Снег Энцелада - Эдуард Николаевич Веркин

И еще отпил.

— Что за люди?! — спросил Федор. — Что за подлые люди?! Как кому справку надо или целевое, так «Федя помоги, Федя выручи…». А как самим… Что он им сделал?!

Я промолчал. Федор был пьян сильнее, чем я предполагал.

— У тебя же камеры, — я указал пальцем. — Найди, да и все.

— Это муляжи, — вздохнул Федор. — И эти сволочи знали, тут все про всех знают, это проклятый город…

Федор поставил Фантика на лапки. Хорек уже окоченел и послушно поставился. Глаза начали сохнуть.

— Я представляю его состояние, — Федор взболтал виски. — Он дался в руки, а они его окучником…

— Может, он от старости умер? — предположил я.

— Нет, смотри…

Федор раздвинул шерсть на голове хорька. В черепе явственно различалась продолговатая красная вмятина.

— Его убили.

Федор выпил. Я испугался, что сейчас Федор попросит, чтобы я похоронил еще и Фантика. Что ему не позволяет должность, но он хочет, чтобы Фантика проводили достойно, по-человечески. И за это он будет мне космически благодарен.

— Я покажу этим уродам, — угрожающе пообещал Федор. — Я… я всех их… в качестве самообороны…

Похлопал «Сайгу» по стволу.

— Или нет, я лучше придумал, — подполковник ухмыльнулся. — Я Фантика на новом кладбище похороню! Как полагается — с памятником и с гробом! Пусть эти твари с ним рядом лежат!

— Вряд ли это одобрит… городская администрация…

Федор выразительно плюнул, продемонстрировав нигилизм по отношению к чагинской муниципии.

— Да плевать на администрацию! Я сам здесь администрация! Пусть эта сволота только рот откроет!

Он отпил.

— Я закажу надгробие, такое…

Федор стал рассуждать, что не пожалеет средств и связей — и устроит похороны своего любимца по высшему разряду. На лучшем месте кладбища. А убийц он найдет оперативными методами, и вот уж тогда им мало не покажется. Он снова потянулся к «Сайге», но промазал и упал, зацепив стол, отчего Фантик тоже упал.

Федор не стал подниматься.

— А мне ведь предлагали, — сказал он. — Предлагали убраться по-человечески, было хорошее место в Подмосковье, в таможне, а я остался… Витя, на хрена я остался…

— Судьба, — ответил я.

— Нет, это не судьба, я… я прилип здесь, как муха в битум врезался. Я же хотел уехать… сколько раз хотел, а все не уезжал, типа уедешь — майора еще десять лет будешь выхаживать… А на хрена мне майор? На хрена мне полковник? Эта сука даже рожать не хочет… А ты зачем пришел?

— Ты хотел вчера поговорить.

— Я? — тупо спросил Федор.

— Ты.

Продолжая лежать на плитке, Федор ответил:

— Точно. Я тебя предупредить хотел, Витя… Как старый друг… Они вчера договаривались валить.

— Куда?

— В… Суди… славль! В Судиславле есть такая бабка, она заговаривает… Все заговаривает…

Федор хихикнул.

— У Глашки со здоровьем нелады… она нервная, в психушке полежала.

— Что?

— А ты не знал? Ну, про такое не станешь рассказывать… Да ерунда, месяц всего, нервный срыв… Здесь у всех нервный срыв, смотри!

Федор вытянул руку. Пальцы заметно тряслись.

— Я и сам два года назад хотел уехать, но тут предложили деньги, сказали, Федя, присмотри, а почему именно я присматривать должен…

Федор собрал пальцы в кулак, а затем сложил из них фигу.

— Не должен, — согласился я. — Федя, а что со связью?

Федор пробулькал губами и поднял вторую руку с фигой.

— Зинка меняет вышки. Ставит новые, а старые продает в… Узбекистан. Или в Казахстан… Это очень выгодно, менять вышки…

Минипуты щучат микропутов. Это очень выгодно.

— Зинка ушлый бабец, ты не представляешь насколько, у нее недвижимость в Польше, я же знаю. Слушай, Витя, а ты сам когда?

— Что когда?

— Когда валить собираешься?

Федор разобрал фиги из пальцев, сел и стал смотреть на карабин. Меня, пожалуй, это несколько напрягало. «Сайга», виски, мертвый хорек.

— Да ладно, Вить! Стал бы ты сюда приезжать, если бы не собирался валить… Не потопаешь, не полопаешь, знаю… Но тут главное на правильную лошадь поставить… А ты куда, кстати, собираешься? В Италию? В Грецию? Я лично в Черногорию, там хорошо и дешево. Или в Краснодар… Еще пару лет тут — и все, пенсию я себе заработал, пожить нормально хочу, суку эту брошу…

Федор поднялся на ноги.

— Это Ширков, — сказал Федор. — Он давно подбирался… Ладно, отрыгнется… Ни одной блохи! Ни одной!

Федор прижал Фантика к груди.

— Может, тебе чучело сделать? — предложил я. — Сейчас так многие поступают. На память.

— Чучело? — переспросил Федор.

— Модель. Это весьма распространенно, это достойно.

— Чучело? К Сарычеву, что ли? Этот старый живодер скоро свое получит, я его предупреждал, чтоб не лез… Слушай, а чего он тебе сказал? Вы же к нему ездили?

— Ничего интересного не сказал, врал в основном.

— А он ничего и не скажет, — заверил Федор. — Что он может сказать? У него здесь своя игра, ему Чагинск не всрался, он поперек горла ему! У него там торф!

Федор выпучил глаза и дунул.

— Там не торф, там до хрена торфа! Но если торф начать копать, то вода окончательно уйдет. В Чагинске жить нельзя будет, все песком засосет. А Сарычев это только и ждет, ему Чагинск не нужен, он тут вахту держать собирается…

Сарычев Арсений Михайлович, меценат, чучельник, крипторазгородчик.

— За Сарычевым московские стоят, — прошептал Федор. — Вот и оборзел наш Саруман… Не хочешь каплю?

— Нет.

— А я не пренебрегу… — Федор выпил. — Здесь ничего не исправить… Ничего. Я тебе это еще тогда говорил… тогда…

Я промолчал. Тоже хотелось выпить и поныть. Я не могу никому поныть, это невыносимо. Ни Роме, ни тем более Аглае… Снаткиной разве что.

— Мне полковника еще три года назад должны были, — с обидой сообщил Федор. — Четыре… Четыре! Но какая-то крыса притормозила… эти сволочи везде своих понатыкали… Ну, ты в курсе.

Я промолчал.

— Что? — спросил Федор с подозрением.

— Ничего…

Я аккуратно улыбнулся.

— А! — ухмыльнулся Федор. — Ты типа мне семафоришь сейчас…

— Я не семафорю.

Федор сунул хорька под мышку.

— Ну да, да… А ты чего заглянул?

— Про ЗАГС спросить хотел…

— Ты собрался в ЗАГС? Неужели с Глашкой?! Молодец, одобряю… она с огонечком… А у меня баба с большими сиськами, а детей не хочет. Зачем ей тогда такие сиськи?

— Так почему ЗАГС закрыт?

— Да он не закрыт, он переехал. На Энергетиков, это у РИКовского моста, но в другую сторону. Но надо встать в очередь…

В ЗАГС, флюорографию и шиномонтаж надо записываться заранее. Федор выпил еще.

— Они у меня пожалеют, — пообещал он. — Все здешние сволочи, весь этот Чагинск… Я им вставлю, узнают,