Фотостудия Таккуда - Хо Тхэён

Юнчжа, признавая поражение, протянула стакан.

– Знатно сделано! – Пригубив алкоголь, женщина передернула плечами.

Остальные гонщицы громко рассмеялись.

Пока гостьи весело проводили время, Чеби и Согён бегали между столиками: подкладывали угощения, если тарелки быстро пустели, забирали грязную посуду, следили за настроением своих посетительниц. Чеби, занятая еще и съемкой, сначала даже не заметила, что одна из гонщиц принялась помогать им.

– Что вы, что вы, не стоит!

Девушка тут же забрала тарелки из рук Чонми. Та еще несколько раз относила грязную посуду в раковину и забирала закуски, унося в зал. Чеби вспомнила, что это хозяйка желтой «Хонды», которая помогла Согёну сделать хорошие фотографии с багажника своего мотоцикла.

– Все оки-доки, мне не в тягость, – заверила Чонми.

Пока они вместе работали в зале, им удалось немного пообщаться, и Согён с Чеби кое-что узнали об их новой знакомой. Во-первых, сын Чонми в этом году поступил в престижный университет. Во-вторых, половину жизни она проработала швеей на текстильной фабрике. Муж работал там же закройщиком.

– Когда сын был маленьким, дела у нас шли офигенно. Даже отгрохали свою фабрику. Потом, года через два, прогорели. Приходилось работать и сыну, он приклеивал этикетки. Благоверный не выдержал, слег… – рассказала Чонми, когда принесла латунную миску с пустыми раковинами.

– Мы погрязли в долгах, денег на учебу сына ни гроша… Но подруги помогли…

Согён и Чеби смотрели, как женщина утирает слезы рукавом. Потом она взяла салфетку, промокнула лицо, высморкалась. И вдруг ярко улыбнулась.

– Мы вместе учились в старших классах. Окончив школу, нашли работу, вышли замуж. А десять лет назад начали гонять. Я, когда только услышала, трухнула сильно. Но подруги все равно убедили. Обещали подсобить с долгами.

– Правда?

– Ага. Сказали, что нужно только улыбаться. А они порешают все мои проблемы.

Согён склонился над разделочной доской, ловко нарезая осьминога. Видимо, он понял, почему Чонми вызвалась помочь, невзирая на то, что на фотографиях ее не будет.

– Теперь понимаю, почему на вашем лице всегда такая яркая улыбка. Все благодаря подругам.

Чеби посмотрела на лицо Чонми, мелькнувшее на одной из фотографий на проекторе. Женщина едва заметно кивнула.

– Но самое удивительное приключилось потом. У меня, прикиньте, вылезли зубы мудрости.

Согён, ощутив любопытство, поднял голову. Чеби отнесла тарелку с мелко нарезанным осьминогом и вернулась.

– Все четыре разом, – прошептала Чонми. – Стоматолог сказал, что это капец какая большая удача.

Согён и Чеби одновременно проверили кончиком языка свои зубы мудрости, посмотрели друг на друга и рассмеялись.

– Мне два удалили, а два так и не вылезли, – поделилась Чеби.

– У меня вылезли все четыре, так что их удалили.

От слов начальника девушка поежилась. Чонми кивнула, будто понимая, о чем идет речь.

– Все зубы мудрости появляются ужасно редко. Они типа опора для больших корневых зубов, не дают им развалиться. То есть когда жуете ребрышки, то давление приходится не только на корневые, но и на зубы мудрости.

– Понятно.

Согён и Чеби кивнули. Чонми слегка облокотилась о барную стойку.

– Когда фабрика, стало быть, прогорела, муж слег, а сын перестал ходить на дополнительные занятия, я дотрагивалась языком до зубов мудрости. Говорила себе:

Не нужно бояться, они принесут мне удачу.

– Зубы и правда помогли.

Слова Чеби заставили женщину улыбнуться.

– Точняк. Давали сил двигаться вперед.

Согён вымыл руки с мылом и протер бумажным полотенцем.

– Хотите мы их сфотографируем? Разумеется, бесплатно.

– Мои зубы? – Чонми округлила глаза, будто не понимая, что ей говорят.

