Проданная Польша - Александр Усовский

Наместник Константин Павлович

Административный совет Царства Польского был преобразован во Временное правительство. Сейм избрал главнокомандующим польскими войсками генерала Ю. Хлопицкого и провозгласил его «диктатором». Более радикальные участники восстания во главе с Иоахимом Лелевелем создали Патриотический клуб, который выступал против любых, самых робких, попыток все же решить дело миром и как-то договориться с царскими властями. Правда, генерал Хлопицкий поначалу все же совершил определенные действия по нейтрализации последствий мятежа — он закрыл Патриотический клуб, а затем отправил делегацию для переговоров с Николаем I. Император, надо сказать, также вначале не стремился к кровавому подавлению восстания — его гораздо более изумила польская неблагодарность.

Когда уполномоченный Хлопицкого Вылежинский приехал в Петербург, Николай I заявил: «Конституция в том виде, какою я нашел ее при вступлении моем на престол, и каковою она была завещана мне моим братом, императором Александром I, эта конституция мною неизменно и строго сохранялась без всяких изменений. Я сам отправился в Варшаву и короновался там королем польским; я сделал для Польши все то, что было в моих силах. Конечно, может быть, в некоторых учреждениях царствa польского и были некоторые недостатки, но это не по моей вине, и следовало это понять, войдя в мое положение, и иметь ко мне больше доверия. Я всегда желал добра больше и, несомненно, сделал все для ее блага». Император отказался принять «мятежных подданных», и делегация вернулась из Петербурга ни с чем. Это вызвало отставку Хлопицкого. Возобновивший свою деятельность сейм под влиянием восстановленного Патриотического клуба провозгласил низложение (детронизацию) царя в январе 1831 г.

Органом польской исполнительной власти стало «Национальное правительство» («Жонд народовы»). Во главе его стояли князь Адам Чарторыйский (во времена оны — близкий друг Александра I, между прочим! К тому же занимавший в 1804-1806 гг. пост министра иностранных дел России) и другие аристократы. Новое правительство объявило войну царской России. Заметьте — не Россия начинает эту войну, а польские инсургенты! И знаете, с какими целями? Восстановление власти Речи Посполитой над всеми территориями, некогда в нее входившими! Стремление к достижению прежних границ Царства Польского и к присоединению, прежде всего, Литвы «стало одним из главных факторов ноябрьской революции». Ключевым пунктом этой «польской революции» было не освобождение от власти России — власти более чем условной. Главным для вождей этого мятежа был захват литовских, белорусских и украинских земель. Депутация сейма потребовала, чтобы к Царству Польскому были присоединены белорусско-литовские и украинские земли, а польское государство было восстановлено — ни много, ни мало — в границах 1772 г.! Такой наглости русские давненько уже не видали!

На самом деле восставшие поляки не хотели свободы для себя — они хотели рабства для других!

И поэтому проиграли.

И поэтому НЕ МОГЛИ НЕ ПРОИГРАТЬ!

* * *

24 января (5 февраля) 1831 г. в Польшу вступила русская армия. Командовавший ею генерал-фельдмаршал И.И. Дибич-Забалканский действовал достаточно осторожно, стараясь не «наломать дров» — ведь войну приходилось вести в русских пределах! Так, одержав 13(25) февраля победу в сражении при селе Грохове, он имел возможность взять оставшуюся незащищенной Варшаву, подвергнув город ужасам штурма; однако вместо этого приказал отступить. 14 (26) мая польские войска были наголову разбиты под Остроленкой. Переход русских в решительное наступление мог привести к полному истреблению польской армии. Однако Дибич вновь не воспользовался плодами победы — истребление русских подданных русской армией он не считал доблестью.

Фельдмаршал Дибич

Фельдмаршал Паскевич

Вскоре началась эпидемия холеры, жертвами которой стали как Великий князь Константин, так и русский главнокомандующий. Ликвидацию мятежа пришлось довершать назначенному на место Дибича генерал-фельдмаршалу И.Ф. Паскевичу. Этот уже не миндальничал — надо было быстренько сворачивать шарманку польского мятежа: 26 августа (7 сентября) 1831 года, в девятнадцатую годовщину Бородинского сражения, Варшава была взята штурмом, особенное ожесточение которому придала учиненная поляками 15 (27) августа зверская расправа над русскими пленными. С известием о победе Паскевич отправил в Петербург внука Суворова, как бы напоминая о том, что он повторил достижение великого полководца — взятие Варшавы в 1794 г. Вскоре были разбиты и сдались находившиеся вне столицы остатки польских войск.

Получив за усмирение мятежа титул князя Варшавского, Паскевич был назначен наместником в Польше. На этом посту он пребывал в течение 25 лет, действуя строго, но справедливо, за что заслужил у прогрессивной общественности славу «душителя польской свободы».

В отличие от своих не совсем адекватных старших братьев, Николай I был достаточно твердым (даже жестким) правителем. Согласно его манифесту от 14(26) февраля 1832 г. «О новом порядке управления и образования Царства Польского», конституция 1815 г. упразднялась, Польша лишалась собственной армии и Сейма, сохраняя лишь административную автономию. Кроме того, император приказал забрать из семей польских аристократов всех мальчиков в возрасте 7-9 лет для воспитания их в Тульском кадетском корпусе.

В сороковых годах русское правительство упраздняет действовавший до этого на белорусских территориях Статут Великого княжества Литовского, заменив его внутрироссийскими законами.

Урока хватило надолго, и вплоть до окончания царствования Николая I поляки сидели смирно. По-мелкому им удалось напакостить России лишь в Крымскую войну, когда офицеры-поляки с удовольствием сдавались в плен англо-французским интервентам.

В числе защитников легендарной крепости были солдаты, унтер-офицеры и офицеры Брестского, Белостокского, Литовского, Виленского, Могилевского, Витебского, Полоцкого и Минского пехотных полков. Восемь полков (две пехотные дивизии!) отправила Литва (к этому времени уже все более и более становящаяся Белоруссией) сражаться за честь России на бастионы Севастополя! Из их числа за участие в Крымской войне Георгиевскими знаменами награждены 50-й Белостокский, 49-й Брестский, 51-й Литовский, 54-й Минский пехотные полки.

Надо сказать, что и польские полки русской армии сражались под Севастополем геройски — Георгиевские знамена получили 57-й Модлинский, 58-й Пражский, 59-й Люблинский пехотные полки. Но, увы — польские полки отличились не только доблестью своих солдат и унтер-офицеров. Офицеры этих полков также весьма и весьма «отличились» — но уже в другую сторону; распространенным явлением «Севастопольской страды» стал переход польских офицеров русской службы на сторону неприятеля.