаю активнее засовывать свой заскучавший язык ему в рот. Мне хочется съесть его, как нежный шоколадный пудинг, облизать как вкусный чупа-чупс, смаковать как тягучий мармелад.

— Фурия, — шипит Батлер и с трудом раскрывает глаза, — если ты сейчас не перестанешь, то руководство Лиги увидит мой выпирающий член.

Усмехаюсь от его искренности, только он может вот так просто признаться в том, что хочет меня, и неважно где именно мы находимся в данный момент. Иногда я даже удивляюсь, насколько сильно его возбуждают обыденные вещи… моя растянутая пижама…или обычные джинсы, не обтягивающие бедра… или махровое полотенце, небрежно завязанное на груди… или балахон оверсайз, наспех натянутый на тело.

— Как вспомню, какой сукой ты вчера была, сразу возбуждаюсь, — довольно лыбится.

А ведь вчера мы тусили в клубе и я дерзко дала от ворот поворот одному незнакомому парнише, даже не знаю, откуда он выплыл и когда появился на моих радарах. Злой Батлер внимательно следил, как я втирала бедолаге о том, что он не в моем вкусе. А когда Мэт услышал, что в своем монологе я использовала слова «у меня есть парень и я его очень люблю» вообще растянулся с довольной улыбкой, и его напряжение как ветром сдуло.

— Так ты же в защите, — осматриваюсь по сторонам, чтобы убедиться, что у нашего разговора нет свидетелей. — Никто не увидит твой стояк.

— Детка, это не поможет, — продолжает рассматривать меня, затем его голодный взгляд опускается на мое декольте, мне кажется, что он даже сквозь кофту,