Сага о Великой Степи - Мурад Аджи

В войне, начавшейся в 225 году, выковывался стержень средневековой культуры, которую потом примет Ближний Восток, Северная Африка, Европа. Примут как веру, где главенствует Бог-дух, а не бог-«предмет», что в конечном счете, будет отличать религию от язычества. Всегда!

Дербент играл в тех событиях важную роль: он был координатором победы. И союзником одной из сторон конфликта. Тем интересен этот город, упомянутый в древних легендах Востока… Звучит неожиданно? Не будем торопиться. Вновь присмотримся к фактам.

И. К. Айвазовский.

Крещение армянского народа

Как следует из армянской истории, в 301 году армяне объявили миру о новой Церкви, где главное место отдавали Богу Небесному – Тенгри. Не Юпитеру, как Рим, не Ахурамазде, как Иран. Народ Армении принял алтайскую культуру. Акт делал эту страну независимой от Рима и от Ирана, она становилась союзницей тюрков. Люди впервые за свою историю вдохнули глоток свободы, о которой не мечтали, у них появилось государство, где тюрки были в уважении – братья по духу. В том убеждает книга «Кыпчакское письменное наследие», где приведены древние тексты молитв Армянской церкви – они на тюркском языке. До XVI века многие армянские общины хранили тюркский язык богослужения.

Права восточная мудрость, утверждая: «Тот, чья вера слаба, не может в других возбудить веры». Тюрки, выходит, смогли!

Отличало армянскую веру лишь одно – культ Христа, его Алтай не знал. Остальное было одинаково… Так появилась первая на Западе Церковь, институт религии, но не христианский, Христос, строго говоря, не был в пантеоне Бога. И это я подчеркну жирной линией. Он присутствовал в новой Церкви как сын Тенгри. Поэтому Армянская церковь называется монофизитская, или церковь Единобожия.

Тем отличается она от христианских Церквей, появившихся позже. «Веруем в Единого Бога (дословно – бир Тенгриге Атага), Вседержителя, Творца неба и земли, Видимого и Невидимого…» – этими словами начинались молитвы армян (цитирую по оригиналу).

Потом уже молитву дополнили слова о Христе (дословно – Огул Тенгриге – Сын Тенгри), то была дань другой политике, западной, которая придет в Армению через века.

Своего духовного лидера армяне звали католикосом, глава Церкви был родом из Аршакидов. В титуле скрывалась еще одна тайна: «каталык» – по-тюркски «союзник», это посвященным говорило о многом. Титул отражал суть нового духовного института, а также суть политики тюрков и армян – союзничество.

Однако связывать историю Армянской церкви с Кавказом нельзя, между ними, как известно, лежали сотни километров пути… Тогда почему же связывают? [79]

Для ответа на это «почему» мне потребовалось паковать чемодан и ехать в новую экспедицию – искать следы Кавказской Албании… Словами тут ничего не объяснишь, правду надо уметь добыть, как добывают золотые самородки. Восточная мудрость учит: «Гнев побеждай кротостью, зло добром, скупого дарами, а лгуна правдой». Я так и поступил.

Известно, что в 303 году, то есть через два года после Армянской, появилась другая монофизитская Церковь, а с ней страна – Кавказская Албания, ее католикос и царь тоже были из династии Аршакидов. Как в Армении. На Кавказе потомки парфянских царей возглавили общество. Опирались они на тюрков – огузов и кипчаков, выходцев из орды Албан (Алпан) с союзниками, тех самых, не забытых нами пришельцев с севера, которые однажды появились в окрестностях Дербента.

Символ Кавказской Албании повторяет тамги старшего жуза (ботбай, сикым), к которому принадлежал и род албан.

Равносторонний крест и кольцо, что очень и очень показательно.

Ради союза с Европой тюркский мир отделил от себя орду принеся ее в жертву общему согласию. Тот политический ход был важен, с него началась тончайшая политика, которая, повторяю, отличала раннее Средневековье. Все тогда подчинили вере в Бога Небесного, а веру насаждала светская власть – цари династии Аршакидов. Двуглавый орел, воплощающий единство светской и духовной власти, далеко не случайный символ той эпохи.

Та политика открыла путь в Европу – крестить язычников, что дало повод тюркам продолжить Великое переселение уже в европейском направлении и дойти до «края света» – до Атлантики и Скандинавии. Монастыри являлись оплотом новой духовной культуры. Забегая вперед, скажу: недооценка этой политики Римом приведет к расколу Империи в 312 году, а позже к конфликту Греческой церкви и Римской. И даже к тому, что ответом Востока на эту политику будет ислам, в продвижении которого участвовали те же Аршакиды, приняв имя Омейядов. [80] Все эти события будут иметь свое место, но позже, потому что они следствие тех шагов, которые задумали союзники – тюрки и армяне, собственно, устроители нового мира.

Рим желал жить по своим законам, он привык править и навязывать волю другим… Но его политика теперь вызывала лишь религиозные столкновения в Европе, что было на руку союзникам… Колесо истории запущено, оно увеличивало ход, и роль Дербента в той ситуации росла год от года – его правители не могли не встать в центр новой духовной культуры. И они возглавили Вселенскую Церковь, на них равнялась духовная жизнь Европы.

В окрестностях Дербента в IV веке выросло строение, может быть, дворец, может быть, что-то скромнее, археологи не нашли (вернее, не искали!) то место, где Аршакиды собирали духовных лидеров нового мира, который пришел на смену римскому варварству. В хрониках Востока это таинственное место известно как Чор (Джор). Имело оно и другое имя – Патриарший престол Вселенской церкви. Центр христианского мира.

Как видим, дверь в Европу тюрки сделали по своему росту. И говорить мне больше в этой связи не о чем – факт налицо.