Молодость может многое - Александр Сергеевич Омельянюк

А не испугавшаяся Ксюха хохотала во всё горло. Ещё с раннего детства ей нравилось попадать в сильные руки Платона, а затем взмывать вверх над его головой. Но теперь почти одиннадцатилетняя девочка была несколько тяжела для Кочета, и он ограничился лишь кратковременным прижатием её к своей груди. А та вблизи всё ещё со смехом уставилась в глаза красивого молодого мужчины, видя в них настороженный испуг.

— «Платон! Ты испугался за меня?».

— «Нет! За себя! Думал, что не задержу тебя?!».

— «А-а! Значит, боялся за меня!?» — заметила она, вставая на ноги.

— «А как ты думала?! Я за всех вас в ответе!» — отвернулся Платон от неё к санкам.

А с горы ей уже кричала Варя, выговаривая младшую сестру. И провинившаяся Ксюха повезла к ней санки в гору. Следующими съехали уже Варя с сыном, а ловивший их папаша на всякий случай плавно завалил этот смеющийся драгоценный груз в сугроб.

Потом с сыном съехал сам Платон, притормаживая левой ногой и также съехав налево в сугроб. Потом вдвоём катались лишь Клава с Ксюхой, а Платон на всякий случай лишь страховал их внизу. Но девчонки быстро освоили премудрости санного спорта, научившись на скорости притормаживать и маневрировать, завершая заезд в сугробе. В общем, все получили удовольствие, подкрепив его ещё и посещением общественного туалета в конце бульвара. А отряхнув друг друга от снега, тут же рядом на повороте они сели в трамвай Аннушку, отправившись в обратный путь.

У Гавриловых Платона усадили за общий стол ужинать. И хотя не было праздника, но Александр Васильевич с разрешения женщин выпил с «зятем» по маленькой, после ужина успев ещё и поговорить на свои мужские темы.

Вечером позвонил отец и попросил Платон в следующее воскресенье 8 февраля сходить с ним и его новой гостьей, приехавшей в Москву на каникулы Ириной Хаджоянц, в Большой театр на оперу «Кармен». И Платон, много раз слышавший по радио арии из этой полюбившейся ему оперы, конечно согласился.

Но вечера следующей недели, пока отец сам водил свою молодую гостью по Москве, Платон посвятил зимнему мини-футболу со своими товарищами-студентами и прогулкам по Реутову в компании Попова, Петрова и его, живших у стадиона дворовых друзей. Это были Александр Антонов, Вячеслав Аргутин, Григорий Бейненсон, Геннадий Мананов, Семён Хариф и сын учительницы их бывшей школы Владимир Шевчук, разговоры с которыми в итоге всегда приводили озабоченных к женской теме.

— «Ген! А у вас во дворе живёт такая симпатичная девочка Оля Фитова? Ты знаешь её?» — спросил Платон Петрова, когда они остались одни.

— «Конечно, знаю! Она живёт в соседнем доме в первом подъезде, и маленькая всегда гуляла во дворе, а все любовались её красивой мордашкой! А ты, что? Влюбился в неё что ли?! Не ты один! За нею многие парни бегают, но она, насколько я знаю, ни с кем вроде не встречается! Во всяком случае, я лично не видел! Она ведь тоже на вечернем учится! Только ты смотри-у неё отец очень строгий! Да и она уже многих от себя отшила!» — с удовольствием ответил Геннадий.

— «А тебе-то она нравится?».

— «А что толку? Так же отшила! И тебе, Платон, тоже, думаю, не светит! Она знает себе цену и ждёт принца! Но если очень хочется — попробуй! Может тебе повезёт?!».

— «Попробую! А ты мне поможешь?!».

— «Чем это?».

— «А ты мне рассказывай, когда её, во сколько и с кем увидишь! Что-то мне кажется, что у неё кто-то всё же есть, но она ещё не сделала окончательный выбор!?».

— «Конечно, помогу! Но ты откуда это знаешь?».

— «Так она с Верой Коротковой работает, и я к ним иногда захожу!».

— «А-а! И что она к тебе…».

— «Да! Общается с видимым удовольствием, улыбается, глазки мне строит, чуть кокетничает!».

— «Ну, значит, ты ей понравился!».

— «Может быть?! Так что жду от тебя новостей о ней!».

А пока до Кочета легко доходили другие новости.

Вечером в пятницу 6 февраля Платон узнал новость, что накануне боевые египетские пловцы подорвали близ порта Эйлат два израильских корабля, после чего транспортный корабль затонул, а танкодесантный корабль был повреждён. В ответ израильская авиация совершила налёт на египетские корабли возле Хургады в Красном море и потопила тральщик.

А вечером Платону позвонил отец и предложил вместо него взять в Большой театр какого-нибудь товарища, а после спектакля, если получится, ещё и прогулять Ирину по Москве, так как у него появились срочные дела.

— «Хорошо, пап, попробую предложить Попову! В крайнем случае, легко продадим билет!» — не боясь пропажи билета и похода в театр с незнакомкой, успокоил отца Платон, зная, что в субботу они встретятся с Поповым на футбольном поле, или в крайнем случае, он потом зайдёт за ним.

В субботу 7 февраля были сыграны игры второго тура первенства предприятия по футболу. И команда ОГТ «Метеор» проиграла 2:3 (1:0) «Стреле», представлявшей инженеров, разрабатывающих различную аппаратуру и капитаном которой был Председатель ДСО ЦКБМ Юрий Николаевич Стрелец, из-за чего многие шутили по поводу названия команды. Но теперь в составе «Метеора» произошло одно изменение. После критики Кочетом Мурашова, тот обиделся, даже недовольно огрызнувшись:

— «Так ты попробуй в полузащите! Посмотрим, как получиться!?».

Поэтому Кочет отдал своё место центрфорварда Мурашову, чему тот был очень рад, а место того в центре полузащиты занял капитан и главный дирижёр команды Анатолий Багров. Потому «двуногому» Кочету осталось бывшее место того слева в полузащите под № 6.

И он не подкачал, как всегда точно взаимодействуя с Багровым, и вовремя снабжая мячом Мурашова, в том числе и длинными пасами, и подачами с левой ноги. Но у того проявились проблемы с приёмом и обработкой мяча и тем более со скоростью бега и принятием решений. Раз за разом он стал губить атаки. Поэтому всё чаще Платон стал пасовать сыгранному с ним левому крайнему нападающему Попову, иногда даже меняясь с ним местами. Часто получая мяч от Кочета, юркий Валера стал всё чаще обыгрывать опекающего его защитника, зарабатывая штрафные удары.

И один из таких дальних штрафных ударов Кочет реализовал, для разнообразия не навесив на высокого Мурашова, а неожиданно удачно пробив издали почти в дальний верхний угол ворот, открыв счёт.

— «А ты молодец! В хорошей форме! Забил такой гол! Да ещё издали и под перекладину, почти