Мелодия опавших листьев - Рина Райт

– Но мы же гуляем, значит, ничего такого. – Паркер спрятал руки в карманы светло-коричневых штанов, и Алекса в очередной раз отметила его прекрасное чувство стиля.

– Я сегодня выходная, потому что якобы болею. – Алекса показала кавычки пальцами. – Так что к нам нельзя, а к конкурентам не пойду: они в Медфорде.

– А, так ты в бегах! – Паркер сделал несмелый шаг в сторону машины. – Тогда прокатимся вокруг города?

Алекса на секунду замешкалась. Они знакомы всего две недели, но она ему почти доверяла. Почти. Пусть он и казался самым комфортным, прелестным и добрым человеком, но тру-крайм учил ее не доверять на все сто процентов никому. Однако девушка с усилием улыбнулась и подошла к машине. Паркер галантно приоткрыл дверь, помогая сесть на переднее сиденье.

В машине пахло влажным деревом и свежестью, и Алекса с наслаждением втянула воздух носом. В личный топ любимых ароматов к вишне, ванили и табаку прибавился аромат, витавший в салоне его автомобиля.

Казалось, прошла вечность, а не считаные секунды, когда за руль уселся Паркер. Он пригладил волосы, но непослушные кудряшки вынырнули из-под пальцев и подпрыгнули, возвращаясь в прежнее положение.

Легкая неловкость в движениях Паркера выдавала его смущение и нервозность, но это лишь забавляло настолько же смущенную Алексу на соседнем сиденье. Совладав с собой, Паркер завел машину и выехал на дорогу.

За окном проплывали улицы Джексонвилла, украшенные к Хэллоуину, хотя до него оставалось целых полтора месяца. Тут и там с витрин семейных магазинчиков на прохожих смотрели скелеты, призраки и страшно-умилительные мордочки тыкв. А с придомовых территорий будто готовились к восстанию целые армии мертвецов, хотя пока виднелись только их конечности у ненастоящих надгробных плит.

Общая деталь всех украшений больше всего привлекала внимание – гирлянды и россыпи желто-оранжевых листьев. Сложно было найти хоть одно окно без украшений.

– Так, а куда мы едем? – в один голос спросили друг друга Паркер и Алекса и тут же рассмеялись.

– Я думал, ты знаешь интересные места для свиданий. – Паркер кинул теплый взгляд на спутницу.

– А я думала, раз ты пригласил, ты и командуешь.

– Справедливо, но город я совсем не знаю.

– Тогда сбавь скорость, я проведу мини-экскурсию, – улыбнулась Алекса.

Она указывала на разные места и коротко объясняла, что и где находится. Девушка искренне рассмеялась на реакцию Паркера, когда на перекрестке старинный вагончик троллейбуса пропустил повозку с четверкой лошадей и нарядным кучером. Туристы в необычных транспортных средствах радостно приветствовали друг друга, а в глазах Паркера читался полнейший сюрреализм происходящего.

Невысокие дома, стоявшие близко друг к другу, сменились одноэтажным пригородом. Участки были украшены раза в два сильнее витрин в центре. Кое-где украшения напоминали больше детский рисунок или расраску, где нагромождено огромное количество деталей. Алекса поморщилась. Перебор в украшениях, смешение разных стилей на одном участке смотрелось будто ошибка или проба пера в новом приложении для дизайнеров.

Выделялся лишь предпоследний двухэтажный дом без единого украшения на лужайке. Пожелтевшая трава не была убрана, а ветки стоявшего у дома дерева не отпилены.

– Возможно, хозяева уехали куда-то, – вскользь проронила Алекса. – Или у них есть дела поважнее своего участка.

– Ну или жилец сейчас на свидании с прекрасной девушкой, – усмехнулся Паркер, и Алекса раскрыла рот.

– Брось, ты разыгрываешь меня! – усмехнулась она.

– Если не веришь, можем остановиться.

Паркер сбавил скорость, и у Алексы отвисла челюсть.

– Очуметь… – протянула она, оборачиваясь на дом, и уже тише добавила: – Ты реально в списке «Форбс», что ли?

– Нет, мне до него как до луны, – рассмеялся Паркер, продолжая путь. – Можно сказать, мне повезло с семьей, а еще я сразу после школы решил показать всем, на что я способен сам. Вот и добился работы мечты, небольшого состояния и признания со стороны семьи.

– Забавно, я думала, все богатенькие детки избалованы донельзя, – притворно закатила глаза Алекса. – Ходят, задрав носы к огромному ЧСВ, заказывают латте на кокосовом молоке и так далее.

– Может, непереносимость?

– Непереносимость у них только людей из классов ниже, – фыркнула Алекса.

