Прикоснись к моему сердцу - Ники Сью

– Сотрясения нет? – уточняю я.

Он пробыл в приемном пункте каких-то десять минут, а уже ставит диагноз.

– Молодой человек, я ведь сказал: с вашей девушкой все нормально, – более раздраженно отвечает доктор. На вид ему лет тридцать, под глазами пролегли следы усталости, на висках уже местами проступает седина. Кажется, будто этого человека порядком все достало, включая пациентов. – Нет необходимости создавать панику.

Сцепив зубы, прожигаю его взглядом и уже собираюсь открыть рот, как рука Агаты обхватывает мою.

– Спасибо, – встревает она, приподнимаясь с кушетки. – Я обязательно буду соблюдать режим.

Врач уходит, оставив нас наедине. Агата поправляет блузку и приводит в порядок прическу. Надо было отвезти ее в платную клинику, где по крайней мере не хамят.

– Я отвезу тебя домой, – подаю руку, но Агата демонстративно игнорирует ее, обувает туфли и встает.

Стоит ей сделать шаг, как она покачивается. Реакция срабатывает отменно, и я успеваю поймать девушку в свои объятия.

– Хватит упрямиться, – обвиваю рукой тонкую талию.

Агата поднимает голову, с ее губ слетает тихий вздох, когда мы сталкиваемся взглядами. Внутри у меня словно салют взрывается от наших, пусть и совершенно не романтичных, объятий. Весь день мечтал это сделать: прижать ее к себе и вдохнуть сладкий аромат. Грудь Агаты тяжело вздымается, в то время как глаза блуждают по моему лицу. Я заправляю прядку волос ей за ухо, задерживая ладонь на щеке. Ласково провожу пальцем вдоль скулы, отчего ее кожа покрывается нежным румянцем. В аудитории такая строгая, держит всех в напряжении, а сейчас беззащитная, что хочется стать стеной, за которой она сможет спрятаться.

– Матвей, прекрати, – шепчет она.

– Я всего лишь помогаю. Не драматизируй.

Она высвобождается из моих объятий, берет сумочку и идет к дверям. Какая упрямая!

Мы покидаем стены горе-лечебницы, и Агата присаживается на лавочку около входа. Достает из сумки телефон, нервно поглядывая на наручные часы, обвивающие изящное запястье.

– Что делать с водителем внедорожника?

– Тебе – ничего. Пусть радуется, что ты не написала заявление.

Была б моя воля – придушил прямо там. Очередное хамло, считающее себя богом на дороге.

– Как вообще себя чувствуешь? – смотрю на ее ушибленный лоб и появившуюся шишку.

– Все нормально, пройдет. Спасибо огромное за помощь, но тебе не стоит сидеть рядом со мной. Лена приедет с минуты на минуту, – Агата стучит пальчиком по экрану смартфона.

– Не думаю, что кто-то из университета будет прогуливаться по больничном двору.

Присаживаюсь рядом, едва касаясь ее, но все же соблюдая небольшую дистанцию. Я уже и так сильно напортачил, отправив тот глупый снимок. Чем только думал?!

Цветочный аромат духов Агаты витает легким шлейфом в теплом осеннем воздухе, и я сдерживаю себя, чтобы не придвинуться ближе и не сгрести ее в охапку. Хотел вызвать хоть какую-нибудь эмоцию, обратить на себя внимание, но никак не рассчитывал, что она назовет меня мальчишкой.

В кармане звонит телефон, на экране загорается «Отец». Блокирую вызов, убирая смартфон обратно. Старик разозлится, но мне не привыкать. Вечное разочарование семьи Орловых – мой главный титул. Похлеще, чем капитанское звание.

Агата делает глубокий вдох, а затем все же смотрит на меня своими зелеными глазами, напоминающими сосновый бор после дождя: темные, манящие, скрывающие миллион тайн и чувств.

– Матвей, я благодарна за помощь, но думаю, тебе и правда стоит уехать. Дело не только в том, что нас могут увидеть вместе, – она закусывает пересохшую губу. – Мы с тобой очень разные. Поверь, меньшее, в чем я сейчас нуждаюсь – проблемы из-за случайной связи со студентом. Я только начала выстраивать свою жизнь и не готова все разрушить из-за пьяной ошибки.

– Ты была не настолько пьяна, чтобы не понимать, что делала, – возражаю я. – Мы можем узнать друг друга. Сама устанавливай темп, а я подстроюсь.

Она легонько качает головой, горько усмехнувшись.

– Ты не улавливаешь сути. Это была ошибка, – ее голос усталый, но твердый.

Мой слух режет слово «ошибка». Почему-то вспоминается тот хмурый зимний день, когда я случайно проснулся посреди ночи. Мне было десять, в спальне не горел свет, а из окна дул морозный ветер. Я поднялся с кровати и выскочил в коридор, хотел попросить маму закрыть витражное окно, но случайно стал свидетелем их разговора с отцом. Он тоже считал меня ошибкой.

– Агата! – раздается звонкий возглас, и мои воспоминания расплываются, превращаясь в туман. На нас налетает торнадо из рыжих волос, не давая возможности убедить ту, с которой хочу быть, что я в ее жизни не ошибка. – Как ты? Где этот идиот, который врезался в тебя? – Взгляд фурии впивается в меня, и серые глаза словно бросают молнии. – Ты где права получал, индивид?! Водить не научился?!

Она надвигается, уперев руки в бока.

– Господи, Лена, успокойся, – прерывает ее Агата. – Это Матвей, мой студент. Он помог мне разобраться с хамом и отвез в больницу.

Пыл подружки спадает, она замолкает. С минуту смотрит сперва на меня, потом на Агату, и в ее мозгу, видимо, происходит какое-то умозаключение, потому что рыжие брови взлетают вверх. Девушка резко оборачивается к Агате.

– Матвей? – глаза рыжеволосой распахиваются, а затем губы растягиваются в такой широкой улыбке, что лицо вот-вот треснет. – Приятно познакомиться, Матвей. А ты…

– А он уже уходит. Будь так добра, не создавай еще больше проблем, – Агата встает с лавочки и тянет подругу к машине.

Рыжая бестия, она же Лена, подходит к такси и бросает на меня такой взгляд, мол, «а ты ничего такой, малыш», и я едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться. Агата запихивает фурию в салон, когда та что-то шепчет ей на ухо, но даже в этом тайном жесте я успеваю уловить фразу: «Одинцова, мне нужны мельчайшие подробности».

Смешок все-таки слетает с моих губ. Я подхожу ближе, чтобы закрыть за ними дверцу. Этикет никто не отменял.

– Увидимся на лекциях, Орлов.

– До встречи, Агата Сергеевна, – засовываю руки в карманы и наблюдаю за тем, как она жалобно стонет на бесконечный поток вопросов рыжеволосой.

Агата в очередной раз от меня уезжает. Возможно, для нее я и правда мальчишка, связь с которым она считает ошибкой, но я непременно докажу, насколько она неправа.

Чего бы мне это ни стоило.

Глава 12 – Кирилл

Если честно, я так и не понял, почему Орлова выбрала «Кампус» с ливанской кухней. Эти мысли меня одолевают уже минут десять, пока я стою у входа в ресторан на Смоленском