Баллада о Чертике - Збигнев Бжозовский

Потом Весек пьет холодный чай. Есть ему по-прежнему не хочется, хотя температура немного упала. Он смотрит на воспитателя.

Воспитатель сидит и молчит, как будто… чувствует себя виноватым. Он не знает, как объяснить, что трудно защищать собак. Собак, которые еще придут следом за возвращающимися из школы детьми.

Перевод К. Старосельской.

Зеленые Штаны

Жил-был старый портной. В комнате у него поздним вечером потрескивал в печи огонь. Керосиновая лампа погасла, портной задремал. Тут неведомо откуда выполз черный рак. На панцире у него была свеча, горевшая золотисто-зеленым пламенем. Рак вскарабкался на стол. Его глаза на булавочках повернулись в сторону портного, но старичок похрапывал. Тогда рак принялся торопливо кроить материал. Материал был зеленый и блестящий… Так примерно о появлении на свет Зеленых Штанов рассказывал Кругляшка. Ежик, у которого мать была завмагом, а отец работал в управлении швейной промышленности, располагал совершенно другими сведениями.

Зеленые Штаны родились на свет не то на Конвейерном Производстве, не то в Местной Промышленности под стрекот швейных машин. Не успели их подрубить и обметать швы, как они попали в лапы Стандарта и суровых Производственных Показателей. Но Штаны были не робкого десятка и бестрепетно ждали решения своей участи. В сопровождении страшной, клейменной чернильным карандашом Накладной они отправились в неведомое…

Что такое Накладная? Вроде просто клочок бумаги, а силу имеет чудодейственную. Мощь Накладной — в ее печатях. Хуже всех Накладные с разными печатями.

Ежиковой матери Накладные принесли беду. Поэтому сейчас его родители в тюрьме, а Ежик здесь, в Детском Доме.

Что же касается Зеленых Штанов, независимо от того, кто прав, одно очевидно: детство у них было трудное.

Когда привезли покупки, из одного свертка, едва разрезали бечевку, вывалились брюки. Много разных брюк — синие, черные, но это неважно, не о них пойдет речь.

В куче штанов были те самые… Зеленые. Из какого-то особенного, блестящего материала. Да еще, неизвестно почему, вывернутые наизнанку.

Потом воспитательница велела примерять. В красном уголке поднялась кутерьма, а Зеленые подошли почти всем. Отличные были штаны. Воспитательница раскладывала бумажки, счета, требования. Написала: «Закуплено для воспитанников III группы и внесено в карточку учета одежды».

Сразу же после этого было торжественное собрание. Зеленые Штаны тоже пошли. Отмечался Юбилей Дома. Выдавали награды персоналу, то есть тем, кто в Доме работал, а к ужину ожидались сосиски и пирожные. Дети читали стихи и пели. Девочки плясали «казачок», а одна, с толстыми ногами, из VII группы, потом держала на себе целую пирамиду.

Гости сидели в первом ряду и аплодировали. Директор по случаю праздника получил в подарок от остального персонала замечательную шляпу. И завхоз получил награду за труд и самоотверженность в своей нелегкой работе. Гости хлопали, ребята тоже — все было как всегда в таких случаях.

Зеленые Штаны сидели сзади. В последних рядах, честно говоря, к ним проявляли больше интереса, чем к стихам и к тому, что происходило впереди.

Это было первое парадное выступление Зеленых Штанов в Детском Доме.

Скоро, впрочем, выяснилось, что Зеленым Штанам всякая парадность противопоказана. Они усердно — притом успешно и в самых неожиданных местах — пачкались. Сзади появилось темное пятно. Посередине этого пятна — дырка. Когда на дырку поставили заплату, чуть посветлее, пятно стало похоже на подбитый прищуренный глаз. Тем не менее осенью Штаны выглядели еще почти как новые, и их вполне можно было носить.

Правда, чаще всего их обнаруживали на спинке стула или под подушкой, а то и под кроватью.

— Где они должны лежать, если вы их не носите?

Ответить на такой вопрос может даже самый маленький, даже растеряха Зютек.

— Они должны лежать в шкафу или в тумбочке.

— Прямо так, несложенные?

— Нет, их нужно сложить по складкам или повесить на вешалку.

— А если они испачкаются?

— Отдать в стирку.

— А почему так надо сделать?

— Потому что в группе должен быть порядок, а то, если придет Комиссия, мы получим штрафные очки.

К сожалению, Зеленые Штаны не хотели или не могли исправиться. Воспитательницу это очень раздражало. Она спрашивала: «Ну, кто их носил последним? Кто их не сложил?»

Иногда в наказание всю спальню, то есть, конечно, мальчишек из этой спальни, не пускали смотреть телевизор. Четыре раза Зеленые Штаны попадались на глаза Санитарной Комиссии. Приходит медсестра и с нею несколько ребят из старших групп. Медсестра заглядывает во все углы, старшие ребята тоже, потому что каждая группа норовит поймать другую на каких-нибудь нарушениях порядка — иначе какой смысл соревноваться?

Здесь все в порядке, тут все в порядке, там похуже, но еще терпимо, тут лучше, а тут скомканные и замызганные Зеленые Штаны. Штрафных очков, увы, не избежать.

Однажды, когда за окном моросил беспросветный осенний дождь, а мальчики делали уроки, явился Директор с Большой Синей Тетрадью.

Директор поглядел, как ребята пишут, сделал замечание: слишком много болтают. Прошелся по коридору. Воспитательница за ним. Руки у нее слегка дрожали. Директор зашел в одну, в другую спальню. Везде порядок. Руки воспитательницы успокоились.

Директор уже открыл было рот, чтобы похвалить ребят, но тут приоткрыл дверь в спальню Зютека, Ежика и Кругляшки и чуть не выронил Большую Синюю Тетрадь.

На абажуре покачивались Зеленые Штаны. Своим залатанным подбитым глазом они смотрели в окно. На Директора с его Большой Синей Тетрадью и внимания не обратили. Только заболтали штанинами на сквозняке.

Мальчики неделю не ходили на телевизор.

В декабре перед каникулами выпал первый снег, а до того нагрянула Инспекция, или, проще говоря, Проверка. Тоже вроде бы как снег на голову, хотя все знают, что она приедет, заранее и за два дня начинают убираться, наводят порядок в тумбочках, чистят одежду. Потом приезжают несколько человек, самое меньшее четверо, а старшие ребята помнят такую Проверку-Инспекцию, в которой было целых двадцать девять штук представителей и инспекторов.

Эта была на первый взгляд обыкновенная. Четверо мужчин и пять женщин, но, кажется, важная. Понятно, Инспекция. Сначала долго сидели в кабинете Директора, а потом пошли по группам.

Шли по трое. В первой тройке Директор и две женщины, потом двое мужчин и одна женщина и опять двое мужчин и одна женщина. В конце, немного поотстав, еще одна женщина. Довольно пожилая, но какая-то застенчивая, что ли, или не очень опытная.

Остальные шагали уверенно, ясно было, что повидали не один коридор и не одну спальню не в одном детском доме.

Директор показывал, как аккуратно дети застилают постели,