– Все это стереотипы. – Жилые дома остались позади, и за окном автомобиля проплывали бескрайние поля в обрамлении послеполуденного ясного неба. – Из моих друзей в школе лишь один был говнюком, а остальные из кожи вон лезли ради того, чтобы продолжить дело родителей или начать свое. К слову, этот говнюк разорился в Вегасе, и отец лишил его наследства. Что с ним сейчас, я не знаю.

– Воу, жестко, но справедливо, – кивнула Алекса, любуясь рядами виноградников за окном. – Для меня богатство – это типа волшебной таблетки.

– А мне кажется, оно почти ничего не решает.

– Потому что оно у тебя было, – слабо улыбнулась она, отводя взгляд. – Когда остаешься один, и все, что у тебя есть, – это старая машина, требующая ремонта, и даже с ее продажи тебе с трудом хватает средств для существования… Это страшно.

– Но можно же найти работу и…

– Я только закончила школу, у меня не было возможности занять должность, которая бы приносила нормальные деньги, – покачала головой Алекса. – Стала бы я работать бариста, будь у меня возможности и образование…

Паркер поджал губы, и легкая неловкость повисла в воздухе.

– Прости, ты права, – наконец согласился он. – И прости, что настроение подпортил.

– Забей, это мои проблемы, и пока я с ними справляюсь, – приподняла уголок губ Алекса.

– Будь у тебя деньги, что бы ты сделала?

– Пошла бы учиться, – не раздумывая, ответила она. – Потом начала бы копить на дом или квартиру.

– А так, просто, чего ты хочешь? От жизни.

Алекса подняла глаза на Паркера. Ее слишком давно никто не спрашивал об этом. А чего она действительно хочет? Она задумалась.

– Посмотреть на мир, – выдохнула Алекса. – Хочу объездить все континенты и самые красивые места. Хочу посмотреть на цветущую сакуру, замерзший Байкал, может быть, взобраться на Эверест. Большой каньон, водопады, вулканы… Столько всего есть… красивого.

Паркер усмехнулся и прижал машину к обочине. Проехав еще немного, она остановилась, водитель заглушил мотор.

– Ну, пойдем, посмотрим на красоту, – улыбнулся он недоумевающей Алексе.

– Боюсь, не получится, здесь частные территории, виноградники, винодельни.

– Ничего, мы аккуратно, не попадемся.

Паркер вышел из машины и, открыв дверь Алексе, протянул руку. Девушка замешкалась. Проблем ей не хотелось, но побывать на винограднике было давней мечтой. Наконец она вышла из машины, и Паркер потянул ее в сторону ровных рядов виноградной лозы.

Крупные грозди винограда, словно фонарики на стене из похожих на ладошки зеленых листьев, вели их вглубь поля. Где-то вдали виднелась крыша винодельни.

– Прикрой глаза и смотри в землю, – попросил Паркер. – Пожалуйста.

Стоило Алексе повиноваться, как он ускорил шаг и вскоре перешел на бег. Сердце в груди отбивало бешеный ритм, под ногами мелькала темная земля, обрамленная желтой травой и зелеными листьями. Алекса отрывисто дышала, пытаясь не задохнуться от быстрого бега. Воздух, пропитанный запахом свежего винограда и зелени, придавал сил, за спиной будто выросли огромные крылья, несшие ее вперед. Она больше не чувствовала земли под ногами. Она летела вслед за Паркером, крепко державшим ее руку.

Открылось второе дыхание, и легкие больше не обжигало прохладным воздухом. Адреналин разносил по венам приятное чувство свободы. Лишь колотящая по спине сумочка напоминала о реальности происходящего. Лицо Алексы обдувал приятный ветерок, щекоча щеки и губы. От прилива неведомого ранее чувства девушка рассмеялась.

Когда она почти задохнулась от быстрого бега и смеха, Паркер остановился. Переводя дыхание, он обошел ее и прикрыл ей глаза ладонями.

– Теперь… медленнее… – тяжело дыша, шепнул Паркер в самое ухо Алексы, опаляя горячим дыханием.

Алекса прикрыла глаза и осторожно шагнула вперед, почувствовав легкое давление в спину. Не зная, куда деть руки, Алекса запахнула кардиган, ощущая легкую прохладу. Казалось, они вошли в тень, но вскоре вновь вышли на солнце.

Пройдя всего несколько шагов, Паркер остановился.

– Готова?

Его голос был ровным и спокойным, окутывая и согревая, словно чашечка какао и пушистый плед. Едва не растворившись в этом теплом и нежном звуке, Алекса кивнула.

Большие горячие ладони, накрывавшие