Играл на флейте гармонист - Влад Стифин

— Ты пойдешь в воскресенье на площадь? Должны все прийти, — она перечислила всех их ближайших соседей.

— Ты забыла Пилли, — сказал он сердито, — он что, не придет?

— Пилли тоже придет, если мураши не перехватят, — ответила она. — Прошлый раз, помнишь, он без веселки пришел? Скучно было.

— Я этих мурашей очень не люблю, — проворчал Билли, усаживаясь на старый пень у стены, — я их так не люблю, что иногда хочется залезть к ним по дороге, да высоко уж больно, сорваться можно.

— Пилли их тоже очень не любит. Он говорит, что их кто-то за небом насылает на нас, — она почистила клубень и, сидя на лежанке из прошлогодней длинноты, с удовольствием грызла твердую плоть.

Он еще немного посидел у Шилли. Пора было идти к себе. По мокрому лесу ходить было скучно, но зато мурашей совсем не было.

— Ну, я пошел, — сказал он, вставая.

Она оторвалась от клубня и, кивнув ему головой, пробурчала сквозь полный рот сладко-горьковатой массы:

— За комбинезоном приходи после завтра.

Дорогу через лес он очень хорошо знал. К Шилли он захаживал чаще, чем к другим, она ему нравилась, хотя эти вонючки не очень. Вот он прошел мимо старого раскидая, который каждую осень становился ярко красным. Обогнул большую поляну с висючками. Собирать их на дожде ему что-то не захотелось. А вот там, справа за болотиной, он это точно знал, стояло высокое дерево до самого неба — их дорога. Он во время дождя из любопытства иногда подходил к нему. Воняло оно ужасно, хоть нос затыкай. Он из-за этого и стоять-то долго около него не мог. Дождь усилился, и он подумал, что сейчас воняет, наверное, меньше, чем обычно. Он машинально свернул к болотине. Высокое дерево было на месте. Кора на нем почти облупилась.

— Эти заразы и кору-то, наверное, сдирают, — подумал он, осторожно принюхиваясь.

Запах чувствовался, но как он и ожидал, не очень сильно. Дерево уходило куда-то вверх за дождь. Старые ветки на нем уже давно были сломаны, от них остались одни небольшие сучки.

— Залезть на него несложно, — подумал он, — но что там дальше на вершине? Мураши могут устроить засаду. Неизвестно, есть ли там дождь? — Он продрался через частокол веток и остановился, чтобы передохнуть. Земля внизу была еле видна. Ладони его сильно пахли, да и весь комбинезон благоухал этой гадостью, которой мураши замазали дорогу. Билли сидел на толстой ветке под дождем и ждал когда вода, хотя бы чуть-чуть, смоет эту вонь. Он посмотрел вверх, ствол уходил куда-то в дождь и он подумал:

— Стоит ли ему сегодня тащиться туда вверх, когда в хижине никого нет? А вдруг к нему пришел Пилли мириться, а его там нет. Это нехорошо.

Билли загрустил и уже хотел было вернуться, но ему стало жаль потраченных сил на эту дорогу, и он решился двинуться дальше. Когда ствол стал тоньше, чем бревна его хибары, он разглядел небо. Белая, свисающая сверху бахрома сочилась каплями воды, постепенно набухающими прямо на глазах и падающими вниз дождем. Рядом с тем местом, где ствол упирался в небо, он обнаружил круглый лаз, закрытый пробкой изнутри.

— Вот вы где, мураши, живете, — пробормотал Билли и поудобнее закрепился на стволе рядом с норой мурашей.

Воняло здесь очень сильно. Временами от запаха у него кружилась голова и он, чтобы не упасть, как можно крепче держался за ветки и ствол. Отдышавшись, он наломал несколько острых сучков и вбил их в лаз поверх пробки.

— Пусть попробуют вылезут, заразы, — с остервенением шептал он, втискивая острые сучья в зазор между пробкой и лазом.

Здесь, наверху, помимо запаха, его окутала ужасная духота и сырость. Работая с сучьями, Билли измотался и еле держался на стволе. Неожиданно дождь прекратился. Засветило солнце с той стороны, где должен быть вечер. Небо подсохло, последние капли упали вниз и исчезли. Проступили очертания леса. Сквозь кроны деревьев он разглядел и болотину, и вдали свою хибару, которая с этой высоты казалась маленькой желто-коричневой песчинкой на фоне мокрого зеленого ковра.

Билли в последний раз посмотрел на свою работу, лаз замурован был изрядно, и неторопливо стал спускаться вниз. К себе в хибару он добрался уже, когда солнце погасло.

Последние два солнечных дня мураши не появлялись.

— Разбирают мою затычку, — подумал Билли.

Он за эти дни насобирал много верхней еды. Запрятал ее, замаскировал как мог и целый день возился в огороде, убирая лишний лес. Мураши пришли вечером, когда солнце собиралось выключиться на ночь. Двое из них остановились у лаза в огород и наблюдали за Билли. Они выставили свои острые морды в его строну и, шевеля усами, застыли на своем посту. Остальные шуршали внутри хибары. Вскоре вся их бригада, держа в жевалах все, что они нашли, двинулась цепочкой в лес. Двое дежурных, дождавшись, пока последний носильщик скрылся за деревьями, развернулись и последовали за остальными.

Билли бросил огород и вернулся в хибару. Обычный после мурашей беспорядок встретил его внутри. Все валялось в разных местах, и только в углу толстый слой зелени от нижней еды был не тронут. Он осторожно разобрал крупные листы и внизу у самого пола нашел горку нетронутых грызулей, которые в это время года были очень вкусны.

— Ага, заразы, вам новая зелёнка от нижней не нравится. Учтем, — и он снова завалил зеленью верхнюю еду.

— Завтра он обязательно пойдет к Шилли, комбинезон, наверное, уже готов, — подумал Билли, — по дороге он соберет ей побольше грызулей, а на обратном пути он обязательно, если будет дождь, снова заткнет мурашей. Только надо внизу насобирать острых сучьев, там наверху их с прошлого раза осталось мало.

* * *

— Он когда-нибудь победит мурашей? — спросила Венса.

— Не знаю, рассказ еще не закончен, — ответил он.

— Их нельзя победить, — включился в разговор юноша, — их много, а Билли один.

Девчушка вздохнула и как-то легко и радостно продолжила:

— Хорошо, что мы вместе, и у нас нет мурашей, — она поправила огонь в очаге и добавила: — Сегодня надо выспаться, завтра у нас много работы. Надо готовиться к зиме.

28.01.2014 — 06.07.2014.

Примечания

1

рецензии приведены отрывки из доклада т. Жданова о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 года.