Код операции - "Тарантелла". Из рассекреченного архива внешней разведки России - Лев Соцков

Я считаю, что чем больше американцы будут втянуты в разрешение вопросов, касающихся бассейна Средиземного моря, тем сильнее будут наши позиции».

Имя генерала Клейтона тогда часто упоминалось в информационных и оперативных материалах внешней разведки.

Бригадный генерал Клейтон руководил британской разведывательной службой на Ближнем Востоке. Его постоянная резиденция находилась в Каире, что позволяло осуществлять в регионе тесную координацию действий с Главным штабом английских войск, также пребывавшем в египетской столице.

Пробыв на Ближнем Востоке более тридцати лет, Клейтон располагал прочными отношениями с арабскими государственными, политическими и общественными деятелями, имел контакты с шейхами и духовенством. Это позволяло ему не только получать информацию о расстановке политических сил и глубинных процессах в арабских странах, но и выстраивать серьезную работу по влиянию в интересах Великобритании.

Когда египетская общественность начала более резко ставить вопрос о выводе английских войск из Египта, заботой Лондона стала перестройка разведывательной работы в этой стране. Имелось в виду максимально задействовать имевшиеся рычаги влияния, для того чтобы направить события в приемлемое для Великобритании русло. Именно об этом свидетельствовали беседы англичан с египетскими должностными лицами, а также документы Форин Оффис и других служб, к которым имела доступ лондонская резидентура.

Ююйтон задействовал все имевшиеся у него лично возможности. Он участвовал в совещании курдских вождей из Ирака, Сирии и Турции, созванном в Каире по подсказке англичан. Он приезжал в Дамаск, чтобы убедить президента Куатли назначить премьер-министром приемлемого для Англии кандидата. Уже после отъезда Клейтона правительство было отправлено в отставку, а формирование кабинета поручено Мардам-бею, за которого и хлопотал Клейтон.

Во время сессии Лиги арабских стран Клейтон вновь заезжал в Дамаск, а секретариат организации направил правительствам стран-участниц ноту, из которой следовало, что «руководитель британской информационной службы на Ближнем Востоке генерал Клейтон назначен представителем британского правительства при этом региональном органе».

Узнав о намерении египетского правительства, вопреки всем предостережениям, вынести вопрос о выводе английских войск на обсуждение Совета Безопасности ООН, Клейтон срочно выехал из Каира в Рияд, затем в Багдад, Амман, Дамаск и Бейрут, чтобы встретиться с руководителями арабских государств и побудить их воздействовать на египтян, и не допустить обсуждения проблемы в рамках Организации Объединенных Наций.

С самого начала обсуждения в Лиге арабских государств палестинской проблемы Клейтон постоянно находился в контакте с их лидерами, получал информацию и развивал свою аргументацию.

Вылетев в Лондон, он представил британскому кабинету доклад о перспективных направлениях британской внешней политики на Ближнем Востоке, который включал рекомендации по вопросам вывода английских войск из Палестины, образования арабского палестинского государства и передачи Иордании Арабского легиона. После своего возвращения из Англии Клейтон вновь выезжал в Дамаск и другие столицы и убеждал собеседников не предпринимать каких-либо кардинальных шагов до консультаций с английской стороной. Своему правительству он рекомендовал после раздела Палестины присоедить ее арабскую часть к тогдашней Трансиордании.

Были у генерала и другие проекты. Так, он встретился с рядом политических деятелей Сирии и убеждал их в том, что Лига арабских стран могла бы стать арбитром в вопросе необходимости и целесообразности заключения государствами-членами договоров с третьими странами.

Клейтон получил указание из Лондона о необходимости перестройки работы английских спецслужб на Ближнем Востоке и во исполнение полученных директив провел инструктивные совещания сотрудников английских разведорганов в арабских странах. Сам он занял должность посланника посольства Великобритании в Египте.

Деятельность Клейтона, как видим, советской внешней разведкой отслеживалась, о ней даже докладывалось высшему руководству — агентурные возможности для этого имелись, но, конечно, знали далеко не всё.