Расставание из ада - Энн Давила Кардинал

– Я удивлена, думала, ты предпочтешь более изысканные пикники.

– Я? С чего ты это взяла?

– Не знаю… спортивные машины, шампанское… – Я указываю на запотевшую темно-зеленую бутылку, лежащую в корзине.

Он достает ее.

– Это? Это газировка с виноградным соком. Ты же спортсменка, и я подумал, что ты не пьешь, поэтому выбрал ее.

– Откуда ты знаешь, что я спортсменка?

– Тот прыжок через забор намекнул мне об этом. И… – его взгляд на мгновение опускается к моим ногам. Он возвращается к прилежному откупориванию бутылки, как будто смущенный.

Теперь моя очередь краснеть. Брось, Мика. Соберись.

– Кстати, о спортсменах… Тот вечер на ярмарке. Я быстро бегаю, но не настолько, такое было со мной впервые.

– А казалось, что ты всю жизнь это делала. – Он смеется.

– Мне тоже.

– Может быть, если бы ты достаточно отдавалась бегу, ты могла бы чувствовать это постоянно.

Рейдж часто говорит мне, что я сдерживаюсь. Странно думать о нем, пока я с Сэмом, словно я предаю его. Нет. Соберись. Пора задать Сэму несколько вопросов. Я пришла сюда ради этого. Я беру влажные салфетки, которые он предлагает, и, вытирая с рук соус для крылышек, небрежно спрашиваю:

– А что насчет тебя, Сэм? Почему ты так можешь бегать?

Он достает из корзины пару стеклянных фужеров для шампанского и наполняет их газировкой.

– Все супергерои умеют это делать. Разве ты не получаешь новостную рассылку? – Сэм с лукавой улыбкой протягивает бокал и подносит свой к моему. – За первое свидание в горах.

Я смотрю на него:

– Уверен?

– В чем?

– Что это свидание?

– Боже, надеюсь, это так.

Я пытаюсь придумать что-то остроумное, но замолкаю под его пристальным взглядом. Он так смотрит, словно хочет запомнить каждую черточку моего лица.

И я смотрю в ответ.

Я не знаю, как долго мы молча сидим и смотрим друг на друга, но впервые… возможно, за всю свою жизнь, я не хочу находиться в другом месте.

Нет.

Стоп. Мне нужно выяснить, что происходит. Я немного отстраняюсь, но это тяжело, как будто борюсь с магнитом. Сосредоточься, Мика.

– Все в порядке? – спрашивает Сэм, и, когда он выпрямляется, из-под его куртки раздается шуршащий звук. – Ох! Чуть не забыл. – Он лезет внутрь, достает сложенный листок бумаги и протягивает его мне: – Это было в твоей книге.

Мое письмо о зачислении!

– Черт, мне нужно быть более аккуратной с ним.

– Поздравляю, кстати.

Я пристально смотрю на него.

– Оно выпало, когда я открыл книгу, и я не смог удержаться, чтобы не посмотреть.

– Ох. Спасибо.

– Ты поставишь его в рамку? Поэтому тебе нужно быть с ним аккуратнее?

Я качаю головой:

– Нет. Моя бабушка не знает, что я подала заявление. Она настаивает, чтобы я поступила в колледж Сент-Майкл здесь, в Вермонте.

Он кивает:

– Обучение в штате гораздо дешевле.

– Нет, дело не в этом. – Я с трудом сглатываю. – Она очень сильно беспокоится о моей безопасности и не хочет выпускать меня из виду.

– Мне кажется, что ты прекрасно можешь за себя постоять.

Я смотрю на него:

– Спасибо. Я тоже думаю, что справлюсь.

– Уверен, она просто очень сильно любит тебя.

Я улыбаюсь.

– Но твои друзья поддерживают тебя, верно?

От этих слов я чувствую тяжесть в груди, и улыбка исчезает. Я так сильно хочу ответить «да». Всю жизнь мы с ребятами были так близки. Да, они поддерживают меня во всем. Но я не могу солгать. Я смотрю на клетчатый узор на пледе.

– Не совсем. Они тоже хотят, чтобы я осталась в Вермонте. Как будто мой путь высечен в камне. Но я не имела никакого отношения к его проектированию и не могу сказать, куда он приведет.

– Тогда почему бы тебе не сойти?

Я недоумевающе смотрю на него:

– Что ты имеешь в виду?

– Сойти с этого пути. Разве не поэтому ты подала заявление в Калифорнийский университет?

– Я не понимаю.

– Это не мое дело. Просто… – Он начинает активно жестикулировать. – Отец всегда спрашивает меня, что я делаю и как я это делаю, постоянно указывает, как я должен что-либо делать. Клянусь, я никогда ничего не смогу сделать правильно в его глазах.

Это определенно звучит знакомо. Я сажусь на колени и внимательно слушаю его.

– Он расписал мое будущее так, как будто у меня нет своих собственных планов и мечтаний.

– Именно!

– Как будто он держит меня на поводке и все, чего я хочу, – это убежать.

– Да! – я почти кричу.

Он трясет кулаком в небо.

– Vexilla regis prodeunt… – Он замолкает и вдруг смотрит на меня так, словно забыл, где находится.

– Подожди, что это значит?

Вместо ответа он потирает лицо и делает глубокий вдох.

– Прости, я становлюсь немного эмоциональным, когда говорю об отце. – Теперь он смотрит на меня более осмысленно. – Я просто хочу, чтобы ты знала: я полностью понимаю.

– Что понимаешь?

Он берет меня за руку, и я чувствую, как его тепло согревает меня, а между нами шуршит письмо о зачислении.

– Мика, тебе нужно проложить собственный путь. Не позволяй никому сбить тебя с него.

Это именно то, что я хотела услышать всю свою жизнь. Сердце бешено колотится в груди, как будто ему наконец-то дали достаточно места для бега, и, не раздумывая, я наклоняюсь вперед и прижимаюсь своими губами к его. У него мягкие губы, и я улавливаю сладкий аромат винограда в его дыхании. Я чувствую, как оно учащается, и все, чего хочу, – это чтобы оно стало еще быстрее. Я никогда не напивалась и не принимала наркотики, но мне кажется, это ощущается одинаково. Вся гора кружится, когда мы целуемся, его руки обхватывают мое лицо, чтобы прижать к себе. Я ощущаю тепло во рту, которое вместе с дрожью распространяется по всему телу.

Я могла бы целовать Сэма вечно, но медленно отстраняюсь. Он слегка выдыхает, и я борюсь с желанием поцеловать его снова. Я чувствую, что мне нужно отдышаться и восстановить контроль над телом. Еще несколько ударов сердца мы так и сидим – в сантиметрах друг от друга.

– Значит, ты тоже думаешь, что это свидание? – спрашивает он.

– Боже, надеюсь, это так. – Я снова наклоняюсь, чтобы поцеловать его, но резко останавливаюсь. У меня же есть целый список вопросов. Я осознаю кое-что и отстраняюсь. – Подожди. Ты же не принц или что-то в этом роде?

Его смех низкий и сексуальный.

– Почему ты спрашиваешь подобное?

– Бабушка заставляет меня часами смотреть фильмы на канале «Халлмарк» на Рождество. Вот уж где истинный ужас! Почти в каждом из них есть