Донбасский декамерон - Олег Витальевич Измайлов

Судьбу его проследить непросто. Но в 2004 году киевская газета «День» упоминала его как «преподавателя допризывной подготовки киевской гимназии № 178», участвовавшего в «круглом столе» на соответствующую тему. Отставного полковника, конечно, угнетало негативное отношение к воинской службе, долгу перед отечеством, сложившееся на Украине. «В семье соответствующая направленность: ребенок еще только в первом классе, а мама уже принимает все возможные меры, чтобы сын никогда не попал в армию», – сокрушался 75‑летний ветеран.

Здравко Августович, понятное дело, участвовал во всех ветеранских делах Киева и неуклонно ходил на демонстрацию в честь Дня Победы. Последний раз его видели на мероприятии 9 Мая 2014 года. 85‑летний югослав выглядел неподражаемо, сохранив стать и выправку профессионального военного. Человек, фотографировавший его, не удержался от восторженной подписи: «Взгляд и выправка – во всем до настоящего времени чувствуется настоящий защитник отечества, офицер с большой буквы!»

Здравко Августович вырастил сына, который в отличие от отца выбрал самую мирную из профессий – стал строителем. Но мировоззрение усвоил отцовское. Тяжело ему сейчас, поди, когда в Киеве разгул националистического шабаша крушит все самое святое для нормального человека советского воспитания.

Как-то он засветился в споре с пронатовскими пенсионерами, вышедшими на свой митинг в столице Украины. Журналистка, писавшая о мероприятии, была удивлена:

«Было такое впечатление, что этот молодой мужчина, высокий и широкоплечий, свалился к нам с другой планеты. Широко поставленные темно-вишневые глаза, какой-то особый загар еще больше это подтверждали. Его появление в пронатовской компании женщины и старичка было похоже на дыхание свежего ветра в затхлой темнице.

– Что, совсем спятили – за агрессора голосовать?! – обратился он к ним обоим сразу. – Я только вчера из Лондона вернулся – вся Европа против НАТО!!!

И ко мне:

– Записывайте – Ваднов Александр Здравкович, город Киев.

– Вы болгарин? – спросила я, буквально ошарашенная этим человеком.

– Югослав. Мой отец в годы Великой Отечественной войны воевал вместе с Тито и за свою доблесть был удостоен чести учиться в Москве, в военной академии. Окончил ее в 1956 году. А я – инженер-строитель, проживаю в столице Украины…»

Больше мы ничего не можем сообщить вам о судьбе киевского югослава Здравко Ваднова. История его жизни наверняка изобиловала куда большим количеством неприятных историй, наподобие той, которую мы вам рассказали. Но, если человек честен, грязь к нему не пристанет. Полковник Ваднов навсегда остался верен выбору юности – долгу и чести, службе великой стране, ставшей его второй родиной.

* * *

Донна покачала головой:

– Это едва ли историкам пригодится. Разве что для развлечения. А вот я вам расскажу о том, чего вы точно не знали. А потом уже и спать пойдем. Но помните (она перешла на шепот) – ухо востро!

История о том, как голодали в Севастополе «бывшие»

Эта необычная история началась в январе 1920 года в Севастополе. Там же она и закончилась через год. В те страшные времена она имела все шансы быть трагической, но, слава богу, драма осталась просто драмой.

Сто лет – немалый срок, все могло и быльем порасти, но несколько документов, сохранившихся в военно-морских архивах, упоминания в старых, рассыпающихся газетах и чуть менее старых книгах дали возможность реконструировать события того времени, когда над Крымом и Севастополем, как и над всей Россией, навис страшный враг – голод!

Выведший остатки белых сил с Кубани в Крым, генерал Врангель имел не очень богатые хлебные магазины, но все-таки с этим продовольствием можно было прожить около года сорокатысячной армии. Примерно столько у генерала и было. Кое-что подкидывали союзники – от французов до американцев. Жить можно было. В армии. Население же голодать начало еще в 1919‑м. В основном, конечно, городское. И если на Южном берегу Крыма прокормиться было хоть как-то возможно, то в Севастополе людям, далеким от армии и производства, было худо. Тяжело было многим, но совсем в неловкое положение попали отставники и так называемые отказники.

Дело в том, что в Севастополе и в Крыму в целом скопилось достаточно много бывших офицеров Российского императорского флота. Служить Врангелю захотели немногие. И это стало причиной, по которой в целом неплохие военно-морские силы белой армии, равняться с которыми в Черном море тогда было даже и некому, мало занимались боевой работой.

В офицеры штаб врангелевских ВМС производил лояльных и опытных боцманов, мичманов и курсантов мореходных школ. Слабая подготовка экипажа не позволила, например, довольно сильной по вооружению канонерской лодке К-15 толком поддержать десант под Геническом весной 1920 года, все десантники были уничтожены. Вообще почти все успешные эпизоды действий белого флота на Черном море и Азове были связаны с деникинским руководством войсками.

Одним словом, на полуострове скопилось большое количество флотских офицеров, не одобрявших Гражданской войны, не желавших в ней участвовать. Примечательно, что в среде этой со временем выработалось, судя по всему, сочувственное отношение к борьбе красных, что можно объяснить и корпоративностью.

Ведь в отличие от армии флот вопреки позднейшему заблуждению пошел не за Корниловым и Деникиным, а за Лениным. Если армейские офицеры в своем выборе противоборствующей стороны разделились примерно пополам – на стороне белых воевали 57 % вчерашних царских офицеров, то с флотом вышла такая оказия – на сторону красных встали 82,5 % офицеров.

Показательно, что кроме громкой истории расстрелянного по приказу Троцкого геройского капитана Щасного, спасшего Балтийский флот для Советской России, и ряда других, менее значительных эксцессов новая власть страны вела себя корректно и даже предупредительно в отношении флотских офицеров – было понимание, что на военных кораблях без классных специалистов не обойтись. Неудивительно поэтому, что все 20‑е и до середины 30‑х годов большей частью кораблей и соединений флота Советского Союза командовали офицеры дореволюционных времен.

Что касается Гражданской войны, то многие флотские командиры просто выжидали, кто возьмет верх и вернет их на корабли, потому что было понятно – без них не обойдутся. Кстати, дефицит командного состава в ВМС Врангеля был восполняем участием в боях на его стороне французских, английских и греческих канонерских лодок.

Голод, грозно показавший себя в 1919‑м на всей территории России, к началу 1920 года на Крымском полуострове стал невыносим для тех, кто не имел права на бесплатное получение хлеба. И тогда ряд бывших офицеров императорского флота решили объединиться в организацию для выживания.

Закоперщиком в этом непростом деле выступил бывший лейтенант канонерской лодки «Терец» Евгений Гиммель. Он собрал вокруг себя несколько нуждающихся офицеров, и в январе 1920 года в его доме на Лютеранской улице (на центральном холме Севастополя) было создано