Похищенная синьора - Лаура Морелли

– Не надо объяснять. – Этьен взял у нее винтовку и переломил ствол. – У меня фрицы тоже все забрали. Потому мы здесь и потому на следующей неделе приступим к выполнению плана.

– Думаешь, у нас получится?

– Шопен гарантирует успех. – Он, прищурив один глаз, заглянул в дуло. – Взорвать мосты необходимо – это существенно ослабит немцев, помешает им передвигаться по нашей территории.

Анна вздохнула:

– Надеюсь, Шопен знает, что делает. Как думаешь, Джон и Патрик сказали правду? Союзники действительно нам помогут?

Этьен прислонил винтовку к пеньку, встал напротив Анны и, положив ладони ей на плечи, заглянул в глаза.

– Я открою тебе тайну, – тихо проговорил он, наклонившись так близко, что на мгновение девушке показалось, будто он хочет ее поцеловать. Она почувствовала странное смешение чувств – теплой приязни и неловкости, вдохнув исходившие от него запахи табака, кофе и остывшей золы костра.

Но Этьен ее не поцеловал – он убрал прядку волос, упавшую ей на лоб, и внимательно вгляделся в ее лицо.

– Все рассчитывают на то, что британцы и американцы прилетят сюда и помогут нам, но я в это не очень-то верю. Я только одно знаю наверняка: мы должны сами позаботиться о себе. И если немцы пришли на нашу землю, мы должны сделать все, что в наших силах, чтобы их уничтожить.

От близости Этьена, от его запаха и пронзительного взгляда у Анны закружилась голова. Она отступила на шаг, взяла прислоненную к пеньку винтовку, сжала зубы и перезарядила оружие. Затем прицелилась в мишень.

– Тогда мне надо удвоить старания.

БЕЛЛИНА

Флоренция, Италия1506 год

«Мне надо удвоить старания. Пусть я всего лишь служанка, но как-никак взрослая женщина и сумею быть убедительной», – думала Беллина, открывая дверь и выходя на ослепительный солнечный свет.

Ей нужно было найти верные слова, чтобы объяснить Лизе: ее прекрасный портрет не может быть греховным излишеством и символом стяжательства. Сама Беллина понимала это все отчетливее. Но она боялась, что во Флоренции слишком много людей еще думают иначе, и ей совсем не хотелось подвергать опасности собственное будущее, скрывая работу мастера Леонардо в доме Франческо. Обогнув базилику с усыпальницей рода Медичи, она зашагала по узкому переулку к монастырю Санта-Мария-Новелла.

Сейчас ей ничего не оставалось, как снова попытаться убедить мастера Леонардо забрать свою незаконченную работу, а для этого необходимо было перехватить его, пока он не покинул город.

Юный кудрявый подмастерье встретил Беллину у входа для мирян – здесь обычно принимали родственников монахов, слуг и торговцев, доставлявших хлеб, вино, одежду и прочие вещи.

– Устраивайтесь поудобнее, – сказал он, проводив гостью в прихожую. – Мастер Леонардо скоро к вам выйдет. – И исчез за тяжелой деревянной дверью.

Беллина неуклюже пристроилась на каменной скамье возле этой двери и оглядела помещение – малую часть монашеской обители, открытую для внешнего мира. Вдоль стен здесь были расставлены мольберты с рисунками, прикрепленными к деревянным панелям. Как будто монахи тем самым отдавали дань уважения прославленному живописцу, поселившемуся у них. Беллина невольно улыбнулась, представив себе облаченного в яркие шелка мастера Леонардо среди аскетичных мужчин в рясах, подпоясанных простым вервием, и в жестких сандалиях.

Она терпеливо ждала, стараясь заставить себя смотреть в каменный пол, но взгляд сам тянулся к окружавшим ее рисункам. И каждый из этих набросков казался ей прекраснее предыдущего. Мастер Леонардо писал не только портреты или картины на библейские сюжеты. Он и раньше говорил Лизе, что черпает вдохновение повсюду. Здесь были эскизы для образа Девы Марии, это правда, но кроме того, Беллина увидела причудливые конструкции, самоходные повозки, копья странной формы, метательные орудия и зловещего вида арбалеты.

– Что-нибудь понравилось? – прозвучал голос незаметно подошедшего мастера Леонардо, и Беллина вздрогнула от неожиданности.

– Да… Прошу прощения! – выпалила она, потупив взор. – Я просто смотрела. И залюбовалась…

Мастер Леонардо улыбнулся:

– Не надо извиняться. Картины создают именно для того, чтобы ими любовались.

– Да… Поэтому я к вам и пришла.

– Правда? Неужто хозяин прислал тебя с известием о том, что он готов наконец заплатить мне гонорар за портрет его жены?

– Э-э… Нет, синьор, боюсь, я здесь не для этого. Я пришла просить вас забрать портрет. Мы слышали, что вы покидаете Флоренцию.

– Верно, – кивнул художник. – Мы с подмастерьями собираемся переехать в Милан. И пока ваш хозяин не изменит мнения по поводу оплаты моей уже проделанной работы, будем считать, что портрет закончен, дальнейших продвижений пока не ждите. Пусть он остается в доме у синьора Джокондо, целее будет… а заодно пусть напоминает хозяину, что за ним должок.

Беллина не знала, что Франческо еще не заплатил за портрет, но в общем-то это ее не удивило – муж Лизы был весьма практичным и прозорливым человеком. Однако мастер Леонардо не ведал одного важного обстоятельства: никто из домочадцев этот портрет в глаза не видел.

– Мой хозяин сказал, что непременно заплатит вам… когда портрет будет закончен, – начала Беллина, но смешалась и быстро добавила после паузы: – Только вот синьор Франческо не посылал меня к вам, маэстро. Я пришла по собственной воле.

– Ясно. – Художник окинул ее скептическим взглядом. – Что ж, похоже, мы с вашим хозяином в тупике.

– Но… – Беллина устремилась к нему и схватила за пышный шелковый рукав цвета лаванды. – Вы не можете просто бросить незаконченную работу в чужом доме! Прошу вас, синьор! – взмолилась она. – Пожалуйста, заберите портрет с собой в Милан!

Некоторое время в прихожей царила тишина – Леонардо да Винчи молча смотрел в глаза Беллине.

– Зачем? – поинтересовался он наконец.

– В нынешние времена нам нельзя привлекать излишнее внимание к семье Лизы. – Беллина сама удивилась тому, что повторила вечную присказку матери Франческо.

– Как же внимание может быть излишним? – усмехнулся художник. – Милая моя, ты разве не знаешь, что живописью я зарабатываю себе на жизнь?

– Знаю…

– Тогда ты должна понимать, что, чем больше внимания привлекают мои работы, тем больше заказов я получаю. И если все перестанут мне платить за портреты, я буду ходить голодным. Верно?

– Ну конечно… – Беллина, которой это простое соображение раньше не приходило в голову, почувствовала себя идиоткой.

– Так вот, если я заберу незаконченный портрет и твой хозяин больше не будет видеть его каждый день, он попросту выбросит меня вместе с ним из головы и уже никогда ничего не заплатит, – развел руками мастер Леонардо.

– Но… – Беллина с отчаянием сделала глубокий вдох. – Вы не понимаете! Портрет нужно закончить, потому что моя хозяйка… она