Львиное Сердце - Бен Кейн

Мне предстоит скакать на настоящих врагов. На французов, которые, в свою очередь, будут стараться проткнуть меня копьями.

– Да пребудет с вами Бог, сэр, – напутствовал меня Рис. Вид у него был взволнованный, что только усиливало мою тревогу.

Я сухо кивнул ему и пустил Лиат-Маха вслед за скакуном герцога, могучим вороным жеребцом. До меня вдруг дошло, что не стоит идти в атаку на простой лошади, но я ничего не мог поделать. Не было времени подыскивать боевого коня, обещанного Ричардом. Лиат-Маха, как всегда, не подведет, сказал я себе.

– Готовы, господа? – обратился к нам герцог. Прокатилась волна утвердительных возгласов. – За мной!

Ричард тронул коня шпорами и выехал на яркий солнечный свет. Выстроив мощный боевой порядок, местами в три шеренги глубиной, он с криком «За Бога и Аквитанию!» перевел скакуна в галоп.

Мы под косым углом помчались на французов. Через узкую прорезь шлема я видел только врага. Нас разделяла четверть мили или около того, но мне показалось, что мы покрыли это расстояние в мгновение ока. Секунду назад мы оставили укромный приют среди деревьев и понеслись навстречу теплому ветру, а в следующую уже можем достать противника копьем, так же как он – нас.

– За Бога и Аквитанию! – крикнул Ричард.

Французы в полном порядке совершили поворот и на рысях двинулись нам навстречу. В большинстве своем они ничем не отличались от нас. У них были такие же круглые или конические шлемы и длинные хауберки. Прикрывались они остроугольными щитами разных типов, оружием им служили копья. У некоторых имелись гребни на шлемах, как у Ричарда, или гербы на щитах. Их линия была значительно длиннее нашей, подчеркивая их численное превосходство.

Я старался не думать ни о чем таком и вместо этого гнал Лиат-Маха, держась рядом со скакуном Ричарда. Опустив копье, я выбрал противника – воина с желтым щитом, пересеченным толстыми красными линиями. На мою удачу, сам он нацеливался на герцога и не видел, как приближаюсь я.

Грохот столкновения. Ричард налетел на врага. Мой француз скакал, намереваясь достать герцога, но тут мое копье врезалось в его щит. Это был, наверное, лучший удар из всех мною нанесенных, и рыцарь вылетел из седла. Я промчался мимо и отшвырнул копье, треснувшее от сильнейшего удара. Пока я тянулся за мечом, на меня напал другой французский рыцарь. Я дернул поводья, и Лиат-Маха рыскнул в сторону. Острие копья противника скользнуло по моему щиту и прошло мимо. Не успев выхватить клинок, я упустил возможность срубить врага прежде, чем мы разминулись.

Меч вылетел из ножен. Я придержал Лиат-Маха, заморгал, стряхивая пот, и завертел головой. Нет, я не рассчитывал увидеть стройные линии, но все равно не ожидал, что бой в верховом строю настолько беспорядочен. Мимо пролетают кони, слышны стоны и крики людей. С разных сторон доносится звон мечей и копий, бьющих о щиты и шлемы. Вот вороной жеребец герцога, вот ближе ко мне – великолепный серый конь Фиц-Алдельма. Но в остальных случаях я не мог отличить друзей от врагов.

Грохот копыт. Я скосил глаза. Из ниоткуда на меня налетел неприятельский рыцарь. Копье ударило в верхнюю часть моего щита, вдавив его в грудь. Я отклонился в седле, и копье соскользнуло, уйдя вверх. Мне повезло, что оно не уперлось в мою шею. Уже неспособные остановиться, скакун француза и Лиат-Маха столкнулись. Разница в весе сказалась сразу. Бедный Лиат-Маха покачнулся, заваливаясь набок, но, слава богу, не упал. Я оказался прямо напротив француза, который продолжал сжимать копье. Я врезал ему по голове. Он подставил щит, но сила удара была такой, что тот разломился. Лихорадочно пытаясь выхватить свой меч и прикрываясь жалким обломком щита, противник был не в силах остановить мой следующий выпад. Я заметил, что его кольчужный воротник отстегнулся, обнажив низ шеи. Мгновение спустя враг умер.

– Ко мне! Ко мне! – раздался невдалеке клич Ричарда.

Атакованный французом с булавой, я не мог оглянуться на герцога. В последующей короткой сшибке мне повезло: мой щит чуть не разлетелся в щепы, но все же остался целым. Затем, когда вихрь схватки развел нас с размахивавшим булавой противником, я заметил Ричарда справа от себя. Он наступал, рубя направо и налево, а его жеребец кусал рискнувших подойти вражеских коней. Рядом с герцогом был Фиц-Алдельм. Оказавшиеся поблизости французские рыцари пятились, и я возликовал, хотя бок о бок с герцогом сражался мой враг.

И тронул Лиат-Маха, чтобы примкнуть к своим.

Слева от Ричарда места не было, поэтому я расположился подле Фиц-Алдельма, левее которого находился герцог. Многие из наших соратников тоже откликнулись на призыв и стали подтягиваться. Мы с громким криком надавили на французов, и они побежали. Стены Шатору становились все ближе. Среди толчеи рыцарей и коней невозможно было понять, как идут дела у наших жандармов, вступили они вообще в бой или нет. Мы одерживаем верх, сказал я себе. Отрежем вражеских рыцарей от их пехоты, и победа наша. Я старался не думать о пене, выступившей по краям рта у Лиат-Маха, и о том, как тяжело ходят его бока.

Испуганные вопли достигли моих ушей. Обеспокоенный, так как они доносились сзади, я обернулся. И в ужасе увидел, что десятки французов скачут прямо нам в бок. Как позже стало известно, они откололись от товарищей при первой сшибке. А теперь перестроились и, возглавляемые лично де Барром, устремились на нас, как стая хищных волков.

– Сир!

Я напряг свои легкие как мог, чтобы издать этот крик.

Ричард услышал. Увидел. Натянув поводья и остановив коня, он развернул нас. Тем временем французы, которых мы преследовали, отступили на безопасное расстояние.

– Они валят из замка, словно крысы! – раздался голос Фиц-Алдельма.

Зазор между позициями, нашей и французских рыцарей, позволил нам наконец обозреть поле боя. Наши жандармы не добрались до ворот, а если и добрались, то их отбросили. Они не бежали, но подвергались жестокому натиску. Французские солдаты, пешие и конные, лились из ворот неиссякаемым потоком. Теперь между молотом и наковальней оказались мы, а не преследуемые нами рыцари.

Я растерялся. Там, где светила победа, замаячили поражение и гибель. Острые когти страха раздирали меня, но я черпал отвагу, глядя на лицо Ричарда, спокойное и решительное.

– Надо отступать, пока не поздно. – Герцог бросил взгляд на ворота, шагах в ста от нас, и лающе рассмеялся. – Вроде и близко, а не достанешь.

По приказу герцога мы развернулись и поскакали по открытой местности, прочь от двух французских отрядов,