Суббота Воскресенского - Наталья Литтера

Олег поставил поднос на журнальный столик и спросил:

– О чем думаешь?

Полина подняла глаза и улыбнулась:

– О нас и о жизни.

– И что же ты думаешь о жизни?

– Я думаю о том, насколько жизнь непредсказуема и что на самом деле она всегда дает нам шанс. А мы уже сами решаем, воспользоваться этим шансом или нет.

Олег сел рядом и обнял теперь уже свою жену. Полина положила голову ему плечо, взяла за руку – потрогала кольцо.

– Ты теперь женатый мужчина.

– Глава семьи, – согласился Олег.

– И как ощущения?

– Великолепные, – ответил он и поцеловал ее в волосы.

Потом он передал ей чашку с чаем, а сам взял бокал с вином.

Наверное, надо было сказать тост, что-то важное и проникновенное, но слова почему-то не шли. А то, что приходило на ум, казалось слишком громким и пафосным. Полина смотрела на Олега и молчала. Тогда он произнес:

– Мне очень важно, чтобы ты была рядом. И я очень счастлив, что сегодня ты стала моей женой.

Ее глаза заблестели. Чашка и бокал соприкоснулись. Полина сделала глоток и тихо сказала:

– Мне тоже очень важно, чтобы ты был рядом.

– Я буду, – пообещал Олег.

7

Женя вернулась в квартиру после того, как отвезла Ариадну вместе с супом и рыбой к маме. Подруга радовалась, что не надо вызывать такси, и рассказывала про кофейню Надин и про то, что теперь надо думать про мастер-классы для взрослых. Например, есть несколько идей для самодельных брошей – очень эффектных с виду и простых в выполнении.

– Я забыла тебе их показать, – сокрушалась Ариадна. – А ведь собиралась подарить.

– Ничего, в следующий раз подаришь.

– Принесу на квест, – пообещала подруга. – Но если честно, с мастер-классами для женщин – это идея Надин. Я бы сама никогда, конечно…

После того как Ариадна скрылась за дверью подъезда, Женя взяла курс на квартиру Дана. Он уже вернулся со свадьбы или еще нет?

Когда Женя сидела у Ариадны, Дан прислал сообщение.

Дан: Как встреча с Людмилой Борисовной?

Женя: Нормально. В понедельник выхожу на каток.

Дан: Поздравляю.

Женя: Спасибо.

Припарковавшись, Женя не сразу вышла из машины. Она некоторое время сидела в салоне, решая, действительно ли приехала сюда. Может, Дан ее и не ждет уже? Потом подумала, что в багажнике для него с прошлого воскресенья лежит сувенир из Питера. Ариадне она сегодня подарок отдала, Людмиле Борисовне чуть не забыла, потом возвращалась на каток с большой коробкой конфет и набором магнитных закладок с видами города. Людмила Борисовна обожала читать детективы, признавала только бумажные книги и все время теряла закладки. Магнитные для нее – выход из ситуации. Получить знак внимания тренеру было приятно.

Теперь в багажнике остался последний сувенир. И дарить его все равно надо.

Женя открыла дверь автомобиля и вышла на улицу.

Дан вернулся в десять вечера. За это время Женя успела передумать кучу всего.

Зачем она здесь? Зачем его ждет? За прошедшие дни они ни разу не поговорили о них двоих. Только про Сеню и квест. Это можно засчитывать? Сеня – как объяснение ситуации, квест – как план на будущее. Можно или нет?

Женя пила чай на кухне, мерила шагами гостиную, брала в руки Тоби и ставила его обратно, поднимала крышку пианино и нажимала на клавиши. Звук разрезал тишину и вовсе не успокаивал. Она пыталась слушать аудиокнигу, смотреть кино… не получалось. Получалось только наблюдать, как за окнами темнеет небо.

Ключ в замке повернулся в тот момент, когда Женя приняла решение уехать. Подарок стоит на кухонном столе – Дан найдет.

Женя вышла в коридор, и в этот момент Дан открыл дверь.

Он зашел, и Женя замерла.

– Привет, ты куда-то собралась?

– Я? Да просто…

Мысли сбились. Дан был в светло-сером костюме и белой рубашке. Она никогда не видела его в костюме. Все время джинсы, футболки, джемпера, свитера, пару раз пиджаки с джинсами…

Сейчас он был… другой. Словно незнакомец. И вовсе не парень. Перед ней стоял мужчина. Тонкая, но вполне ощутимая разница. И взгляд был другой – не ироничный, внимательный. Женя вдруг почувствовала, как изменился Дан за последние месяцы, даже не повзрослел – возмужал.

И как же она теперь с этим новым Даном?

Женя смотрела на него – такого притягательного, умного, проницательного, такого любимого и нужного ей, такого…

– У тебя все в порядке?

– Да, – она заставила себя отвести глаза. Невозможно одновременно смотреть на него и соображать. – А у тебя? Как все прошло?

– Хорошо. Даже лучше, чем можно было ожидать. Пришлось задержаться, чтобы отправить экспрессом тетю Нонну с мужем. Они не захотели ночевать в Москве, сказали, что если успеют на поезд, то через полтора часа будут дома. – Он помолчал, потом спросил: – Как насчет бокала вина в честь молодоженов?

– Я не против.

Дан снял пиджак и пошел мыть руки, после чего направился на кухню.

Женя слушала шум воды и гладила тонкую ткань пиджака, а потом и вовсе уткнулась в него лицом, закрыв глаза. Пиджак немного пах его туалетной водой.

Как же нам все наладить?

– Это что? – раздалось из кухни, и Женя, выпустив ткань, пошла смотреть, что же там.

Дан держал в руках кружку. На кружке были нарисованы две колонны с рострами, а между ними птица в шляпе с чемоданом и зонтиком. Надпись гласила: «В любой непонятной ситуации лети в Петербург».

– Ну, я же была в Питере, – тихо сказала Женя. – Про солнце в дождь не нашла, но эта… эти слова тоже показались…

Больше говорить она не могла.

– Понятно, – Дан поставил кружку обратно на стол. – Спасибо.

Что тебе понятно? Тебе уже не важен ноябрь? И тот Питер? Ты его забыл? Оставил в прошлом?

«Понятно» и «спасибо» – это все, что ты можешь сказать?

Уходить. Отсюда надо уходить, ничего не получается. На глаза наворачивались слезы отчаяния, и Женя повернулась, чтобы выйти из кухни, но Дан не дал, поймал ее за руку и притянул к себе.

Губы у него были горячие. Или это ей казалось, что горячие. И руки сильные. Руки прижимали к себе крепко. Как ей не хватало этих рук! Женя отвечала страстно, порывисто, молча.

Они оба молчали, делали перерыв, чтобы посмотреть друг другу в глаза и снова начать целоваться. Она не понимала, это они так дают друг другу второй шанс или прощаются?

Дан приподнял ее и посадил на