Ведьмина гора - Марк Котлярский

В нашем земном мире для общества возраст имеет значение, но только не для меня. Я принимаю человека в свою жизнь любого возраста, религии и взглядов. Для меня очень важную роль имеет душа человека, и она чувствуется при первом знакомстве.

Все, конечно, может меняться со временем, но знаю точно, что при желании люди могут сами себя менять, просто для того, чтобы было комфортно вместе с каким-то человеком. Вы чудесный человек со своим огромным внутренним миром, который отличается от всех остальных, и при этом, несмотря на всю боль, полученную в жизни, умеете оставаться человеком.

Я целую вас.

От Яна

Ян Карми

[email protected]

Кому: Тане

An-Pet

[email protected]

19 декабря, 05:45

Танечка!

Сегодня, в полудреме, когда я просыпался, но еще не проснулся окончательно, мне вдруг привиделось (прислышалось), что какой-то неведомый мне голос диктует мне строки письма, которые я отправляю вам.

Проснувшись, я записал эти строки.

Вот они.

…Танечка…

Нет, не так.

Малыш…

Опять не то…

Почему, когда хочешь сказать что-то очень нежное, лезет упрямо какая-то банальщина, словно доказывая, что ничего в этой жизни нового уже не придумать?!

А хотелось бы.

Чтобы, прочитав эти строки, вы почувствовали тепло в груди; чтобы почувствовали, как вашего лица касается мое дыхание; чтобы ощутили, как мои губы касаются вашей щеки, шеи, мерцающей мочки уха, и ласковый огонь внезапно пробегает по всему телу.

Вы видите, как легкая дрожь тревожит занавески, зеркало туманится, словно кто-то там отражается, чей-то призрак – не мой ли?

Не мой – это я, потому что меня нет рядом с вами в этот момент.

Однако губы ваши произносят мое имя, губы складываются в улыбку, которая делает похожей вас на маленькую японку.

Как я люблю эту вашу улыбку, она делает вас еще обольстительнее, еще желаннее.

Слово «желаннее» сопрягается со словом «жеманнее»; но: нет в вас и грана жеманства, оттого вы желаннее еще больше.

Знаете, иногда я думаю, что мы как-то странно притягиваем друг друга, невзирая на расстояние, сопутствующие коллизии, быт, прочие ненавистные обстоятельства.

Но все это спадет, как шелуха, если мы вдруг встретимся, и станет столь несущественным, как случайно прилипший к окну кленовый лист: вот, он был – и нет его, оторвался и пропал, унесенный ветром.

Я представляю, как мы идем с вами, держась за руки.

Я представляю, как, улыбнувшись застенчиво, вы скажете:

– Ловлю вас на слове…

Ловите меня, Таня.

Ловите меня, как бабочку в сачок.

Ловите меня, пока мы нужны друг другу, пока мы, как два одиноких волка, бредущих навстречу друг другу через непролазные чащи.

Чаще ловите меня, и, словленный вами, я воспою эту ловитву, молитву сочиню о том, как мы встретились, ловимые ветром и гонимые судьбой.

Ловите меня, идите ко мне, маленькая моя, идите назло всем, не верьте никому, верь только ветру и мне, и Ведьминой горе, где цветет дерево, пораженное молнией.

От Тани

An-Pet

[email protected]

Кому: Ян Карми

[email protected]

29 декабря, 05:43

Ян!

Я долго не писала, простите.

Понимаете, я выживаю, а не живу… я люблю жить и не боюсь любой работы…

Сложнее чем там, где я сейчас, я нигде себя не чувствовала… эта привычка сродни мазохизму… начинать с начала вновь и вновь свое дело… я строю, а его разрушают – раз за разом…

Строчки какие-то рваные получаются.

…Человек не сразу становится тенью.

Вначале его настигает внутренняя пустота, которую нечем заполнить.

Пустота, как бездна, ширится, расползается, как метастаза, в особенности тогда, когда человек лишен любви – материнской, супружеской, любой. И тогда он привыкает к тому, что он – жертва.

И тогда он становится тенью, и всех, кто попадает в это «теневое поле», он разрушает. До тех пор, пока ему кто-то не скажет:

– Тень, знай свое место!

Опасайтесь людей из мира теней!

Ян, вы еще помните наш особняк?

От Яна

Ян Карми

[email protected]

Кому: Тане

An-Pet

[email protected]

29 декабря, 05:45

Танечка!

Я хочу видеть Вас свободной, счастливой, улыбающейся, подвижной, динамичной, какая Вы есть на самом деле, то есть самой собой.

Хочу обнять Вас, прижать к себе, успокоить, погладить Ваши волосы, чтобы Вы улыбнулись и сказали:

– Вот мы и встретились.

Мне кажется, что Вы устали. От всех этих мотаний, терзаний, странностей обстоятельств, от всех этих нелепых будней.

А еще я видел, Танечка, Вас во сне и – проснувшись – сразу записал эти ощущения, а оказалось, что они превратились в стихотворные строчки. Вот они:

…Я увидел тебя во сне,

от которого остались

одни обрывки,

как пепел от сигарет,

как клочки диванной обивки.

Пепел воспоминаний

летал по воздуху,

как пух из разорванной перины.

Я поднимался по узкой лестнице,

плохо окрашенные перила,

лифт, охая, проплыл мимо,

безликие соседи

мелькали, как тени,

или это были тени

бесплотных хотений —

твои настырные демоны,

следующие повсюду за мной.

Голос одного из них проскрежетал:

«Не ной…»

А второй

мягко добавил:

«Вспомни ласковое

ворчанье

ручья,

отряхни прах этой истории

со своих ног

и пойми, что эта женщина – не твоя,

она – ничья,

потому что не ты от нее отвернулся —

отвернулся Бог…»

Я не знаю, сон ли это в руку, но мне так хочется Вас увидеть…

От Тани

An-Pet

[email protected]

Кому: Ян Карми

[email protected]

29 декабря, 06:13

Ян!

Мне нужно было подумать над таким поворотом. Вы стали мне близким человеком, но я не могу понять природу этих отношений, наверное, они еще не сформировались. Вы определенно влияете на мое мировоззрение и как-то мягко внедрили в меня мысль о смене чувств. С тех пор, как Вы уехали, то стали мне почему-то еще ближе. Наверное, потому что лучше остальных меня понимаете.

Понимаете мои впечатления по поиску работы, путешествий. У нас совпадают вкусы, взгляды. И есть тонкая ниточка, которая нас связывает, как будто странная грусть о Земле обетованной…

…Мне очень хочется вас увидеть…

От Яна

Ян Карми

[email protected]

Кому: Тане

An-Pet

[email protected]

29 декабря, 06:45

Танечка!

Знаете,