Девочки. Дневник матери - Фрида Вигдорова

— Хочешь есть, Сашенька?

— Да.

— Не хочешь есть, Сашенька?

— Да.

— Где чулочки?

— Да.

— Ты глупенькая, ты маленькая дурочка?

— Да.

Стала оправляться после болезни, повеселела, потолстела.

Обольстительно улыбается.

27 сентября 43. Ташкент (все еще…)

В гостях Саша впервые увидела кошку. Очень хотела погладить ее и очень боялась — со страхом отдергивала руку, не успев прикоснуться. Но кошка так поразила ее, что она тут же произнесла: «Кик-ка!» (киска).

На каменных львов у подъезда сказала: «Бати…» (собачки).

* * *

У Саши есть ровесник и жених Алеша. Ему тоже год и 4 месяца, но он говорит все. Мы сами были свидетелями того, как Алеша на вопрос, чьи это туфельки, внятно ответил: «Сашенькины туфелькины…» Мы очень завидуем. У нас есть только одно оправдание: коклюш!

22 октября 43.

— Где папа?

— Ту-ту! [А. Б. уехал в Москву: выхлопатывать пропуска для всей семьи. — А. Р.]

Смотрит в зеркало, протягивает своему отражению яблоко и дружелюбно говорит: «На…»

2 декабря 1943 года вернулись из эвакуации в Москву.

В квартире собачий холод. Галя тут же простудилась, ее приютили друзья. А Саша, несмотря на свое узбекское происхождение, холод переносит очень бодро и даже научилась согревать ручки своим дыханием.

Дедушку называет «дядя» и «Аба». Говорит «огонь», «мать». По остроумному замечанию Володи Дыховичного, может командовать батареей: «Огонь!» А когда снарядов не хватает: «Мать!»

Отличается невероятным аппетитом. Зубов — 12.

Очень обидчива.

6 февраля 44.

Саше 1 год 9 месяцев.

Саша произносит фразы в три и четыре слова:

— Папа, дай папинчики, папа!

(Папинчик — синоним всего вкусного и сладкого. Произошло от «печеньица».)

Бывают предложения вопросительные:

— Где ани, мама? (Ани — валенки.)

Бывают и отрицательные:

— Не бай, мама! (Это обыкновенно кричится дурным голосом — не хочу спать.)

По примеру Гали называет бабушку «мама Шоня». К Шуре иногда обращается так: «папа-Шуля».

Умеет говорить «дура». («Дуля».)

Все понимает, обижается на окрики, плачет. Няню свою, семидесятилетнюю Елену Васильевну, не очень жалует.

Няня очень культурная и многоречивая.

Няня говорит так:

— Я слишком долго бравировала своим здоровьем. Катаральное состояние моего желудка не позволяет мне употреблять в пищу мяса. Но масла и молока вашего есть не стану — нет, нет. Я человек глубоко порядочный.

В разговоре с Шурой называет Софью Борисовну «Ваша belle-mère».

К евреям относится благосклонно, считает, что они «гуманнее русских».

* * *

Галя ходит в детский сад. Ею довольны там. Говорят, что она рассказывает детям сказки, а они подолгу и охотно ее слушают. Ходим мы домой из сада вместе с Галиным ровесником Вовой. Перед тем как выйти на улицу, Галя завязывает Вове шарф вокруг шеи, заботливо поднимает воротник, а затем берет за руку. В таком составе мы шествуем до нашего дома — Вова живет тут же.

На днях Галя сказала мне:

— Ветер дул так сильно, что я летела как на крыльях, как будто на ногах у меня были волшебные башмаки Мука.

Сегодня ей купили башмаки. Восторг, упоение. Вчера болело ухо. А сегодня, поглощенная радостным событием, она сообщила:

— У меня даже уши перестали болеть — вот какое счастье!

Саша говорит: Мама, дай хлеба с маслом. («Хеб ма́сим».)

Саша ударилась головкой о колонку кровати. Не обратила внимания на это, продолжала играть, но потом, заметив мой тревожный взгляд, быстро перестроилась и жалобным голосом проговорила:

— Головку больно, мама! («Гаоку боня».)

Очень любит бабушку, прощает ей и шлепки, и крик; любит Веру Афанасьевну, по целым дням пропадает у нее в комнате; благоволит к Евгению Ивановичу. [Вера Афанасьевна, Евгений Иванович — соседи по квартире. — А. Р.]

Бронзового амура зовет «мамуль».

В квартире всех знает и зовет по именам. Свою няню непочтительно обзывает «тётька».

Вчера произнесла свое первое то! — на вопрос, кого ты любишь, лукаво ответила: «Сясю».

* * *

Снова начинаем дружить с Галей.

Сегодня я и Галя с 10 утра до 4 дня провели вместе в редакции [газеты «Правда». — А. Р.] — я дежурила. Очень хорошо и весело нам было. Я много читала ей, но кроме этого она, пожалуй, даже большую часть времени играла сама — строила из стульев паровоз, рисовала, бегала по коридору.

Как-то чудно, совсем не застенчивая. С первого слова готова читать при посторонних стихи, болтает, сама заговаривает. При новых людях немного кривляется, ведет себя излишне возбужденно и крикливо. А один на один — очень славная девочка.

* * *

15 марта 44. Запись А. Б.

Саша научилась есть самостоятельно. Это — ужасная для постороннего глаза и уха процедура. Ложкой Саша работает очень медленно, а малейшее поползновение помочь ей встречает ревом и визгом. Еда продолжается очень долго. Понимает разницу между черным и белым хлебом, отдавая преимущество белому. Иногда, ночью, мы слышим, как младенец просыпается, ворочается и нерешительно произносит в ночной тиши: «Дай хлеба с маслом!» — после чего опять засыпает. Растрогала меня вчера тем, что, зайдя утром в комнату, где я дремал, очень тихо вышла оттуда, закрыла дверь, ушла на кухню. И там кому-то рассказывала: «Папа Суля бай…» Очень упряма, капризна, ревнива… В требовании папинчиков переходит все границы здравого смысла. Но я ее все равно люблю. Только что узнал, что Саша сегодня говорила: «Полено хочет бай!» — при этом укутывала и баюкала вышеупомянутое полено. Мой ребенок!

(А. Б.)

26 марта — Гале 7 лет. День рождения замотали.

* * *

Наблюдая из окна салют, Саша кричала:

— Ой, салют, мама! Еще салют! О, еще салют!

28 апреля 44.

Мы с папой Абой спорили о том, кто поведет Галю в первый раз в школу. Галя внесла ясность:

— В первый день поведет меня мама Фрида, во второй — папа Аба. В третий — мама Соня, а в четвертый, если захочет, — Шура.

6 июня 44. Запись А. Б.