– Именно. Те, что принесли вам удачу, – ответил Согён.

Оставив шумящую толпу на Чеби, фотограф вместе с Чонми тихо поднялись на второй этаж. Пока Согён выбирал фон и настраивал освещение около одиноко стоящего стула, женщина чистила зубы тремя щетками, которые всегда носила с собой.

– Будет непросто, – предупредил хозяин фотостудии, закрывая стену черным фоном.

– Ничего страшного, я преодолела куда более сложные испытания.

Согён сильно удивился, услышав привычную речь. Чонми, заметив его реакцию, рассмеялась, а затем перевела взгляд на лестницу, чтобы убедиться, что их никто не слышит.

– Мы пообещали опускать во время встреч любые формальности. Говорить так, как удобно, не ставить себе рамки, – объяснила женщина. – Живем вдалеке друг от друга, нас разбросало по всей стране. Триста шестьдесят два дня в году мы просто матери, дочери, сотрудники. Все, кроме меня, добились успеха. Юнчжа – профессор в университете, Хиён владеет самым большим магазином в районе, где живет наша лидер, Чонсун – в прошлом известная велогонщица, даже в Олимпийских играх участвовала. Правда, медаль завоевать ей не удалось. Спустя какое-то время она заинтересовалась мотоциклами и сейчас ими торгует. Именно Чонсун предложила поездки. Благодаря ей каждый год на три дня мы снова становимся теми беззаботными девушками, возвращаясь в школьные годы. И разговариваем, как разговаривали тогда, опуская все нормы.

Чонми снова бросила взгляд в сторону лестницы и по-детски наморщила носик.

– Если кто-то из нас начинает говорить на нормальном языке, получает наказание. Довольно суровое.

– И какое же?

– Должна угостить всех. Например, сегодняшнюю вечеринку у вас оплачивает Юнчжа.

Согён громко рассмеялся, ему вторил взрыв хохота с первого этажа. Хозяин студии посмотрел в видоискатель, настраивая диафрагму камеры.

– Все готово. Скажите: «А-а-а».

– Боюсь, не смогу.

Чонми смутилась и села, отвернувшись от фотоаппарата. Ее лицо покраснело.

– Прикоснитесь к вашим зубам мудрости. Мне кажется, они доказательство того, что вы можете все, – поддержал ее Согён.

Чонми усмехнулась, а потом легко рассмеялась.

– Сначала я сфотографирую нижние зубы, затем верхние. А с помощью программы объединю два снимка в один. Так, откройте рот. Широко, будто на приеме у стоматолога.

Чонми опустила взгляд вниз и открыла рот.

Глядя в видоискатель, Согён внимательно осмотрел полость. Внутри красный язык и зубы без малейшего намека на зубной камень. Будь он стоматологом, то непременно восхитился бы их состоянием – совершенно не верилось, что женщина пятидесяти лет имеет такие здоровые зубы. Кое-где, словно звезды, сверкали золотые коронки. Они стояли и на двух зубах мудрости. Согён приложил все силы, чтобы сделать хорошие снимки того, что принесло женщине удачу.

Спустя какое-то время Чонми, продолжая держать рот открытым, издала тихий стон. Согён ощутил, как сильно вспотели руки: держать камеру приходилось в непривычном положении.

– Больно? Потерпите немного, осталось чуть-чуть.

Съемка сильно вымотала обоих. Чонми массировала подбородок, – видимо, челюсть неприятно саднило. Ее губы выглядели стянутыми и сухими.

– Капец, так стыдно. Не смогу даже посмотреть на эти фотографии, – призналась Чонми, краснея.

– Получатся отличные кадры, я уверен, – заверил ее Согён. – Распечатаю и повешу их на первом этаже, рядом с другими, где вы все вместе на мотоциклах.

– Не-не-не, только не это.

Чонми вскочила и прикрыла лицо руками, краснея еще сильнее. Согён рассмеялся, словно мальчишка-забияка, а затем посмотрел на монитор и на фотографии, которые только что сделал.

– Прекрасные, крепкие зубы мудрости. Все посетители будут ими восхищаться. Вот увидите.

– А мне почем знать? Вряд ли я когда-нибудь сюда приеду.

Чонми