Добрые друзья - Джон Бойнтон Пристли

«Больше так продолжаться не может, — строго сказал он себе и ей, причесываясь и мысленно рисуя перед собой образ оторопевшей Сюзи. — Если вы думаете, будто со мной можно играть, то вы ошибаетесь, определенно ошибаетесь». Нет, это смешно. Надо говорить невозмутимо и слегка насмешливо. «Поздравляю, вы завели себе новых друзей. Я начинаю думать, что быть допущенным в ваш круг — слишком большая честь для меня…» Нет, не пойдет. «Слушайте, Сюзи, мне это надоело…» Да, уже лучше, главное — говорить тихо, но с мужественной решимостью. Так или иначе, пора положить конец этим мучениям.

III

Время — без четверти двенадцать, утро четверга. Место — небольшой зал (в котором полно мягких диванчиков и можно курить) на втором этаже кафе «Веселый голландец», Виктория-стрит, Гатфорд. В дальнем углу расположился столик, который отличается от всех остальных хотя бы тем, что чашки с фирменным кофе «Веселый голландец» украшают только его. За ним сидят — то облокачиваясь на стол, а то строго и прямо, как штык, — два человека: высокий разболтанный юноша с длинным подвижным носом и светлым вихром на лбу, в мешковатой и неопрятной одежде, и прелестная брюнетка, миниатюрная и статная, в замысловатом черно-алом наряде. Официантка, подавшая им кофе, — одетая в некое подобие голландского платья, но Гатфорд, Мандли и Сторт написаны у нее на лбу, — сразу узнала эту парочку и уже разболтала всем официанткам, что на втором этаже у них та девушка из театра, такая темненькая и ужасно забавная, а с ней пианист — они сидят и пьют кофе, как самые обычные люди. Мы с вами тоже их знаем: это мисс Сюзи Дин и мистер Иниго Джоллифант.

— Ну вы и нахал, первый раз такого встречаю! — восклицает Сюзи. — Вас это вообще не касается.

— Да-да, конечно, — надменно отвечает молодой джентльмен. — Простите, что вмешиваюсь в ваши личные дела.

Он выясняет с ней отношения, и дело не спорится: все идет совершенно не так, как он задумывал. Иниго сейчас потягивает дым из чудовищно огромной вишневой трубки и пытается делать это как можно надменней. Увы, дым толком не тянется. Будь у него даже пятьдесят трубок, они бы не тянулись как следует — такое уж выдаюсь утро, не самое подходящее время для выяснения отношений — тем более с мисс Дин.

— Пусть мы с вами друзья, — продолжала Сюзи, — вы не имеете никакого права так со мной разговаривать. Если я решила поболтать и потанцевать с мужчиной, это не ваше дело. Да и вообще, вы его совсем не знаете.

— И знать не хочу. Мне и без знакомства ясно, что он — ядовитый тип. Но, как вы правильно заметили, это не мое дело. Я расстроен, вот и все. Некоторым девушкам он мог бы понравиться, но вам… как вы вообще могли на него посмотреть? Я сам не свой от этой мысли. Даже Мейми Поттер…

— Мейми Поттер! — воскликнула Сюзи. — Только не говорите мне, что она думает, хорошо? Это будет последней каплей. А еще называете других ядовитыми! Но продолжайте, продолжайте. Что сказала Мейми Поттер?

— Не важно, — угрюмо буркнул Иниго. Чем быстрей они забудут о мисс Поттер, тем лучше.

— Еще как важно! Мисс Поттер ведь ваш закадычный друг. Видели бы себя вчера, на свадьбе! И раз уж вы решили побеседовать начистоту, то теперь мой черед. Советую вам держаться подальше от этой девушки. Она прогнила насквозь, от коленок до макушки. У всех она уже в печенках сидит — кроме вас, разумеется. Если мы не будем начеку, она погубит всю труппу. Я таких знаю.

— Может быть. Мне, честно говоря, все равно, — ответил Иниго, готовый при случае пожертвовать хоть пятьюдесятью Мейми Поттер. — А вот что для меня важно, так это ваше отвратительное, ужаснейшее поведение на свадьбе. Вы кокетничали с этим пройдохой, розовым зубастым трактирщиком…

— Он не трактирщик. И даже будь он трактирщиком, вы не должны над ним смеяться. Мне решительно все равно, кем работают приятные мне люди: да пусть хоть бутылки моют. Я не кембриджский снобишка, в отличие от вас, Иниго.

— Никто и никогда не называл меня снобом, — медленно произнес Иниго.

— О… неужели… да что вы говорите? — воскликнула Сюзи, безжалостно пародируя его обиженные интонации. — Ну а я считаю вас снобом, так-то! Если вы не сноб, значит, просто ревнуете.

— Положим, ревную, — совсем уж угрюмо выдавил Иниго.

— Тогда не ревнуйте! — строго сказала Сюзи, но тут же бросила на него озорной взгляд. — И вообще, вы не должны так уж страшно ревновать. Можно ведь ревновать по-хорошему.

— Нет, нельзя. Это ужасно. И, честно говоря, дело не столько в ревности, сколько в отвращении — видеть ваш дешевый флирт с этим трактирщиком…

— Скажете еще одно слово, и мы точно рассоримся! — вскричала Сюзи. — Мне уже тысячу лет никто не говорил таких гадостей! Немедленно извинитесь за «дешевый флирт», или я с вами не разговариваю! Я серьезно. — И она действительно посмотрела на него очень серьезным взглядом.

— Хорошо, беру свои слова обратно, — пробормотал Иниго. — Но вы меня поняли.

— Ничего я не поняла, кроме того, что вы сейчас позеленеете от ревности. И мне неясно почему. Мы последнее время не очень-то ладим.

— И кто же в этом виноват? — вопросил он.

— Разумеется, вы, Иниго. — Сюзи уставилась на него большими невинными глазами.

— Вам прекрасно известно, что это не так. Послушайте, Сюзи, вы последнее время просто невыносимы, определенно. Вы ведь знаете, как я к вам отношусь…

— Не знаю! — тут же вставила она. — Расскажите. — Она откинулась на спинку стула и обворожительно улыбнулась.

— Ох, да я же просто… — Он застонал. Для молодого человека, решившего расставить все точки над i, он вел себя очень странно.

— Продолжайте, Иниго. Не молчите. Скажите как на духу. — Она сделала вид, что удобно устраивается в кресле.

Иниго откинул со лба вихор и поднял на нее мрачный решительный взгляд.

— Ничего я вам больше не скажу, Сюзи, — наконец проговорил он. — Вам бы только шутить да смеяться. На мои чувства вам плевать. Ну а мне совсем не весело, ни капельки.

На несколько секунд воцарилась тишина, а потом Сюзи тихонько спросила:

— Почему бы вам не перейти к следующей части программы, Иниго?

— В смысле?

— Теперь вы должны сказать: «Если вы думали, будто со мной можно играть, то вы ошибались».

Иниго смутился, и, взглянув на него, она захохотала. Потом напела короткую мелодию.

— Я ухожу, — в ярости процедил он.

— Нет, прошу вас! — Она беззаботно положила ладонь на его руку. — Ненавижу ссориться! А если вы уйдете такой бешеный, я начну жалеть, что не приняла приглашения от Далвера — он звал меня покататься на машине, а потом наесться до отвала в каком-нибудь ресторанчике. Да, именно так, и он был невыносимо настойчив. Но я отказалась. Мне хватило вчерашнего общения.

— Неудивительно! — с нескрываемой радостью воскликнул Иниго.

— Последнее время вы тоже меня утомляете, — продолжала Сюзи.