Дурные - Ксения Михайловна Спынь

— Ты не перед телевизором, брателла. Тебя всем слышно.

Нелли же, уронив руки меж колен, сосредоточила взгляд на них и, казалось, перестала на что-то обращать внимание.

Возле одной из колонок стояла уже другая машина. Тот самый пыльно-синий минивэн, что примчало сюда через полстраны, чтобы именно здесь бросить в невнятную сумятицу. Он, правда, просто стоял. Здоровый мужик за сорок — очевидно, глава семейства — отошёл к окошку кассы, поговорил там с кем-то и вернулся, нервно поглядывая на часы.

— Нету? — спросила его большая высветленная женщина на переднем пассажирском.

— Говорит, через полчаса.

— Опять через полчаса? — она высунулась из окна и оглянулась беспокойно на трассу. — Ну как так. Нет, ну, я не понимаю.

Мужчина не стал ей отвечать, вместо этого нагнулся к кому-то на заднем сидении.

— Ну что, по карте смотрел?

Ему ответили, голосом выше и моложе:

— Смотрел, ни черта так и непонятно. Как тот автобус объехали…

— Да сам ты просто ни черта не понимаешь. С навигаторами вашими ничего уже не умеете. Дай сюда…

Он забрал у кого-то изнутри большую разлохмаченную карту и завертел, ловя на неё свет фонаря.

Лана, Агнешка и Алиса со значением переглянулись. Лана в волнении пригладила чёрное каре у ушей.

— Пойду поговорю с ними, — она выступила вперёд и зашагала к семейству.

Их, видимо, давно уже подмывало пожаловаться хоть кому-нибудь, и они не возражали пожаловаться Лане — на всю эту дрянь, которая вывалилась на них, на всё, чего они успели навидаться сегодня и до того на пути, а вот теперь ещё и…

Блёклое окошко кассы произвело движение: кто-то прошёл там внутри и вернулся обратно.

Лана раскивалась с семейством и подошла снова к своим.

— Они говорят, что в кассе сказали, что у них нет пока бензина и будет только через полчаса, — повторила она для Агнешки и Алисы, будто те не слышали разговора.

— Мм, — Агнешка глянула на колонки из-под приспущенных век. — Думаешь, подождать?

— Думаю, да. Там фиг знает что впереди, — она с сомнением посмотрела на горящее окошко. — Эти, на минивэне, тоже не в курсе, где мы. Попробую там узнать что-нибудь.

— Оки, — Агнешка потянулась, прогнувшись и заложив руки за голову. — Я тогда отойду пока.

Окно кассы было заставлено решёткой с расходящимися лучами. Только внизу оставался маленький полукруг, чтоб можно было просунуть руку. За стеклом сидел человек. Было похоже больше всего, что это старушка, замотанная слоями в одежду, но сложно было б сказать точно. Она (оно?) оторвалась от чашки с жёлтой заклеенной трещиной.

— Добрый день, — механически начала Лана. — Скажите, пожалуйста, что у вас с топливом? Должны приехать заправить?

— Дизель, дизель, — прожевал человек, почти не открывая рта. — Хороший дизель, кушайте.

— А что насчёт бензина?

Тот (то?) привстал, чтоб дотянуться до электрического чайника подальше на столе. Вылил себе в чашку какую-то бурую жижу.

— Нету, — сказал он наконец, как будто чуть обиженно. — Будет.

Оно подняло чашку ко рту и стало медленно заливать в него содержимое. Впрочем, горло его не двигалось, и звуков не было.

— А когда будет, подскажите, пожалуйста?

Псевдостарушка почти опрокинула чашку себе на лицо, сердито шваркнула её на место.

— Полчаса! Сколько раз уже повторяю — полчаса, через полчаса всё! Говорю-говорю — снова не понимают.

Лана оглянулась на заправку, но никого другого, кроме лягуха и семейства на минивэне, там не стояло.

За окошком послышался тихий отрывистый треск. Лана развернулась: в глубине комнатки длинный кот со свалявшейся белой шерстью тянулся по стулу и драл его подранную спинку. Больше в кассовом помещении ничего не было. Даже на столе, кроме чайника — ни компьютера, ни даже, собственно, кассы. На дальней стене висели часы, но кто-то забрал с них стрелки и унёс куда-то.

— Спасибо, — пробормотала Лана и отошла от окошка.

Нелли так и сидела на подножке, рассматривая свои руки на платье в горошек. Она не повернула головы, когда Лана нагнулась в машину и покрутила радио.

Станции ничего не сказали. Одна попробовала было спеть симфонического Эрлкёнига, соседние погрузились в шуршание. Лана остановилась в конце на каких-то тоненьких попсовых перепевах и некоторое время вслушивалась, наклонив внимательно ухо и окидывая взглядом окрестность.

Из пристройки со ступеньками вернулась Алиса. Она успела вычесать песок из волос, но они не стали от этого менее спутанными.

— Часы всё-таки пошли, — поделилась она с застенчивой радостью. — Сейчас на них без пятнадцати восемь, и они идут дальше.

— Это хорошо, — Лана кивнула на пристройку. — Агнешка там?

— Угу.

— Посиди тогда с машиной, мы с Нелли тоже сходим. Там радио — если объявят время, город или ещё что-нибудь, скажешь?

Алиса кивнула и послушно уставилась на бормочущий приёмник.

Решётка вокруг фонарной лампы поблёскивала перекрестьем. Поблёскивала вскрытая банка на ступеньке, поблёскивало кольцо на руке девочки-готки — небольшая изящная гильотинка. Парень в ветровке проводил взглядом Нелли и Лану. Пальцы его задумчиво теребили сигарету, которой до того не было.

За дверями Агнешка созерцала вендинговый аппарат в углу — с жадным восхищением, как маленькая девочка у витрины с пирожными. Витрина тут тоже имелась, но она пустовала: за стеклом протёрли и оставили пылиться, а весь прилавок так и бросили стоять у стены — не тащить же эту бандуру на новое место.

— У них там живая крыса, — радостно сообщила Агнешка, когда Лана шагнула мимо неё к кафельному коридору за поворотом.

— Спасибо, что сказала, — Лана раздражённо фыркнула и сморщила нос.

— Не, ну, живая же, чем тебе не нра?

Она всё ещё медитировала на сникерсы и чипсы, когда Лана вернулась.

— Это ты дала пацану сигарету? — уточнила Лана.

— Ага.

— Зачем?

— Ну, он попросил. И пообещал, что на заправке курить не будет.

— Агнешка, они малолетки!

— Да ладно, восемнадцать-то им есть, чего ты. Они брат и сестра, я так поняла, он вроде Поль или Пауль — ну, так назвался. Говорят, что приехали сюда на машине, но им два колеса пробило, а запаска только одна, и вот теперь сидят и ждут, пока можно будет починить.

— Чего ждут-то? — нахмурилась Лана.

— Не знаю. У них тут какие-то свои планы.

Лана машинально проскользила взглядом по вендинговому аппарату.

— Я не видела здесь других машин, — проговорила она.

— Я тоже, — Агнешка наклонилась к цветасто кричащим упаковкам. — Лан, у тебя нет мелочи? Этой штуке не понравились ни бумажки, ни карточка, а монеток у меня почти не осталось.

— Есть, но эту гадость я тебе покупать не буду. У нас хватает с собой еды.

— Жаль. Может, у них есть кофе, — протянула Агнешка почти мечтательно. — Я