Федюнинский - Сергей Михеенков

— Ну, Анатолий Николаевич, — напутствовал Федюнинский своего бравого полковника, — дуй вперед железным кулаком! С мелкими и отходящими группами противника в бой не ввязываться. Не ваш калибр. Ваша задача — не отрываться от противника и не позволить ему занять оборону в районе Магдалена.

В эти дни войска проходили в сутки по 25–30 километров и больше. Это был мощный и сокрушительный марш, какого армии Ленинградского фронта еще не знали.

В полосе наступления 108-го стрелкового корпуса, где дела складывались так же успешно, в прорыв вошла другая подвижная танковая группа.

К исходу 20 сентября 2-й ударной армии удалось продвинуться вперед на 80 километров.

Мечты Гитлера об обороне на «Танненберге» «до последнего солдата» Федюнинский похоронил глубокими танковыми прорывами и энергичными действиями пехоты, которая зачастую продвигалась вперед на броне как танковый десант. Когда подвижные группы вышли в тыл рубежу на Синих горах, немцы дрогнули и начали спешно выводить войска из-под удара. 8-я армия перешла в наступление. Через двое суток ее передовые отряды, сомкнувшись с авангардами 2-й ударной армии, уже стояли перед городом Раквере и перегруппировывались для штурма.

Тем временем Эстонский корпус генерала Пэрна Федюнинский развернул на Таллин. 22 сентября 1944 года передовые части корпуса ворвались в столицу Эстонии. Следует отметить, что 8-й стрелковый корпус там же, в районе Раквере, наголову разбил 20-ю эстонскую гренадерскую дивизию СС. Другие корпуса наступали направлением на Пярну с задачей к 25 сентября 1944 года полностью очистить побережье Балтийского моря и взять Пярну. Задача была выполнена.

В сводке Совинформбюро в эти дни сообщалось: «Войска Ленинградского фронта, перейдя в наступление из района севернее ТАРТУ, прорвали сильно укрепленную оборону противника и за четыре дня наступательных боев продвинулись вперед до 70 километров и расширили прорыв до 120 километров по фронту…

Одновременно западнее города НАРВА войска Ленинградского фронта с боями в течение трех дней продвинулись вперед до 60 километров и заняли более 300 населенных пунктов…

Восточнее РИГИ наши войска с боями заняли более 100 населенных пунктов…»

Корпус генерала Пэрна ушел к Таллину и поступил в подчинение 8-й армии. Под рукой у Федюнинского оставались 98, 108 и 116-й стрелковые корпуса со средствами усиления.

Двадцать шестого сентября из штаба фронта раздался звонок. На связи был командующий.

— Иван Иванович, труби своим молодцам отбой атаки, — сказал Говоров.

Федюнинский молчал. Он не понял приказа и ждал разъяснений.

— Останавливай наступление. — Говоров тоже сделал паузу. — Понимаю, ты огорчен. Впереди Рига. Ее возьмут без Второй ударной. Директиву на дальнейшие действия я вам уже направил.

Звонок командующего огорчил. Но что делать — приказ. Федюнинский отдал распоряжение связаться со всеми корпусами и передать приказ: стоп.

Федюнинский слушал, как офицеры связи обзванивали штабы и КП командиров корпусов. Как жаль, как жаль… До Риги рукой подать. Темп продвижения хороший. Танковые группы с десантом уверенно ломятся вперед, зачастую обгоняя отступающие колонны немцев. Как жаль…

— Товарищ командующий, — обратился один из офицеров, — товарищ генерал Фетисов не слушается. Не желает останавливать свои войска. Не выполняет ваш приказ.

— Как не выполняет?

— А так. Обругал меня. Мол, я его дезориентирую. Не верит в ваш приказ!

Федюнинский взял трубку и услышал разгневанный голос командира 116-го стрелкового корпуса генерала Ф. К. Фетисова^[70]:

— А я тебе говорю, капитан, что лично от командующего получил приказ — на всех парах гнать войска к Риге!

— Федор Кузьмич, — спокойно сказал Федюнинский, — пришла директива из штаба фронта. Нам приказывают остановиться.

В трубке какое-то время сухо пощелкивала тишина.

— Понял, Иван Иванович. Главное понял: Ригу будут брать другие. А мне до нее — один бросок!

— Останавливай войска, Федор Кузьмич.

— И куда мы теперь?

— Еще неизвестно.

— Понял. Разрешите выполнять?

— Выполняйте.

На следующий день поступил приказ: 2-я ударная армия выводится в резерв Ставки Верховного главнокомандования.

Пользуясь передышкой, которая не могла быть долгой, Федюнинский собрал офицерский состав армии и провел совещание по теме действий армии в Эстонии. Подвел итоги: с боями пройдено более 300 километров, освобождены центральные и западные районы материковой Эстонии, города Таллин и Пярну, более двух тысяч населенных пунктов. Захвачено большое количество трофеев и 6880 пленных. В руках противника оставались лишь острова Моонзундского архипелага. Поставил задачи: улучшить дела в разведке, более тщательно изучать передний край противника, систему его огня, инженерных сооружений. От командиров потребовал более умелого построения боевых порядков вверенных им войск с учетом рельефа местности и особенностей обороны противника. Каждый свободный час занять боевой учебой. Зачитал прощальный приказ Маршала Советского Союза Л. А. Говорова:

«2 УА в составе войск фронта сыграла большую роль в снятии вражеской блокады с Ленинграда, завоевании великой победы под Ленинградом и в боях за освобождение Советской Эстонии от немецко-фашистских захватчиков.

Победоносный путь 2УА на Лениградском фронте отмечен блестящими успехами, а боевые знамена ее частей овеяны неувядаемой славой.

Трудящиеся Ленинграда и Советской Эстонии всегда будут свято хранить в своей памяти боевые заслуги доблестной 2 УА, ее героических воинов — верных сынов Отечества…»