Операция «Багратион». «Сталинский блицкриг» в Белоруссии - Алексей Исаев

Оправдания П. А. Ротмистрова, приведенные в его статье в «Военно-историческом журнале», выглядят крайне неубедительно: «Передовые отряды корпусов нашей армии вышли к реке в 13–19 часов 29 июня, а передовые отряды 11-й гвардейской армии – только в конце дня, т. е. почти на полсуток позже»[384].

Действительно, превращение нескольких часов в «полсуток» звучит крайне странно.

Собственно, гвардейцы армии К. Н. Галицкого двигались достаточно быстро, и оказаться с ними вровень было не так уж стыдно. К тому же у танковой армии все равно был приоритет. В ЖБД 11-й гв. армии указывалось: «В районе Борисов в первую очередь пропускалась на западный берег р. Березина 5-я танковая армия (по личному приказанию командующего фронтом)»[385]. Тем не менее нельзя не признать, что борьба за Борисов сдвинулась с мертвой точки с подходом пехоты 11-й гв. армии.

Из штаба фронта армию Ротмистрова отчаянно торопили с форсированием Березины. Военным советом фронта 29 июня была дана директива в адрес командования 5-й гв. армии следующего содержания:

«Противник, разгромленный в предыдущих боях, пытается задержать наше продвижение остатками потрепанных соединений.

Обстановка весьма благоприятствует стремительным действиям подвижных войск. Имеется полная возможность в ближайшие дни нанести окончательное поражение противнику и овладеть г. Минск».

Соответственно П. А. Ротмистрову предписывалось не позднее 30 июня форсировать Березину и овладеть Минском «к исходу 2.7.44 г.».

Удержание Минска для немцев на тот момент диктовалось уже не соображениями престижа, а куда более приземленными материями. Удержание Минска давало хоть какой-то шанс отходящим на запад лесами соединениям 4-й армии и разрозненным частям 3-й танковой и 9-й армий. Эта группировка к 1–2 июля 1944 г. выходила в районе Березино и переправлялась через Березину.

Реально форсирование Березины состоялось в ночь с 30 июня на 1 июля 1944 г. В течение дня 1 июля части армии П. А. Ротмистрова завершали переправу через Березину и приводили матчасть в порядок.

На 1 июля 1944 г. в 5-й гв. танковой армии насчитывалось 307 танков в строю и 24 в ремонте[386]. Напомню, что перед началом операции армия Ротмистрова насчитывала 417 танков[387]. Из 21 СУ-85 3-го гв. танкового корпуса осталось всего две. Напротив, все 23 СУ-152 оставались в строю.

В целом задержка 5-й гв. танковой армии, ввиду столкновения с резервами противника, была оценена с пониманием. Об этом свидетельствует донесение, которое утром 2 июля А. М. Василевский отправил И. В. Сталину. В нем говорилось, в частности, следующее: «Вчера сам лично был в Борисове и наблюдал переправу танков Ротмистрова. Мосты у Борисова противником разрушены»[388]. И далее: «Личный осмотр поля боя говорит о напряженных боях, которые пришлось выдержать танковой армии, начиная от р. Бобр и до р. Березины. Большое количество подбитых и брошенных танков противника позволяет судить о разгроме его 5-й танковой дивизии»[389].

Тем не менее в обзоре Белорусской операции, составленном в штабе 3-го Белорусского фронта по горячим следам событий, оценка действий 5-й гв. танковой армии была достаточно резкой:

«С начала ввода в прорыв 5 ТА действовала удачно, быстро прошла в проделанные ей пехотой ворота и стремительным маневром на Толочин вышла в тыл Оршанской группировке немцев. В последующем, однако, 5 ТА не проявила должной маневренности, излишне привязывала свои действия к минской автостраде, задержалась на переправе через р. Березина и, по существу, только усиливала стрелковые соединения»[390].

В связи с этим совершенно неудивительно, что А. М. Василевский в мемуарах высказался о действиях армии П. А. Ротмистрова ледяным тоном: «5-я гвардейская танковая армия, всегда блестяще проявлявшая себя, в данном случае действовала хуже, чем прежде». Далее он же отметил, что это было не его субъективное мнение: «Ставка была крайне ею недовольна, и не без оснований». Позднее А. М. Василевский еще проехался по поводу медленного прорыва к Минску – «по-прежнему сравнительно невысокие темпы продвижения 5-й гвардейской танковой армии».

Наступавший южнее шоссе 2-й гв. танковый корпус с точки зрения условий местности находился в куда менее выгодном положении, чем 5-я гв. танковая армия. Собственно, корпус Бурдейного никто на Минск первоначально и не нацеливал, его задачей было прикрытие с юга ударной группировки фронта. Поэтому ему досталось пространство к югу от автострады Минск – Москва с труднопроходимой дорогой, болотистой местностью и отсутствием мостов. Каждые 5—10 км приходилось строить мост. В отчете корпуса по этому поводу есть красноречивая фраза: «Дорога – Стаи, Стелище, Ухвала, Гумны на карте показана, в действительности ее нет»[391].

Тем не менее сопротивление противника на направлении действий корпуса А. С. Бурдейного было ниже, и его бригады, хоть и медленно, продвигались к Березине. Первой к реке в районе Чернявка (в месте впадения Бобра в Березину) вышла в 12.00 30 июня 26-я гв. танковая бригада, а к 17.00 корпус целиком сосредоточился на восточном берегу р. Березина.

К этому моменту берег Березины был немцами относительно укреплен – были отрыты окопы, стояло проволочное заграждение в 1–2 кола. Мост через р. Березина у Чернявки имел 80 пролетов, из которых 12 были подожжены немцами. Были приняты меры к его тушению и восстановлению. 2-й гв. танковый корпус поступил в распоряжение действовавшей на этом направлении 31-й армии и получил задачу выйти на автомагистраль и в дальнейшем действовать в направлении Минск. В полночь 30 июня мотобатальоны танковых бригад по сигналу – залпу РС – под огнем форсировали Березину и овладели деревнями Мурова и Замок на западном берегу Березины. К 6.00 1 июля в район Чернявка прибыла понтонная бригада, и дело сразу пошло веселее, началось наведение переправы. Уже к 12.00 1 июля переправа была готова. Первой начала переправляться 25-я гв. танковая бригада.

В течение дня 1 июля по наведенному понтонному мосту через Березину переправилась полностью 25-я гв. танковая бригада и один танковый батальон 26-й гв. танковой бригады. Переправа шла медленно, т. к. понтонный мост три раза ломался под тяжестью танков и каждая поломка устранялась 2–3 часа. Дальнейшая переправа в итоге была приостановлена, и началось усиление моста. Только к утру 2 июля корпус А. С. Бурдейного полностью сосредоточился на западном берегу Березины. На тот момент корпус находился между двумя прибывшими в Белоруссию немецкими танковыми дивизиями. К северу под Борисовом находилась 5-я танковая дивизия. Южнее, под Пуховичами, – боевая группа Линдига (12-я танковая дивизия и некоторые другие части). Корпус А. С. Бурдейного прошел, как говорится, «между струй».