Дом с разбитыми окнами - Никита Сергеевич Поляков

Пролог

Небоскрёбы, сверкающие под солнцем. Люди, как муравьи, пробегают по улицам. Жизнь цветёт вокруг. Вот каким я помню свой город.

Что-то случилось с моим миром, но, что, именно, я не знаю. Я потерял счёт времени, мои часы остановились, а телефон не работал. Я помню, что это был самый обычный день: дом, работа. Но всё закончилось после заката. Я проснулся и увидел эту жуткую картину: город превратился в руины, время будто застыло, одна и та же картина за окном, один и тот же день. Люди стали призраками, воспоминаниями, зацикленными во времени. Они повторяют свои последние слова и действия бесконечное количество раз.

Как бы я ни пытался, поговорить с ними не получается. Они либо не слышали меня, либо не хотели этого…

Первое время я был в полнейшем отчаяние: разбит, подавлен. Но постепенно я привык… к одиночеству. Именно, оно помогает найти свежие мысли, подумать о прошлом, задуматься о будущем, но какое тут к чёрту будущее! Если я один живой! А, если все люди на всём белом свете превратились в воспоминания? Я много раз пытался выяснить причину, найти выход из этого лабиринта событий, но улицы города не заканчивались, я, будто был во сне. Но это далеко не сон, я чувствовал себя живым, самым живым.

И вот сейчас я сижу на крыше небоскрёба и вижу этот город, как на ладони. Такой маленький и хрупкий. Словно его можно сдуть, как пыль со стола или как песок. Но он как песочные часы: снова и снова отыгрывает свою роль, бесконечно проходит один и тот же круг.

Новое начало

Я стою перед солнцем

И вижу лишь пепел,

Я молю о пощаде

Над собственным сердцем.

(23 апреля 2017 г.)

Эта ночь, она прекрасна, ведь в небе зажглись тысячи звёзд. У меня очень много времени, чтобы подумать. Дни и ночи стали длиннее, да и погода ощущается как-то по-другому. Всё в этом мире теперь по-другому.

Я уже делал много попыток докопаться до правды, путешествуя по закоулкам своей памяти. Но прошлое будто стёрто или кто-то намеренно его стёр. Я не знаю… не знаю…

Пора бы уже спускаться вниз. Я должен попытаться хоть немного поспать. Хотя это, наверное, бессмысленно, потому что никакой усталости я сегодня не ощущал.

Пройдя, наверное, этажей сорок, я спустился вниз. Это здание раньше было банком, теперь оно заброшено. На первом этаже было много людей… точнее сказать воспоминаний… они исполняли свои роли… синхронно. Вот молодая женщина с пакетами, она спрашивала у консультанта, где ей найти старшего менеджера. В середине зала стоял охранник, он докладывал по рации, что день проходит без происшествий. Кассиры сидели за разбитыми окнами и произносили огромное количество цифр.

Когда я подошёл к выходу, словно что-то ударило меня в грудь, и я повалился на пол. Голоса воспоминаний начали смешиваться, каждое их слово било мне по голове.

– Г*е м** наЙ** МЫ *** стар***о менен****

– Се****Я ***** без происшествий

– Номер 4657 987 **** ТЕ **** **** **** **** **** **** ****

– ******** ****** ****** ******* БЯ *********

– Менеджер… Без происшествий… 4567… ЖДЁМ… Найти…

– АААААААА

Резкий свист в голове заставил меня кричать. Но это хотя бы помогло прекратить бесконечный поток слов. Я встал, шатаясь. Стены плясали вальс. Такое уже со мной случалось, когда я первый раз вошёл в контакт с воспоминаниями. Сложно понять, почему подобное случается, но скорее всего из-за большого скопления воспоминаний.

Протаранив круговую дверь, я вышел на улицу. На дорогах было много ржавых искорёженных машин, в них не было никаких воспоминаний…

На тротуаре рядом с дорогой дети играли в футбол (не совсем удачное место для игр, но теперь-то им ничего не угрожает)

– Давай, быстрее пасуй, а то нам щас забьют…

– Ну вот…

Я прошёл несколько кварталов, прежде чем передо мной появился дом, в котором я жил, живу… да неважно. У дома были выбиты все окна, как и во всех домах этого города и даже зеркала, да и любые отражающие поверхности либо были истёрты, либо раскурочены и разбиты.

– Ну, здравствуй милый дом!

Я поднялся на пятый этаж и вошёл в квартиру. Обстановка, конечно, оставляла желать лучшего. По крайней мере, кровать была целой.

Я подошёл к кровати. Силы начали покидать меня, и я решил прилечь. Вся эта серость, окружавшая меня, давила со всех сторон и будто заставляла сдаться, перестать вести поиски. Но этого не случится. Где-то же должна быть хоть маленькая зацепка, крупица того, что прольёт свет на случившееся.

Я встал с кровати и пошёл к окну, но моё внимание привлёк скрип в ванной комнате. Я медленно начал открывать дверь, комнату залил яркий свет. Прикрывая глаза ладонью, я продвинулся в центр ванной комнаты и увидел, что над умывальником появилось зеркало, совершенно новое и чистое, как будто его только что купили.

И что же я увидел? Высокого темноволосого зеленоглазого молодого человека.

– Давно не виделись…

Я оперся руками на раковину и опустил голову. Нужно сосредоточиться и постараться вспомнить все мельчайшие детали прошлого. Мне двадцать, родился я в девяностом году, а значит сейчас две тысячи десятый год. Живу в России, а город… чёрт… я не помню название города, в котором родился. Меня зовут… ИМЯ… ИМЯ… Я НЕ ПОМНЮ, КАК МЕНЯ ЗОВУТ…

– Аргх… Что же такое произошло? Я не помню… НЕ ПОМНЮ…

Я вышел из ванной комнаты. Мысли переполняли мою голову.

– Какие красивые розы! Откуда они здесь?

На подоконнике стояла воза с красными розами.

– Скажите доктор, у него есть шансы?

– Точного срока выхода из комы нет. Мы не уверены, выкарабкается ли он, но мы делаем всё, что в наших силах…

– …

– Извините, мне нужно идти…

– Да, хорошо…

Рядом с кроватью в больничной палате стояла женщина лет сорока восьми.

– Представляешь, уже прошло… восемь… восемь лет… прости…

Она заплакала.

– Врачи говорят, что нет определённого срока. Сынок, возвращайся, нам всем тебя не хватает! Мы тебя ждём…

В дверном проёме появился мужчина лет пятидесяти.

– Он выкарабкается! Он сильный… Нам пора…

Я прикоснулся к розам, они были настоящие, но кто их мог сюда принести? Это ещё одна загадка в мою копилку… СТОП, за окном дождь, что ли идёт? Щас не понял…

Я побежал скорее на улицу, чтобы понять что здесь творится. И… это действительно