Горький шоколад - Мария Метлицкая

«Я и не знала, что так бывает! – шептала она. – Ты просто лежишь рядом или сидишь. К примеру, на кухне – не важно! Главное, что ты рядом, ты – здесь! Мне важно то, что ты просто есть! В этом городе, на этой земле. Что ты просто ходишь, дышишь, живешь… Этого достаточно. Потому что я уже счастлива!»

Милая моя! Спасибо тебе! Спасибо за жизнь – ни больше ни меньше. Ту, что ты мне опять подарила! Это чистая правда: к жизни меня она точно вернула. Ценнее подарка нет. Я влюбился. Я думаю о ней постоянно. Мне нужно видеть ее. Хотя бы раз в неделю. Мне хорошо с ней! Так хорошо мне не было ни с кем. Никогда. Я верю ей, как, возможно, не верю себе. Она – моя женщина! Это я понял.

Такое огромное счастье…

Просто встречать ее на пороге, прислушиваться к шуму лифта, смотреть в окно. Нервничать, не спать, терять аппетит. Нюхать ее волосы, слышать ее дыхание, замирать от ее слов, ловить их жадно, как будто я – юный пацан.

Проверять каждые десять минут, все ли нормально с моим телефоном. Строить планы.

«А давай поедем на море? Нет, ты представь – мы на море! Вдвоем! Шум волны, душная ночь, темное небо утыкано звездами, словно пирог зажженными свечками!.. И я у тебя на плече. Или в Париж! И снова вдвоем! Мы сидим в саду Тюильри и просто молчим! А потом пьем кофе на Елисейских! И снова молчим. Потому что слов нам не нужно – мы и так все понимаем! Мы чувствуем друг друга без слов.

А дальше будет ночь. Наша ночь, понимаешь? И мне никуда не нужно спешить!»

Да. Это все замечательно. Просто сказочно! Но это мечты. Фантазии. Полеты… Во сне и наяву. У нас – только во сне.

А между тем есть обычная жизнь. Где надо ходить на работу. Ходить в магазин. Отвозить детей в сад. Пылесосить квартиру. Мыть окна. Стоять у плиты. Выносить мусорные пакеты. Планировать жизнь и бюджет.

Воспитывать детей, наконец! Дать им хорошее образование. Медицину. Одежду.

Вот она – проза жизни!

Не хочешь слушать? Нет, ты подожди! Никуда от нее не деться, от этой прозы. Увы…

Что я могу тебе предложить? Съемную однокомнатную квартиру? Своей, как ты знаешь, у меня нет. Свою я оставил жене и ребенку. Машины у меня тоже нет. Зарплата… Так, слезы. Нет, одному мне хватает. Но на семью? Большую семью?..

…Сложно признаться себе, что ты трус. Противно и стыдно. Но вот придется. Иначе никак.

Да, я боюсь. Боюсь! Разлюби меня, запрезирай. Возненавидь, наконец!

Я боюсь! Боюсь забрать тебя оттуда. Боюсь ответственности – за тебя и твоих детей. Боюсь, что не дам им того, что у них есть. А ведь не дам!.. Потому что нету!

А дальше… Ты от меня сначала просто чуть отодвинешься. Пока незаметно, даже для тебя самой. Не будешь смотреть на меня теми глазами.

Потом ты станешь обращать внимание на то, на что раньше не обращала: я, например, чавкаю, когда ем суп. Я оставляю зубную пасту на зеркале в ванной. Я крошу хлеб. Я оставил носки там, где не надо. Я купил не тот кефир и слишком мелкие яблоки. «Что, пожалел? На детей пожалел?»

«Да нет, я просто не разбираюсь в продуктах!» Но ты не поверишь.

Я не так посмотрел на Мишу. Я сделал замечание Свете. И ты, уж поверь, не станешь разбираться, кто прав, а кто виноват. Ты просто обидишься. И все!

Ты замолчишь, а после мне, конечно, бросишь: «Это же не твои дети! Это мои дети!»

И как бы я ни оправдывался… Вот тогда ты вспомнишь про мужа! Какие он выбирал яблоки и как он любил ваших общих детей!

Возможно, я оправдаюсь. Возможно… Но зерно сомнения в твоей душе уже взошло. Росток пробился.

Ты захочешь поехать на море, в Париж. Все вместе – мы же семья!

А денег не хватит. Просто банально не хватит денег! И все! Ты снова обидишься и вспомнишь мужа. Когда вы были вместе – денег хватало.

И ты всегда повторяла, как заклинание: «Он хороший человек, он – хороший».

А какой я? Какой я человек?

Да я и сам не знаю…

Одно знаю точно: я отчаянный трус! Мелкий такой… Не рассудительный человек, не ответственный мужик, а банальный трус!

«Трусло» – как говорили у нас во дворе. А это обидней, чем «трус».

МАТЬ

Доченька моя! Родная моя девочка! Не слушай меня! Ох, не слушай!

Чушь я несу, ерунду и глупость. Да и как я смею? Как смею советовать, упрекать тебя, презирать?

Я – ничтожество полное! Трусиха и дура. Я, которая…

Ты ведь ничего не знаешь, моя милая. Совсем ничего! И мне от этого еще тяжелее.

Мне так тяжело, что если бы ты понимала, то наверняка пожалела меня.

Но я и жалости твоей не стою. Я вообще ничего не стою, ты мне поверь!

Я, которая пустила жизнь свою под откос. Коту под хвост. И как я могу советовать? Как могу тебя осуждать? Я, мелкая, корыстная, жалкая трусиха? Предательница и негодяйка?

Я так жалка, что даже сейчас, почти прожив жизнь, не став счастливой ни на минуту, пытаюсь отговорить от счастья тебя.

Жалкий я человек. Впрочем, жалеть меня не надо – я этого недостойна. Потому что сама все разрушила и растоптала.

Как мне хочется подойти к тебе! Обнять и сказать: «Девочка моя любимая! Да, конечно! Иди! Точнее – беги! Хватай в охапку детей и беги!

И поскорее! Наплевать на все эти блага! Квартиру, машину, поездки. Все это пыль и пустяк, потому что счастливой они еще никого не сделали! Ни-ко-го! Уж мне ты можешь поверить! Что называется, из первых уст.

Не держись ты за всю эту чушь! Все наживется. А нет – так тоже, поверь, ничего страшного! Ну, будет квартира поменьше и победней. Ну, не будет автомобиля. Денег в обрез. Все ерунда! По сравнению с… Нелюбовью. С отвращением. С колючими и острыми мурашками, которые пробегают по телу, когда он…

И когда он ест – опрятно, но так отвратительно! На края тарелки раскладывает лепестки вареной моркови. И морщится. Боже, как же он морщится! Я говорю: давай я не буду в суп класть морковь. А он отвечает: клади,