Царь Иисус - Роберт Грейвс

Слава бежала впереди него, и возле дверей в синагогу его ждало столько людей, что он поспешил свернуть на дорожку, которая привела его к дому председателя общины. Вскоре толпа осадила дом и, барабаня в дверь и окна, требовала к себе Иисуса. Председатель общины растерялся.

— Они сорвут с дома крышу и всех нас перережут.

Иисус подошел к окну в верхнем этаже и сказал толпе:

— Отойдите от дверей, чтоб я мог выйти, и не смейте трогать меня, иначе вы поплатитесь за это.

Толпа подчинилась. Иисус пошел на причал, сел в лодку и оттолкнулся от берега. Несколько часов он говорил с толпой из лодки.

Вечером он объявил своему ученику Иоанну:

— Дьявол, который владел зерноторговцем, требует, чтоб я возвратился в Назарет, и я должен пройти через это испытание. Отправимся завтра.

Они выплыли на лодке на середину озера, потом пристали к пустынному берегу и пешком направились в Назарет. В городах, через которые им пришлось пройти, их никто не знал, и они добрались до Назарета без приключений. Иисус стал жить в доме Марии.

Плотника Фому он нашел за работой и предложил ему стать шестым учеником. Фома согласился.

— Конечно же, я пойду с тобой, — сказал он. — Как же не пойти? А куда ты держишь путь?

— Сын Адама должен всходить на горы и спускаться в долины, пересекать реки и равнины, и его путешествие закончится в будущем году во время Пасхи.

— Куда же оно приведет нас?

— Туда, где закончился путь Адама.

Известие о чудесах, обойдя сад Галилейский, достигло Назарета. Соседи очень удивились, и один из них прямо заявил:

— Не может быть, чтобы это был Иисус, сын Иосифа-плотника, которого мы звали Египтянином.

Другой возразил ему:

— Кто знает? В нем всегда было что-то странное. Помните, как он управлялся с ядовитыми змеями? И пугливые птицы без страха садились ему на плечи.

А третий сказал:

— Он уже прославил нашу деревню. К тому же если он умел исцелять в Капернауме, то почему бы ему не исцелять у себя дома? Что до меня, то я рад был бы, если б он избавил меня от ревматизма, а то ведь я каждую зиму мучаюсь.

Вновь заговорил первый:

— Коли так, то у меня после еды вечно болит печень. Хоть бы Иисус мне помог, а уж как он это сделает, не все ли мне равно, хотя, говорят, его чудеса не совсем законны.

Разгорелся спор.

— Ходят слухи, что он научился своим чудесам в Египте, когда там жил, и сумел унести из школы колдунов самое тайное колдовство, записанное на пергаменте.

— Как же ему это удалось?

— Вроде он заранее сделал себе надрез на голове наподобие кармана и туда спрятал пергамент. Иначе ему бы ни за что не пронести его мимо золотых псов у входа.

— Похоже на правду. Из десяти мер колдовства Египет взял девять.

— А вдруг все это чистейшая выдумка? Так или иначе, рыбари в Капернауме пригласили его в свою синагогу, и он достойно толковал им слова пророка Исайи. С нашей стороны было бы неразумным не последовать их примеру. Если человеком завладел злой дух, вряд ли он осмелился бы взять в руки священные свитки.

После долгих споров к Иисусу отправили гонца сообщить, что он удостоен чести быть приглашенным в ближайшую субботу читать и толковать вторую заповедь. Петр попросил гонца подождать, пока он переговорит с Учителем, отдыхавшим в это время, но вскоре возвратился и объявил:

— Учитель с удовольствием исполнит вашу просьбу.

В субботу Иисус пришел в синагогу со своими учениками, но без матери, которая все еще сердилась на него из-за Марии Клеоповой. Назаретяне удивились, что их бывший деревенский плотник захромал, исхудал от поста и стал еще бледнее, чем когда бы то ни было. Кое-кто принялся перешептываться и даже хихикать, но Иисус не обратил на них внимания. Он помолился и стал слушать, как семеро старейших по очереди читают Моисеевы заповеди и теturgaтап (переводчик) перелагает их на местный арамейский язык. Подошла очередь второй заповеди. Иисус попросил подать ему свиток с Книгой Исайи, нашел шестьдесят первую главу и громко прочитал первые три стиха:

Дух Господа Бога на Мне, ибо Господь помазал Меня благовествовать нищим, послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение и узникам открытие темницы,

проповедовать лето Господне благоприятное и день мщения Бога нашего, утешить всех сетующих,

возвестить сетующим на Сионе, что им вместо пепла дастся украшение, вместо плача — елей радости, вместо унылого духа — славная одежда, и назовут их сильными правдою, наслаждением Господа во славу Его.

Он сказал сначала несколько слов о деревьях праведности, о семи деревьях, из которых Мудрость построила свой храм. Назвал их все по очереди и рассказал о каждом в отдельности, а потом назвал семь охраняющих их архангелов и объяснил, что для каждого дня недели есть свое дерево, с первого дня — дня ракиты — и до седьмого дня — дня гранатового дерева.

Он спросил:

— Где же искать мудрость? И сам ответил:

— Нигде, кроме как под яблоней, деревом любви, иначе говоря, в Боголюбимых размышлениях.

И еще он сказал:

— Насыщайте ее плодами свои сердца. Господь уже помазал одного благовествовать нищим, исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать освобождение пленным и узникам. Но не тем пленным, на которых видимые оковы и которые заключены в каменные тюрьмы, — к ним придут другие посланцы, а тем мужчинам и женщинам, что связаны цепями собственной вины и заключены в тюрьму собственного бессердечия. Под яблоней любви их грехи простятся им, и они возрадуются свету и свободе.

Он замолчал, а вокруг него поднялся глухой ропот раздосадованных людей, не посмевших сказать ему, что они думают.

Иисус отложил свиток.

— Пророчество Исайи исполнилось. Чего еще вы хотите от меня? Разве я не знаю, о чем вы думаете? Еще два дня назад я слышал, как в этой самой комнате вы говорили обо мне, хотя двери были заперты на замок. Неужели для моих трудов в Галилее мне нужно египетское колдовство? Египетское колдовство сильно только в египетской земле. А на земле Израиля есть лишь власть Господа. Да и не пришел бы я сюда, если