Пираты острова Тортуга - Виктор Губарев

Когда у г-на де Ментенона появилась возможность посетить призы, захваченные корсаром, там оказались небольшой корабль водоизмещением 40 тонн, два каика [большие лодки] по двадцать тонн каждый и барка, — все принадлежали англичанам с Ямайки, нагружены кампешевым деревом, которое, говорят, является очень хорошим товаром, и на которое я наложил арест».

Продажа этих призов, по мнению де Бааса, должна была возместить убытки, понесенные Вест-Индской компанией и королем в связи с провалом экспедиции против Кюрасао.

28 марта флотилия де Бааса вместе с захваченными призами прибыла на рейд Пти-Гоава На следующий день кампешевое дерево было перегружено на галиот для отправки в Ла-Рошель. Трофейную барку генерал-губернатор приказал отдать капитану Требютору в качестве платы за его лоцманские услуги. Три других приза было решено отвести на Наветренные острова и там продать, чтобы «из этого источника оплатить фрахт кораблей и барок частных лиц, которые участвовали в походе на Кюрасао».

Информацию де Бааса подтверждает губернатор Ямайки сэр Томас Линч. В письме от 28 апреля он сообщал, что быстроходное 12-пушечное голландское пиратское судно, имевшее экипаж из 48 человек, взяло несколько призов, но все они были перехвачены французским генерал-губернатором. Спасаясь от погони, пират ушел к острову Альта-Вела (лежит южнее Гаити), где, по данным разведки, собирался грабить все проходящие мимо английские торговые суда.

4 апреля сьёр де Баас покинул Пти-Гоав и взял курс на Тортугу. Противные встречные ветры в течение одиннадцати дней не давали ему возможности достичь флибустьерского убежища, хотя расстояние до него не превышало 30 лье. Лишь утром 15 апреля корабли смогли встать на якорь на рейде Бастера, а уже на следующий день де Баас написал на борту своего флагмана еще одно письмо Кольберу:

«…Ни в Пти-Гоаве, ни в Леогане, ни на Тортуге я не получил никаких известий ни о г-не Ожероне, ни о «Л'Экюэле», и это дает мне повод думать, что все они погибли; ибо самое большое кораблекрушение в мире не может поглотить всех жителей: если бы хоть кто-то спасся, он уже давно вернулся бы с вестями на этот остров или в другие районы, находящиеся под нашим управлением.

Относительно здешнего управления, монсеньор, замечу, что во всем мире нет ничего более дурно устроенного. Большая часть жителей живет только охотой, а те, у кого есть жилища, не берут никакой земли для обработки; во всяком случае, земля здесь не выглядит распаханной, и это то, что делает их жизнь весьма убогой так долго, как нигде больше в Мексиканском заливе [Карибском море]. Поскольку обличье этой страны выглядит столь жалко, я не нашел среди всех порядочных людей с островов, севших со мной на корабль, никого, кто пожелал бы взять на себя временное командование, кроме сьёра де ла Перье… Итак, я поручил ему командовать на Тортуге и на Берегу Сен-Доменга на благо Е[го] В[еличества] до тех пор, пока он не пришлет сюда губернатора или пока не вернется г-н Ожерон, о чем я вам сообщу немедленно, как только узнаю. Кроме того, я поставил прокурора для ведения дел и возложил на него обязанность руководить отправлением правосудия, когда в том будет потребность.

Остаюсь Вашим слугой

Де Баас.

На борту королевского корабля «Бельикё», на рейде острова Тортуга, 16 апреля 1673 года».

Когда во Франции стало известно о том, что Бертран д'Ожерон пропал без вести, король не пожелал утвердить губернатором Тортуги Жерома дю Сарра де ла Перье, ставленника сьёра де Бааса. По просьбе генеральных директоров Вест-Индской компании он назначил новым губернатором Тортуги и Берега Сен-Доменг некоего сьёра де ла Мота. Его пожалование датировано 22 ноября 1673 года. Де ла Моту предписывалось «командовать жителями и военными людьми на всем пространстве названных острова Тортуга и Берега Сен-Доменг, а также в фортах, которые там имеются или могут быть построены, заботиться о проживании названных жителей в союзе и согласии друг с другом, содержать упомянутых военных людей в добром порядке и цивилизованности в соответствии с нашими регламентами, поддерживать коммерцию и торговлю названного острова и вообще исполнять все то, что следует делать правительству, и пользоваться полномочиями, почетом, властью, льготами, жалованьем, правами и обычными доходами, и исполнять там обязанности до возвращения названного сьёра д'Ожерона… Повелеваем, сверх того, названным жителям и военным людям повиноваться вам и слушаться во всем, что связано с данным полномочием Ибо такова наша воля и т. д. Дано в Версале 22 ноября в год 1673. Подписано: Людовик».

Ниже подписи короля стоит подпись Кольбера.

Заметим, однако, что сьёру де ла Моту так и не удалось воспользоваться указанным патентом. Когда документ был доставлен на Тортугу, оказалось, что Бертран д'Ожерон нашелся и продолжает исполнять свои губернаторские обязанности.