Идущие - Абай Тынибеков

– Да, главный визирь Джарбаш, ты верно всё понял. Я не принимаю его предложения, но не потому, что узнал правду, а совершенно по другим причинам. Я отказываюсь, будучи уверенным в том, что он не сдержит данного обещания, а ещё я не доверяю правителям, которые не ценят своих самых преданных людей, и, к сожалению, одним из них является Фатих-шах, – улыбнувшись с какой-то грустинкой в глазах, тихо произнёс Демир-бек.

Джарбаш долго смотрел ему в глаза, затем повернул голову в сторону, словно увидел там что-то, и крепко сжал губы.

– Да, Джарбаш, ты не ослышался и понял всё правильно. Сдаётся мне, что Фатих-шах чем-то очень обидел тебя, а я знаю и многие знают о твоей невероятной преданности ему. Я понял твоё состояние. Другой на твоём месте всеми правдами и неправдами старался бы получить нужный результат в этих переговорах, но ты не стал делать этого, не был в должной степени настойчив и, более того, откровенно поделился со мной правдой, касающейся хуннов и огузов. Вот как влияет на человека недооценённость его заслуг. Любое несправедливое отношение к верному человеку способно породить в его душе обиду, которая в свою очередь и становится причиной безразличия. С тобой всё это, как я вижу, уже случилось. Мне очень жаль. А теперь прощай. Доброго тебе пути, главный визирь Джарбаш, – Демир-бек развернулся и зашагал к склону, на верху которого стоял его конь.

Вернувшись к себе в шатёр, ю дуглу Демир-бек велел отпустить человека, посланного к нему главным визирем канглов Джарбашем. Никто в его окружении так и не узнал, что это за человек и от кого прибыл.

* * *

– Властитель, ю дуглу Демир-бек встретился с человеком из ставки канглов, – сообщил властителю западного крыла сян дуглу Юити-беку тучный одноглазый тысячник Арачын.

– Полагаю, что узнать об их разговоре твоим людям не удалось, – опустив большую голову и стряхивая с колена пылинку, спокойно произнёс Юити-бек.

– Нет, властитель, этого сделать не удалось. Наблюдение велось издали. Лазутчики следили за ю дуглу Демир-беком и его воином с момента их появления на наших рубежах. Никто не знал, куда они продвигаются, – пояснил Арачын.

– Почему ты уверен, что чужак прибыл из ставки канглов? – взглянув в правый, единственный глаз тысячника, спросил Юити-бек.

– Властитель, поначалу мне не было точно известно, откуда он, но теперь очевидно, что он мог прибыть только от канглов, – пожав плечами, ответил Арачын.

– Что предпринял, чтобы узнать всё об этом посланнике? – Юити-бек взял в руку чашу. – Надеюсь, задерживать его не стал?

– Властитель, самого посланника трогать не стали, но в наших руках воин, который сообщил ю дуглу Демир-беку об их встрече. Ю дуглу Демир-бек отпустил вестника после переговоров, но мои люди захватили его. Теперь допрашивают. Скоро мы всё узнаем, – заёрзав на месте, ответил Арачын.

– Всего ты так не узнаешь, тысячник Арачын, – усмехнулся Юити-бек. – Он лишь воин, телохранитель посланника, и ему ничего не известно о переговорах, так что зря надеешься на получение важных сведений. Он может сказать только о пути их следования. Ну и, конечно, о месте, откуда они начали свой путь. Для нас он важен не этим, а тем, что подтвердит факт прибытия именно к ю дуглу Демир-беку. Вот что имеет значение.

– Властитель, прости, могу ли я спросить? – Арачын подался вперёд.

– Спрашивай, – прикрыв глаза, разрешил Юити-бек.

– Властитель, почему мы не можем задержать самого посланника?

– Этого тебе я сказать не могу, – как всегда, спокойно ответил Юити-бек. – У тебя всё? Тогда ступай, занимайся своими делами. Жду тебя со сведениями о пленнике.

– Повинуюсь, властитель, – Арачын кивнул и стал суетливо подниматься на ноги.

* * *

Как только тысячник Арачын покинул юрту сян дуглу Юитибека, вошёл начальник стражи, склонил голову и, приложив руку к груди, сообщил, что из ставки прибыл Хаан-бек. Услышав имя прибывшего, Юити-бек быстро поднялся на ноги, поправил на себе одежды и велел немедленно пригласить гостя. Начальник стражи выбежал наружу, и тут же в юрту вошёл Хаан-бек. Хрупкий и стремительный Хаан-бек порывисто склонил голову и слегка ударил рукой себя по груди, приветствуя властителя западного крыла. Тот почтительно ответил ему. Хаан-бек прошёл к очагу и вытянул руки над огнём. Не сводя с гостя напряжённого взгляда, Юити-бек подошёл и замер возле него.

– Что сказал пленник? – повернув голову к Юити-беку, прогрохотал Хаан-бек.

– Пока ещё ничего, – стараясь быть спокойным, ответил Юити-бек.

– Это плохо, сян дуглу Юити-бек. Много времени тратите на него. Твои люди, как я вижу, обленились от безделья. Не за горами большая война. Время стало дорого как никогда. Нам всем следует спешить. Ты, сян дуглу Юити-бек, не обижайся за мою резкость, но положение очень серьёзное, и ты это знаешь, – повернувшись к Юити-беку, примирительным тоном произнёс Хаан-бек. Он старался говорить мягче, но его могучий голос звучал как рокот водопада.

– Да, ты прав, Хаан-бек, – кивнул Юити-бек. – Проходи, присаживайся. Отдохни с дороги, – проявляя гостеприимство, предложил он.

Хаан-бек задержал пристальный взгляд на Юити-беке, затем прошёл на дальнюю половину юрты, одним движением скинул соболью шубу и опустился на шкуры. Юити-бек хлопнул в ладони. Вошёл начальник стражи.

– Вели срочно подать горячего бульона и еды, – приказал Юити-бек, быстро подошёл к своему месту и сел.

Начальник стражи выбежал из юрты.

– Кто у тебя занимается этим пленником? – посмотрев на Юити-бека, спросил Хаан-бек.

– Все лазутчики моего крыла подчинены тысячнику Арачыну. Я его не так давно назначил, – ответил Юити-бек и тут же спросил: – Что-то не так?

– А, теперь понятно, почему так долго занимаются пленником. Сян дуглу Юити-бек, ты же опытный военачальник и умелый властитель, так почему ты возвысил этого болвана и доверил ему столь важные силы войск правителя в своём крыле? – Хаан-бек смотрел на Юити-бека с явной укоризной во взгляде.

– Но, Хаан-бек, он очень исполнительный военачальник, и у меня до сих пор не было претензий, связанных с его службой, – пожав плечами, попытался возразить Юити-бек.

В юрту вошли воины с подносами с едой и напитками, опустили их перед беками и удалились.

– Прошу, Хаан-бек, угощайся и согрейся с дороги, – вежливо предложил Юити-бек.

Хаан-бек взял чашу с горячим бульоном,