Rotten. Вход воспрещен - Джон Лайдон

ЛЕТТС: Ты просто должен был представить себе, как ты выглядишь в их глазах! Когда я хожу на всякие веселые вечеринки в Ирландии, именно так они на меня и реагируют. Им нравилось тянуть меня за волосы – это начиналось сразу как только я выезжал за пределы Дублина. Я думаю, по этой причине мы с Джоном так хорошо поладили. В развитии истории Англии был период, когда вся братия Джона – ирландцы, чернокожие, собаки – считалась изгоями. Тогда в отелях и местах, которые можно арендовать, были специальные знаки.

ЛАЙДОН и ЛЕТТС: Черным, ирландцам и собакам вход воспрещен!

ЛЕТТС: Я не знаю, кто был первым в этом списке. Думаю, что собаки, зная англичан. Ирландцы и ямайцы – схожие по духу люди. Здесь не может быть двух разных мнений.

ЛАЙДОН: Они всегда были моими товарищами. Мы были вместе во всех лучших районах Брикстона и Килберна, мы всегда очень хорошо ладили в пабах. Все портилось только тогда, когда вмешивались англичане. У ирландцев и ямайцев определенно есть что-то общее. Ирландский мосс – это травяной напиток из водорослей, и когда англичане голодали и воровали картофель, чтобы хоть как-то прокормиться, ирландцы ели морские водоросли. Когда мы с Доном были на Ямайке, мы ходили в местечко под названием Irish Town, где покупали записи. Нам это казалось очень ироничным. У них были все записи Джима Ривса, и на этом все. Старшее поколение слушало кантри и вестерн, Перри Комо и Джима Ривса, и мы были возмущены, когда видели в этом месте заголовки и названия, которые нравились старшему поколению.

ЛЕТТС: А как насчет той истории про «бутерброд с дерьмом»? Это правда?

ЛАЙДОН: Это было в доме Норы. Когда я пришел к ней, она заявила: «Конечно, я тебе верна!» Под столом же в тот момент сидел Ник Годдард. И да, тут началось.

В доме были эти ужасные парни из Hell's Angels, человек десять. Час спустя все решили, что проголодались. Со мной была пара товарищей, а Нора оказалась глупой и разрешила приготовить нам еду. Теперь Нора никогда больше не притронется ни к чему, что мы готовили на кухне, поэтому мы просто угощаем ее друзей. На сквородке в буквальном смысле готовилось дерьмо в оливковом масле. Мы добавили в этот хренов омлет яйцо и еще что-то. Все они решили, что это была самая вкусная еда. Бутерброд с дерьмом просто всех убил. Он был прожарен, промазан между двух тонких кусочков хлеба, и все подумали, что это говядина.

ДЖАНЕТ ЛИ: Я помню, как однажды мы все были в пабе в Тоттенхэм Корт Роуд, достаточно далеко вниз по улице Уоррен.

Сначала мы сидели в «Ла Скала», а затем решили сходить в другой паб. Я помню, что Джон был одет в белый пиджак, а Сид пришел в паб с Нэнси. Сид оставил Нэнси и подошел к нашему столу. Помню, как Джон сказал ему: «Брось ее, Джон. Избавься от нее. Пошли подальше!» Нэнси никому не нравилась, так как была нижайшей формой жизни.

ЛЕТТС: Я видел Сида и Нэнси до того, как они уехали в Америку. Я пригласил их в офис, чтобы они подписали релиз фильма о панк-роке. Сид пришел с Нэнси, и они оба были не в себе.

У Сида был нож с шестью лезвиями, и он постоянно тыкал им в Нэнси. Неглубоко. Она говорила: «Перестань! Перестань!» Совсем скоро после этого случая произошло все это дерьмо. Все, что мы слышали, – заголовки в газетах. Все постоянно искажалось, как в Walley of the Dolls или в фильме «Великое рок-н-рол-льное надувательство», даже выступление Джона в Америке.

Я чуть не упал, когда увидел в газетах фотографии Джона, играющего перед американской толпой. Я просто читал газетные заголовки.

Тогда фильм «Великое рок-н-ролльное надувательство» тоже был для меня источником информации. Я чувствовал сильные эмоции, глядя на то, как мой друг выступал перед всеми этими людьми – ведь они были далеко не такими добрыми, какими могли показаться, они разрушали, убивали и все прочее. И там был Джон, мой друг, с которым я зависал в «Робак пабе».

ДЖУЛЬЕН ТЕМПЛ: Фильм «Великое рок-н-ролльное надувательство» был интересным и наполненными противоречиями. Мы попытались посмотреть на эту историю под разными углами. Идея была в том, чтобы налгать, поиграть с мифами и заставить их «взорваться». Sex Pistols как будто пытались нагрузить твое сознание, задавая тебе вопросы, узнавая, что ты думаешь об этом мире. Постоянно находясь во взвинченном состоянии, мы и правда думали о мире и о том, что все вокруг на самом деле значит.

ДЖАНЕТ ЛИ: Как только вышел фильм «Великое рок-н-рояльное надувательство», народ начал таскать по улицам портреты Джона и поджигать их. Я был в ужасе.

ЛАЙДОН: Первый акт трагикомедии включал в себя поджог портрета Джонни Роттена, и это было великолепно. Меня сняли просто блестяще, вся сцена была потрясающей. Я тогда думал, что хочу умереть. Мне казалось, что это конец моей жизни.

Но Малкольм никак не отреагировал на этот фильм. Это продолжалось не слишком долго. Он и его друзья решили, что это кино – полная лажа.

ДЖУЛЬЕН ТЕМПЛ: Было трудно находиться рядом с Джоном и быть безучастным, потому что он и Малкольм были двумя чистыми источниками энергии. Когда мы выпустили фильм, Джон уже распрощался с Малкольмом. С фильмом у него не было ничего общего, поэтому я попытался представить Джонни как реформатора и сохранить его как важный элемент.

ЛЕТТС: От момента, когда мы с Pistols зависали в «Робак пабе» до момента, когда они выступили перед американцами, прошло всего два года. Но пережить эти два года было все равно что пережить по меньшей мере пять лет. Я только теперь понимаю, что именно должен рассказать своим детям. Я покажу им Фильм о Панк-Роке.

ДЖАНЕТ ЛИ: Как насчет нападения полиции? Это было фантастически. Это было как раз когда PIL (Public Image Ltd) только зарождались, и это была единственная ночь, когда мы спали.

На следующий день в шесть утра мы снова были на ногах. Сначала я дремал внизу, и вдруг проснулся оттого, что услышал шаги по потолку. Я сразу подумал, что это полиция. Я вскочил и побежал по дому с криками: «Полиция! Срочно выбрасывайте все!»

Дэйв Кроу держал мотоцикл в комнате, поэтому он моментально попытался смыться.

ЛАЙДОН: У меня наверху была пачка травы, которую полиция не заметила.

ДЖАНЕТ ЛИ: Кто-то подарил Джонни на день рождения огромный меч. Когда он спустился по лестнице, не зная, кто находится внизу, он направил свой меч прямо на полицейских.

ЛАЙДОН: Они искали нас всех наверху и все перевернули вверх дном. Они разорвали матрасы, коврики и постельные принадлежности. Их полицейская собака гонялась за нашим котом по всему дому. В конце концов полиция, разочаровалась и была готова покинуть дом.

У меня в чайнике была спрятана большая пачка марихуаны, но потому как кот решил встать на колонку рядом с чайником, полиция подумала, что собака лает на кота. Спасибо тебе, Сатана!