Гордость и гордыня - Джейн Остин

Большую часть ночи Элизабет провела с сестрой и утром, к своей радости, могла дать обнадеживающий ответ на вопрос мистера Бингли, который очень рано передала ей горничная, а позднее и двум элегантным дамам — камеристкам его сестриц. Тем не менее она выразила желание, чтобы в Лонгборн отправили слугу с запиской от нее с просьбой, чтобы их мать приехала навестить Джейн и составила собственное мнение о ее недуге. Записка была тотчас отослана, а содержавшаяся в ней просьба выполнена не менее быстро. Миссис Беннет в сопровождении двух младших дочерей прикатила в Недерфилд, когда там только-только кончили завтракать.

Если бы миссис Беннет нашла Джейн тяжело больной, она очень расстроилась бы; однако, вскоре убедившись, что недуг ее дочери не опасен, маменька не пожелала ей скорейшего выздоровления, так как, поправившись, она, весьма вероятно, должна была бы незамедлительно покинуть Недерфилд. Поэтому миссис Беннет и слушать не захотела, когда Джейн попросила увезти ее домой; и аптекарь, приехавший почти в одно время с миссис Беннет, также не почел это разумным. Маменька немного посидела с Джейн, а затем появилась мисс Бингли, и по ее приглашению она с тремя дочерьми спустилась в малую столовую. Едва они вошли, как мистер Бингли выразил надежду, что миссис Беннет нашла Джейн гораздо лучше, чем опасалась.

— Напротив, сударь, — последовал ответ. — Ей так плохо, что ее нельзя увезти домой. Мистер Джонс говорит, что мы ни в коем случае не должны ее перевозить. Так что нам придется еще немного злоупотреблять вашей добротой.

— Перевозить! — воскликнул Бингли. — Да ни в коем случае! Я знаю, моя сестра и думать об этом не позволит.

— Вы можете быть уверены, сударыня, — с холодной вежливостью сказала мисс Бингли, — что за мисс Беннет, пока она остается у нас, будут ухаживать совсем тщанием.

Миссис Беннет рассыпалась в благодарностях.

— Право, не знаю, — добавила она, — что с ней сталось бы без таких добрых друзей, она ведь совсем занемогла и очень страдает, хотя, как всегда, с величайшей терпеливостью, потому что более кроткого характера и вообразить невозможно. Я часто повторяю остальным моим девочкам, что им с ней не сравниться. Какая миленькая комната, мистер Бингли, и такой бесподобный вид на подъездную аллею. Не знаю в наших краях ни одного места, какое превосходило бы Недерфилд. Надеюсь, вы не поторопитесь с ним расстаться, хотя и взяли аренду на такой короткий срок.

— Я все делаю второпях, — ответил он. — И потому, если я решу покинуть Недерфилд, то, наверное, соберусь за пять минут. Однако пока я полагаю, что устроился тут надолго.

— Именно этого я от вас и ожидала, — заметила Элизабет.

— Вы начинаете меня понимать! — воскликнул он, оборачиваясь к ней.

— O да, я вас понимаю в совершенстве.

— Хотел бы я истолковать это как комплимент, но, боюсь, довольно грустно, когда тебя видят насквозь.

— Как сказать. Ведь отсюда не следует, что сложный, глубокий характер достоин большего или меньшего уважения, чем ваш.

— Лиззи, — вскричала ее маменька. — Помни, где ты, и не говори вздора, пусть дома мы его и терпим.

— Я прежде не знал, — тотчас сказал Бингли, — что вы изучаете характеры. Вероятно, это очень забавное занятие.

— Да, но сложные характеры особенно забавны. У них есть хотя бы это преимущество.

— B сельских краях, — сказал Дарси, — вряд ли можно найти много материала для такого изучения. B сельской округе вы вращаетесь в очень ограниченном и не меняющемся обществе.

— Однако сами люди так изменяются, что в них всегда замечаешь что-то новое.

— Вот уж правда! — вскричала миссис Беннет, обиженная тоном, каким он произнес «сельская округа». — Можете мне поверить, в деревне этого самого не меньше, чем в столице.

Все были изумлены, а Дарси, смерив ее взглядом, молча отвернулся. Миссис Беннет, воображая, что одержала над ним полную победу, продолжала с торжеством:

— Вот уж не вижу, чем Лондон так лучше деревни, доложу я вам, ну, помимо магазинов и всяких увеселений. Деревня куда как приятнее, ведь верно, мистер Бингли?

— Когда я в деревне, — ответил он, — мне хочется остаться тут навсегда; но то же самое и в Лондоне. И там, и там есть свои преимущества, и я равно счастлив и в деревне, и в городе.

— Ну да, это так, потому что вы не критикан. А вот этот джентльмен, — тут она посмотрела на Дарси, — деревню словно бы ни во что не ставит.

— Право, маменька, вы ошибаетесь, — сказала Элизабет, краснея за мать. — Вы неверно поняли мистера Дарси. Он лишь имел в виду, что в деревне не встретишь столько совсем разных людей, как в городе, а это, вы должны признать, совершенно справедливо.

— Кто же, душечка, с этим спорит. А вот о том, что в наших краях много людей не встретишь, так наша округа почище других будет. Мы ведь обедаем в двадцати четырех домах.