Трусливый ястреб - Роберт Мейсон

Командиры быстро приближались. Впереди шел очень высокий, крупный мужчина со звездами на погонах и перевязанной рукой. Я напряженно думал. Кто у нас высокий, со звездами, рассекает на серебряных самолетах и носит руку на перевязи?

– Это, случаем, не Уэстморленд? – спросил рядовой позади меня.

Точно! Уэстморленд, командующий всеми силами во Вьетнаме, был всего в сотне футов и направлялся в нашу сторону. Я огляделся в поисках лейтенанта или капитана, которым следовало взять на себя командование толпой, крикнуть «смирно» и проделать всю ту ерунду, которую надо проделывать при появлении гребаного генерала. Результаты поисков показали, что я был самым старшим по званию в толпе.

– Смирно! – громогласно крикнул я.

Походные сумки и мешки с бельем рухнули в грязь, когда толпа выпустила все из рук, чтобы вытянуться по стойке смирно перед генералом.

Ему это пришлось по душе. Когда я развернулся, Уэстморлэнд был уже совсем рядом, маршируя с улыбкой и пытаясь посмотреть в глаза тощему уорент-офицеру, который только что отдал идеальное воинское приветствие. Я держал руку у козырька до тех пор, пока он не остановился и не отдал ответное приветствие. Генерал и его дружки-адмиралы стояли прямо напротив меня и тридцати ворчунов.

– Вольно, мистер Мэйсон.

Он стоял достаточно близко, чтобы разглядеть мое имя на нашивке, так близко, что казался гораздо выше, нежели был на самом деле. Такому парню путь только в генералы. Другого выбора у него не было.

– Мистер Мэйсон, – он доверительно обратился ко мне. – Мы с моими друзьями прибыли по важным делам, но мой самолет только что сломался.

Его самолет? Да здесь все самолеты его. Как и вертолеты. Как и корабли. Уэстморленду принадлежало все, даже пушечное мясо, к которому он сейчас обращался.

– Мне очень жаль слышать об этом, сэр.

– Благодарю. Мистер Мэйсон, если вы не возражаете, мне бы хотелось позаимствовать ваш самолет, чтобы я успел довезти этих уважаемых джентльменов до кораблей вовремя.

Адмиралы улыбнулись, услышав шутку про «если вы не возражаете».

– Не возражаю, сэр. Разумеется, безусловно, мой самолет – ваш самолет…

– Благодарю, мистер Мэйсон.

Его квадратная челюсть растянулась в улыбке, а в глазах проскочил огонек понимания.

– Могу я попросить вас переместить отряд в сторону, чтобы мы поскорее отправились в путь?

– Да, сэр.

Я развернулся и скомандовал солдатам убраться. Они суетливо похватали свои вещи и попятились в сторону.

Адмиралы зашли внутрь самолета и заняли три места из тридцати пяти. Уэстморленд обернулся ко мне и произнес:

– Еще раз спасибо, мистер Мэйсон. Надеюсь, вы не сильно опоздаете… куда вы направлялись?

– В отпуск, сэр.

– Ох, в отпуск! Скоро прибудет еще один самолет.

«Человек года» по версии журнала Time прошел внутрь и присоединился к адмиралам. Четверо мужчин сидели в огромном отсеке «Карибу». Бортмеханик, который выглядел так, будто его только что повысили минимум на два звания, нажал кнопку подъема рампы и запечатал самолет. Нас окатило потоками воздуха от винтов, и самолет улетел, сначала превратившись в точку, а затем растворившись в небе. Пыльная толпа оживилась.

– Эге, я надеюсь, им там не тесно.

– Нельзя сажать рядовых и важных шишек рядом, пойми.

– Да с хера ли?

– От нашей копоти они теряют блеск.

Я сидел в авиалайнере, который мягко плыл по воздуху в направлении Тайваня, и ощущал себя настоящим везунчиком. Мой пот давно испарился в кондиционированном воздухе салона, а сам я медленно наслаждался выпивкой, которую принесла стюардесса. Я глазел на море через иллюминатор и думал о том, что в этот самый момент Реслер с остальной шайкой пытаются вычистить горы крысиного дерьма и плесени из нашей палатки. Как тут не улыбнуться.

Мы вернулись из Бонг Сон всего пару дней назад. Вьетконговцы либо внезапно сдались, либо испарились. После сорока одного дня беспрерывных сражений в долине Бонг Сон было объявлено о том, что противник понес огромные потери. Победа наша. Пора домой.

Но мы же не могли просто взять и спокойно улететь, все-таки мы пробыли там сорок один день – хотелось уйти красиво. В конце концов, мы же были Первым отрядом.

Сотня «Хьюи» выстроилась в колонну над перевалом Ан Кхе и змейкой поползла по небу, пытаясь зайти на посадку в зону «Гольф» по спирали. Парни на земле потом сообщили нам, что мы смотрелись крайне впечатляюще. Они не могли слышать наши переговоры по связи – все орали, что это не строй, а дерьмо, что мы летим одной кучей; пилоты нервничали и беспокоились о том, как мы будем смотреться перед всей Кавалерией. Сотня вертолетов приземлилась, вызвав бурю в зоне «Гольф». Экипажи прошагали к палаткам.

Крысы снова одержали верх. Кучки их дерьма создавали ощущение уютного беспорядка, который способен устроить только хозяин дома. Плесень покрыла абсолютно все. Черные тени с блестящими глазками забились по углам, когда мы вошли.

– Пора валить этих гребаных крыс! – орал Коннорс.

Я сидел и глупо улыбался, когда стюардесса спросила:

– Вам повторить напиток, сэр?

– Мм? Ох, да.

Возмущенный Коннорс всегда веселил меня. Как-то раз, вернувшись с загула, он объяснял, что полог палатки должен быть опущен, а не задран. Потом уселся в темноте на свою койку и стал громко перечислять все неудобства, связанные с задранным пологом. Затем потянул возле себя за веревку, которая опускала полог. За день полог успел заполниться водой, поэтому когда он раскатался, несколько галлонов воды обрушились Коннорсу на голову и промочили его койку. Он разразился целым потоком ругательств, лопаясь от ярости и бешенства. А еще одолжил мне сотню баксов на отпуск. Днем ранее, когда я собирался на боевой вылет, Коннорс произнес:

– Мэйсон, будь осторожен, очень осторожен, лады?

– Я всегда осторожен.

– Да, но сейчас ты стоишь для меня сотню баксов.

К тому моменту, как мы сели в Тайбэе, я находился в прекрасном расположении духа. Мудрый Дядюшка Сэм полностью позаботился о своих воинах – все было придумано за нас. В Сайгоне нас распределяли по разным городам: Тайбэй, Бангкок, Сидней и другие. Развлечения в каждом городе были одинаковые – пьянствуй и трахайся. Или трахайся и пьянствуй, в зависимости от твоих моральных устоев.

Мы сошли с самолета, и улыбающийся госслужащий отвел нас к автобусу. Автобус гнал по улицам, пока мужчина бегло перечислял местные отели, указывая цену и местоположение. Я решил остановиться в «Кингс».

Когда госслужащий высадил нас у отеля, китайско-гражданская часть группы сразу взялась за дело. Приятный и толковый китаец, организатор нашей светской жизни в городе, вцепился в нас прямо возле автобуса.