Жилец - Владимир Михайлович Скрипник

Учебная программа была насыщенной и непростой, но мы ее выполняли на «отлично». Андрею легче давались теоретические предметы, особенно те, что требовали аналитических качеств ума, мне — быстрота реакции, умение почти не раздумывая принимать правильные тактические решения. Мы помогали друг другу, все упражнения отрабатывали вдвоем. У нас был принцип — ничего не откладывать на потом, и это давало результаты, вскоре у нас стали лучшие показатели на курсе по всем дисциплинам.

Как-то во время занятий нас обоих срочно вызвали в особый отдел училища. Начальник отдела, несмотря на майорские погоны, выглядел совсем не по-военному. Лысый в больших очках с черной оправой, из-под которых смотрели добродушные глаза, а еще мягкий, слегка глуховатый голос, внешне он был очень похож на нашего школьного учителя истории.

Войдя в кабинет, мы доложили по форме о своем прибытии и замолчали. Майор встал из-за стола, подошел к окну и, заложив руки за спину, что-то рассматривал через стекло. Команду «Вольно!» он то ли забыл отдать, то ли… в любом случае, это настораживало. Мы стояли по стойке смирно и, как положено по уставу, не спускали глаз с офицера. Насмотревшись в окно, майор повернулся к нам и спокойным голосом произнес:

— В своих документах вы скрыли некоторые факты биографии и после того, как это стало известным, вопрос стоит о вашем отчислении, а впрочем, это зависит от вас.

Майор снял очки, на нас смотрели бесстрастные, немигающие стальные глаза, совершенно не имеющие ничего общего с глазами учителя истории.

— Итак, по порядку, вы похожи, как две капли воды, вы близнецы?

— Никак нет! — хором ответили мы.

— Андрей, шаг вперед! Вот так лучше. Значит, ближе ко мне Андрей, а ты — Виктор. Андрей, ваши товарищи по курсу и все преподаватели считают вас близнецами и неоднократно говорили вам об этом, почему вы не возражали?

— Так было всегда. Поначалу наши новые знакомые нас с Виктором не различают и называют близнецами, но это быстро проходит, они перестают нас путать и называть близнецами, так же произошло и в училище.

— Хорошо!

Майор подошел к Виктору, долго смотрел, не мигая ему в глаза и затем продолжил:

— Почему у вас обоих один и тот же год рождения, месяц и только дни отличаются?

— Мы действительно так родились, вначале Андрей, а через несколько дней я.

Майор повернулся к Андрею, затем подошел к нему вплотную и, сняв очки, долго бесцеремонно рассматривал его своими стальными глазами, потом вернулся к столу и, взяв в руки два документа, поочередно просмотрел их и затем обратился к Андрею.

— В графе «мать» у вас обоих написано «Наталья, Галина», это, как я понимаю, двойное имя и в этом случае по правилам грамматики между именами должен стоять дефис, а у вас запятая, объясните.

— Это имена двух разных женщин — наших мам. — Ответил Андрей.

— Виктор, в твоих документах то же самое и ты хочешь сказать, Наталья и Галина тоже твои матери?

— Так точно!

Лицо майора стало красным, он долго смотрел на братьев, переводя взгляд с одного на другого, потом решив что-то для себя зло спросил:

— Итак, вы оба настаиваете, что у каждого из вас две матери?

— Так точно! — дружно ответили братья.

Майор вызвал дежурного офицера, дал ему соответствующие указания и нас отправили нас «на губу» с неправдивой формулировкой: «За обман офицера!»

На следующий день нас вызвали к начальнику училища. Это был генерал, в прошлом боевой офицер, в училище у него была репутация строгого, но справедливого командира.

Мы вошли в кабинет. Генерал сидел за столом и читал какой-то документ, на рапорт сопровождающего нас офицера никак не отреагировал. Положив документ на стол, генерал поднял на нас глаза и расхохотался:

— Ну и вид! У вас на одинаковых небритых физиономиях одинаковые обиженные выражения, как будто вас безвинно осудили и несправедливо наказывают. Правильно?

— Так точно! — в один голос ответили братья.

— Ладно, попробуем разобраться. В рапорте начальник особого отдела пишет, что вы в своих анкетах предоставили заведомо ложную информацию, что у каждого из вас по две матери. Так это? — указав пальцем на Андрея, продолжил: — Отвечай!

— Информация неложная, у нас действительно по две матери и зовут их Галина и Наталья.

Генерал серьезно и задумчиво смотрел на курсантов:

— Мне дали справку из учебной части, у вас отличные показатели, абсолютно нет нареканий, да и с виду вы не похожи на дебилов, мне легче поверить в то, что вас принесли аисты, или что вас нашли в капусте, чем в то, что каждого из вас родили две женщины. — и, помолчав, продолжил, — я спрошу по-другому, по-дебильному. Вы знаете, что человека может родить только одна женщина?

— Так точно! — вместе ответили братья.

— Ну вот, уже прогресс, — улыбнулся генерал, — пойдем дальше. Андрей, ты знаешь, кто тебя родил, Галина или Наталья?

— Никак нет!

— А ты, Виктор?

— Никак нет!

— А ваш отец — Степан Петрович Яремчук?

— Так точно!

Генерал замолчал. «Значит, у этого Степана от двух женщин почти одновременно родились два сына и судя по документам он до сих пор живет с этими женщинами по одному адресу и, судя по всему, у них нет семейных проблем. Ну что ж, главное, они втроем вырастили отличных парней, если так пойдет дальше — будущую гордость училища. В том, что у них такая семья, нет вины парней, да и Степан, похоже, не нарушал законов, по крайней мере формально, а что ребята не делают различий между матерями, так это ни преступление. В конце концов это их семейное дело и у нас нет никаких юридических оснований вмешиваться в него, а тем более отчислять парней, пусть учатся, а особист еще тот фрукт, мало того, что переложил на меня ответственность, так еще думает, что на всякий случай припрятал козырь в рукаве и, если нужно будет, обязательно его достанет. Надо поставить майора на место. Комбинатор!»

Генерал вызвал начальника учебной