Криминальный гений - Эван Рэтлифф

В апреле 2016 года анонимный благожелатель написал мне на имейл, что Локлан Макконнел задержан в Маниле и ждет депортации. На минуту мне показалось, что это произошло из-за моих статей. Но правда была в том, что, не добившись от филиппинцев согласия экстрадировать его, американские власти побудили канадцев отозвать его паспорт. А без паспорта он, по законам, не мог далее оставаться на Филиппинах. Его арестовали за нарушение иммиграционных правил, и через несколько месяцев он оказался в Миннесоте.

Грозовые облака собирались над Миннеаполисом, когда мы встретились с Кентом Бейли в баре на берегу Миссисипи. Он уже сидел за столиком, глядя на реку. У меня ушли месяцы на то, чтобы добиться от него интервью, а теперь я весь день дожидался, когда он освободится. Наконец, у него появилось несколько часов на меня. Небо на мгновение прояснилось, а мы приступили делу.

Я спросил, что побудило его, наконец, согласиться на интервью. Он ответил, что уходит в отставку через год. В любом случае, мозгом расследования была Кимберли Брилл, и он хотел доверить все ей. «А другая причина знаете в чем? Мне нечего скрывать. Понимаете, о чем я толкую? Все есть так, как оно есть. По-моему, история заслуживает того, чтобы ее знали». Бейли начал рассказывать с того момента, как Кимберли и Стивен Холдрен наткнулись на «Алтгелд», чикагскую аптеку, и до своих скитаний по миру в поисках помощи правоохранителей.

— Долгие годы моей гордостью было, что я работаю над самыми крупными делами. Леру подходящий парень. Он самый хитрый наркоторговец, какого я встречал.

Однако сейчас Бейли казался озабоченным тем, что дело против сотрудников RX Limited еле волочится, дата суда еще не определена. Из одиннадцати обвиняемых, привлеченных поначалу, трое заключили сделки с правосудием и признали себя виновными, среди них Джон Уолл, американец израильского происхождения, который был поставщиком Леру в Кентукки. В обмен на показания против Оза и других обвиняемых ему позволили признать себя виновным по двадцати трем статьям с максимальным сроком наказания в пять лет.

Еще трое находились на свободе. Омер Безалель, работавший на Леру вместе с Локланом Макконнелом во Флориде и выманенный, как и Моран Оз, в Румынию, был отпущен под подписку о невыезде, но сбежал, вероятно, в Израиль. Алон Беркман скрывался, а Шай Реувен, судя по пляжным и клубным фото на его странице в Фейсбуке, продолжал вести беззаботную жизнь на Филиппинах.

Остальные пять подсудимых отказались от признания вины и сделки: это Моран Оз и Локлан Макконнел, обвиняемые как руководители компании, Прабхакара Тумпати и другой пенсильванский врач по имени Элиас Каркалас, выписывавшие для RX рецепты, а также аптекарь из Детройта Бубабхай Патель, уже получивший семнадцать лет за мошенничество. Обвинение Чарльза Шульца было выдвинуто в его родном штате, как и другим аптекарям. Он отрицал сговор с целью распространения подконтрольных веществ: «Мне некого обвинять, кроме себя самого». Судья наложил на него 350 000 долларов штрафа, но не стал помещать в тюрьму из-за состояния его здоровья. «Процесс над ним был просто жестокостью, — сказал мне его юрист Хэл Харлоу. — Он больной старик. Всю свою жизнь у него была хорошая репутация. По-моему, просто несчастье, когда восьмидесятидвухлетнего человека приговаривают к бедности».

Я спросил Бейли, почему множество других людей, участвовавших в деятельности организации на разных уровнях, вроде Леви Кугеля и Томера Таггарта, ушли от обвинения. Почему не преследовать в судебном порядке именно этих, если они играли более серьезные роли в предприятии.

— Всегда есть кто-то, кто выходит сухим из воды. На это милость Божья и благоразумие правосудия, — ответил Бейли, еле сдерживая горечь.

Суд над Озом и Макконнелом был назначен в итоге на начало 2017 года, когда прошло уже почти три года с того момента, как Пол Леру выманил Морана в Румынию, и почти десять — с того дня, когда Кимберли Брилл и Стивен Холдрен вслепую наткнулись на RX Limited. Морана и Локлана объединили в пару, так же как докторов из Пенсильвании, Каркаласа и Тумпати. Команда Линды Маркс все еще не разглашала никакой информации о Леру, несмотря на то что все знали о его отношении к RX и что он находился под стражей.

Но если государственные обвинители делали все возможное, лишь бы оградить Леру от этого процесса, то сторона защиты, напротив, намеревалась именно его поставить в центр внимания.

Утром 7 февраля я прибыл в здание суда в Сент-Поле, в зал, где должна была вести процесс судья Сьюзан Ричард Нелсон. На скамьях собралось мало народу. За недели процесса я познакомился с теми, кто присутствовал на нем: с женой Оза и раввином, пришедшим поддержать соплеменника, местным репортером и Кимберли Брилл из УБН. Само действие разворачивалось за столами юристов с обеих сторон, где четыре обвиняемых сидели с двумя защитниками и где Линду Маркс окружили трое или четверо других прокуроров. Дело Пателя, аптекаря из Детройта, тем утром было отделено от остальных и обвинения против него прозвучали лишь позже.

В первой речи, обращенной к присяжным, прокурор США Роджер Гьюрел сказал:

— Все четверо фигурантов обвиняются в сговоре с целью распространения рецептурных лекарств через Интернет без действующих рецептов. Их предприятие было задумано не для того, чтобы обеспечить медицинский надзор и помощь, оно было задумано для извлечения прибыли. И некоторые из обвиняемых получили большую прибыль.

Он набросал картину преступной организации, работавшей безо всякого почтения к законам США и к безопасности клиентов:

— Все происходило быстро: напишите имя, адрес и название лекарства, какое вам угодно, количество, какое вам угодно, номер кредитной карты и причину заказа, и тогда несколькими днями позже к вашему порогу принесут это лекарство.

Вы много услышите о Поле Леру, но здесь судят не его. Здесь судят этих четырех обвиняемых за их деяния, за то, что они создали международную сеть операторов сайтов, менеджеров, врачей и аптек, согласившихся работать вместе и продавать в массовом масштабе рецептурные лекарства покупателям в Соединенных Штатах.

Каждый из обвиняемых прибегал к одному из вариантов одной и той же необычной защиты. Все они признали бо́льшую часть фактов, изложенных Гьюрелом, все они признали свое участие в разных операциях RX Limited. Но, поскольку они думали, что то, чем они занимаются, законно, они ошибались, но не были виновными. В случае иного преступления, убийства или ограбления, такая защита была бы невозможна. Но обвинения против Оза и других строились на том, что они знали, что нарушают американский закон.

У защитников Оза и Макконнела был и другой ход. Они настаивали на «принуждении». Говорилось, что Оз и Макконнел исполняли приказы Леру, потому что они боялись, что он убьет их в случае неподчинения. Защита Оза была основана на эпизоде в Субик Бэй. Защита Макконнела, за которую взялись супруги Мэри и Райан Пасига, — на убийстве Дейва Смита, друга подсудимого, и на последующих словах Леру: «Дейв был мне не нужен, тебе повезло, что ты нужен мне».

Чтобы поддержать свои утверждения о принуждении, они сделали то, о чем не пожелали позаботиться прокуроры: вызвали для дачи показаний Пола Леру и Джозефа Хантера. Ричмен, защитник Оза, сказал присяжным: