Циолковский - Валерий Демин

Как бы ни была тяжела истина, но лучше истина, чем ложь.

Как бы ни казались дары гения духовны, они всегда сводятся к материальному.

Как жалок человек в своих заблуждениях!

Как наука ни старается, природа все время ставит ей новые и новые задачи величайшей сложности.

Как ужасно делать великое и быть непонятым.

Как часто мы в мечтах принимаем желаемое — за осуществленное, недоступное — за близкое.

Капитал, во всех его видах, в особенности наследственный, есть насильник и потому нуждается в ограничении.

Колебание рождает бессилие.

Количество радостей и приятных ощущений в течение всей жизни любого смертного существа равно количеству ощущений неприятных или горестных.

Космос вечно меняется, вечно разнообразен и до бесконечности сложен.

Космос не имеет ни начала, ни конца.

Кто знаком по личному опыту с процессом воплощения идеи, тот знает, как при этом выползают со всех сторон невидимые раньше враги дела — непредвиденные и неожиданные препятствия, то здесь, то там вредящие воплощению мысли. Этих врагов всегда нужно ждать, запасшись терпением, знанием, опытностью, единодушием и материальною силою, т. е. презренным металлом. Не одолев их, не скажем самоуверенно: мы победили!

Лишь сотни лет наука прогрессирует, большую же часть времени — человечество проспало.

Логика важнее фактов.

Ложь и заблуждение такое же проявление Вселенной, как и правда.

Лучше знать, чем не знать.

Лучше медленный прогресс, с возможным ограничением страданий и насилия, чем бешеный, но с большими муками.

Лучшие мои мысли всегда рождаются на вольном воздухе, дома я их только записываю, поправляю, совершенствую.

Любознательность есть пища для ума, которая неожиданно может превратиться в материальную пищу и в материальные блага.

Люди даже не представляют того, во имя чего они живут и действуют. Истинная задача жизни пока сокрыта от людей полностью. её знали и знают только несколько человек в мире. Может быть?

Маленькая масса тоже может чувствовать.

Материя и её эволюция представляют собой самую загадочную и совсем непонятную единственную субстанцию Космоса, к отгадке которой стремится мозг человека уже целые тысячелетия, также воплощающий ту же материю.

Материя — носитель чувства, так как ничего, кроме материи, нет.

Материя, пройдя через мозг высших организмов, превратится в необратимую форму особой энергии, обладающей космическим и телепатическим сознанием, разлитым в мировом пространстве.

Математика — могучее орудие ума.

Мелюзга и бездарь забила все дороги в Науку и пошла по тропам гениев. В этой яме, которая носит высокое имя Наука, побеждает тот, кто благодаря своей физической силе, ловкости и изворотливости выходит, выкарабкивается на более высокий уровень…

Меня нисколько не страшит критика моих работ, но меня страшит мое полное одиночество, замалчивание и мое бессилие.

Мир заквашен несправедливостью. Общество развивалось уродливо, потому что существует социальное неравенство. Есть низшая категория вредителей — бандиты. Их ловят, изолируют и истребляют. Есть более высокая категория вредителей — капиталисты. Это тоже по положению своему бандиты, бандиты всепланетные и международные. Борьба с ними мыслима в международном масштабе.

Мир отчаянно несовершенен.

Мир стал обыденным. Колоссы и светила человеческой мысли поглощены маленькими огоньками, облепившими их со всех сторон, и «критерий значимости человека» исчез из сознания большинства руководителей. Уже в прошлом [XIX] веке перестали отличать великанов от пигмеев.

Мир — это феникс. Всякая смерть есть катаклизм. Ему подвержены звезды, Солнце, планеты, микробы, растения, животные и человек. Катаклизм есть обязательное и неизбежное качество всякой материальной индивидуальности. Но все человечество в целом будет бороться за свое бессмертие всеми доступными ему средствами, ибо оно владеет такими средствами, которых нет ни в чем и нигде, это — разум.

Мне всегда стыдно, как мало я ещё сделал для своей Родины.

Мне кажется, я даже почти твердо верю, по крайней мере моя философия указывает мне на это, что особые непостижимые нам существа есть.

Мне нужен суд народа.

Мне чуждо чувство зависти, и я совсем не знаю, что такое самовлюбленность, но я горд, очень горд тем, что первым поднял вопрос о космических ракетах в русской и мировой науке, горд тем, что на мой русский приоритет никто не смог посягнуть — столь он незыблем. Счастье такого рода не всякому выпадает на долю, и когда-нибудь меня оценят по-настоящему.

Мозг, верно, во многое может проникнуть, но не во всё, далеко не во всё… Есть и ему границы…

Мозг воспринимает свойства материи, как зеркало, отражающее предметы.

Мои взгляды и учение — несомненный продукт науки и прочитанных мною книг. (…) Без науки, без этого склада трудов великих и гениальных людей всех времен и народов я был бы крошечной величиной.

Моменты жизни субъективно сливаются все вместе и образуют в сумме такую же бесконечность, как и полное время.

Моя ракета должна послужить (…) космической философии.

Моя цель — в малом и доступном объеме дать много.

Музыка, как и другие искусства, — потребность человека.

Мы верим в современную науку, но мы верим и в её ограниченность, в её более сложное и исправленное будущее. Поэтому сомнения не мешают, в особенности если они ведут человечество к благу.

Мы видим, что Вселенная совершенна и блаженна. Течение одной заблудшей жизни, даже всего человечества, не может, очевидно, нарушить гармонического господства космического разума, возникшего на лучших планетах и распространившегося на миллионы миллиардов планет и солнечных систем.

Мы должны быть мужественными и не прекращать своей деятельности от неудач. Надо искать их причины и устранять их.

Мы должны оставить все внушенные нам правила морали и закона, если они вредят высшим целям.

Мы живем более жизнью Космоса, чем жизнью Земли, так как Космос бесконечно значительнее Земли по своему объему, массе и времени.

Мы знаем, что знаем мало, чрезвычайно мало из всего того, что предлагает природа нашему изучению.

Мы мало знаем. Нас ждут бездны открытий и мудрости. Будем жить, чтобы получить их и царствовать во Вселенной.

Мы не знаем также обстоятельно строения, размеров, динамики и органической жизни Космоса. Очень возможно влияние на нас живых существ, подобных нам, только более совершенных. Если его теперь нет, то оно может ещё проявиться. Бесчисленные планеты Вселенной, несомненно, кишат ими.