Путешествие на Запад. Том 1 - У. Чэнъэнь

Вздымал на реках и морях валы,

Распугивая всех чертей подводных.

Бродил олень среди цветущих трав —

Теперь он мчится в ужасе с поляны…

Плоды на землю в спешке побросав,

Среди ветвей укрылись обезьяны…

Рвет ураган святых знамен шелка

И налетает в злобе бесполезной

На пагоду, что прямо в облака

Вздымает свой седьмой этаж железный.

К дворцу приблизясь, ураган не стих:

Обрушены колонны из нефрита,

Погнулись своды балок золотых,

И крыша драгоценная разбита…

Уносит кровлю яростный порыв,

Как ласточки, мелькает черепица,

И лодочники, весла осушив,

Одно лишь могут – продолжать молиться.

Овец приносят в жертву и свиней,

Чтоб ураган замолк, утихомирен,

Но снова он становится сильней, —

Вот убегают боги из кумирен.

И в знак своей покорности из волн,

Драконы четырех морей явились…

Разбит сторожевого духа челн,

И городские стены развалились180.

Когда бешеный порыв бури утих, в воздухе показался волшебник. Облик у него действительно был безобразный. Черная морда, покрытая щетиной, длинное рыло, огромные уши. Одет он был в заплатанную рясу из грубого холста не то синего, не то черного цвета, подпоясан полотенцем из крапчатой цветной материи.

«Вот так штучка! » – подумал, улыбаясь, Сунь У-кун.

Он не вышел навстречу волшебнику, ни о чем не спрашивал его, а, притворившись больным, лежал на кровати и беспрерывно стонал. Волшебник, ничего не подозревая, вошел в комнату, обнял его и хотел поцеловать.

«Что же это он, собрался позабавиться со мной, что ли?» – смеясь в душе, подумал Сунь У-кун и, схватив чудовище за морду, дал ему подножку. Тот рухнул на пол.

– Дорогая моя! Ты за что это на меня сердишься? Может быть, за то, что я немного опоздал? – ухватившись за край кровати и пытаясь подняться, промолвил волшебник.

– Да я вовсе не сержусь, – ответил Сунь У-кун.

– В таком случае, – продолжал волшебник, – почему ты меня отталкиваешь?

– А почему ты себя непристойно ведешь? – в свою очередь спросил Сунь У-кун. – Тебе бы все обниматься да целоваться. Я чувствую себя не совсем хорошо, поэтому не встретила тебя, как обычно. А сейчас раздевайся и ложись спать.

Не догадываясь, в чем дело, волшебник стал раздеваться. А Сунь У-кун между тем вскочил с постели и сел на комод. Волшебник подошел к кровати и, обнаружив, что никого здесь нет, спросил:

– Дорогая! Куда же ты исчезла? Сними одежду и давай спать!

– Ты спи, а я схожу оправиться, – сказал Сунь У-кун.

Волшебник разделся и лег.

Между тем Сунь У-кун, горестно вздыхая, промолвил:

– Ну что за несчастная жизнь у меня!

– О чем ты беспокоишься? – спросил волшебник. – Что я сделал тебе плохого? Разве я зря ем ваш хлеб? Я и двор мету, и канавы рою, и кирпич доставляю и черепицу, возвожу стены. Я и пашу, и бороню, сею пшеницу, сажаю рис, в общем, всячески стараюсь увеличить добро. У тебя есть шелковые платья и золотые украшения. Круглый год ты можешь есть фрукты, овощи у нас никогда не переводятся. А ты жалуешься на свою судьбу. Говоришь, что несчастна!

– Сама-то я всем довольна, – продолжал Сунь У-кун. – Но вот родители мои сегодня бросали через стену камни и черепицу и ругали меня!

– За что же они тебя ругали? – удивился волшебник.

– Они говорят, – продолжал Сунь У-кун, – что, несмотря на то что мы поженились и ты вошел к ним в дом зятем, почета от этого им никакого нет. Что у такого урода, как ты, не может быть никаких родственников. И неизвестно, что ты за существо, если появляешься и исчезаешь в тумане и облаках. Никто не знает, как тебя зовут, и ты только позоришь доброе, честное имя нашей семьи. Вот за что они ругали меня. Поэтому мне так тяжело.

– Я действительно неказист, – признался волшебник, – однако мне ничего не стоит превратиться в красавца. Ведь твои родители сами пожелали принять меня в свой дом зятем, почему же они сейчас все это говорят? Моя семья живет в пещере Юньчжаньдун, в горах Фулиншань. Фамилию мне дали Чжу, что значит свинья, а имя Ган-ле – Жесткая щетина. Если они снова заведут с тобой разговор, расскажи им все это.

«А этот волшебник – честный малый, – с удовлетворением подумал Сунь У-кун. – Мне не пришлось прибегать к насилию, он сам выложил все начистоту. Теперь, когда я узнал, откуда он родом и как его зовут, он в моих руках».

– Они собираются пригласить монаха, чтобы поймать тебя, – продолжал Сунь У-кун.

– Ты не беспокойся и спи спокойно ! – смеясь отвечал волшебник. – Не обращай внимания на то, что они делают. Я обладаю небесным даром различных превращений, у меня есть грабли с девятью зубцами, и никакие монахи и даосы мне не страшны. Если твой отец человек очень набожный, пусть призывает самого патриарха Дан-мо с девятого неба, я и с ним готов познакомиться – ничего он мне не сделает.

– Они говорят, что пригласили Великого Мудреца, равного небу, по фамилии Сунь, который пятьсот лет назад учинил дебош в небесных чертогах, и просили его усмирить тебя, – продолжал Сунь У-кун.

Услышав это, волшебник встревоженно сказал:

– В таком случае мне надо немедленно убираться отсюда. Поспать нам с тобой не придется.

– Отчего же? – удивленно спросил Сунь У-кун.

– Да ты не знаешь, что этот монах из небесных чертогов обладает огромной волшебной силой, и с ним, конечно, мне не справиться.

С этими словами он встал, оделся и, открыв дверь, хотел выйти. Но тут Сунь У-кун схватил его за руку и, потерев лицо, принял свой настоящий вид.

– Ну, милое чудище! Куда же это ты собрался? Подними-ка голову и посмотри, кто перед тобой!

Волшебник взглянул и увидел существо, очень похожее на Бога грома: с узенькой мордочкой, острыми зубами, с огненным взглядом, плоской головой и обросшим шерстью лицом. От страха у него опустились руки и подкосились ноги. Он с шумом оставил свое тело и, превратившись в бешеный вихрь, умчался прочь.

Сунь У-кун ринулся за ним и, размахнувшись, ударил своим посохом по ветру. От этого удара полетели тысячи искр, но ветер умчался по направлению к своей горе. Сунь У-кун на облаке помчался за ним.

– Куда бежишь? – кричал Сунь У-кун. – Если ты спрячешься на небе, я найду тебя даже во дворце созвездия Южной Медведицы! Если попытаешься скрыться в землю, я достану тебя из царства