Черные ангелы - Франсуа Мориак

Он впился в больного взглядом своих голубых глаз, а тот сидел, опустив голову, и наблюдал за ним исподлобья.

— Понадобится для чего?

— Чтобы заставить вас вернуть награбленное, — спокойно ответил Градер.

— Э-ге-ге, голубчик! Это кто же тут должен вернуть награбленное? Да вы наглец, как я погляжу! Не вынуждайте меня высказывать все открытым текстом. Я готов разорвать договор о продаже, если Андрес вернет мне деньги… Но может быть, вы уже заранее распорядились средствами вашего сына?

Последние слова слышали только Градер и Андрес. Градер мгновенно побледнел, а сын взял его за руку и сухо отчеканил:

— Что подписано, то подписано.

В наступившей тишине Матильда произнесла упавшим голосом:

— Я тоже, детка, полагала, что у вас с Андресом полное согласие: о вашей свадьбе уже толковано-перетолковано. Ты и сама так часто о ней говорила. Но я не стану оказывать на тебя давление…

Катрин парировала дерзко, что, дескать, и не стоит тратить силы понапрасну. Матильда пожала плечами и вышла, ничего не ответив, а за ней — Габриэль и Андрес.

Деба и Катрин некоторое время прислушивались. Старик велел дочери посмотреть, не стоят ли ушедшие в коридоре. Она приоткрыла дверь: никого.

— Вот видишь… Что я тебе говорил? Зачем дразнить людей? Ты хотела взглянуть на их лица? Ты довольна? Я тоже, не скрою. Но теперь… Ты слышала, что сказал Габриэль? Он отсюда не уедет!

— Подумаешь! — бросила Катрин, поправляя подушки больному.

— Разве ты не знаешь, что этот человек способен на все? — простонал он.

— Да что он может нам сделать?! — воскликнула она.

— Говори тише, — прошептал отец. — Ты его не знаешь. У меня есть о нем сведения. Я тебе не рассказал и половины того, что мне известно. Тебе еще рано слушать такие вещи.

Старик дрожал. Нежная улыбка озарила некрасивое лицо Катрин, она погладила отца по голове.

— Ну не съест же он нас, каким бы он ни был прохвостом… Пока что мы его обвели вокруг пальца, или я ошибаюсь? — проговорила она с какой-то животной радостью.

— Я болен, Катрин. Не смертельно, как они думают, как они надеются, но астма меня подкосила. Конечно, в таком состоянии я могу прожить еще долго. Клерак мне это уверенно сказал… Не далее, как вчера. И все же я беззащитен… — Он задохнулся, помолчал, потом продолжил: — Берегись, детка, я не знаю, что они замышляют… Пока Градер здесь, надо быть начеку. В конце концов он уедет: кое-кто в Париже об этом позаботится. Он и не подозревает, что я переписываюсь с этой его Алиной. По счастью, она его крепко держит. И все-таки я вздохну свободно, только когда он отсюда уберется.

— А мама-то! Ты видел? — спросила вдруг Катрин. — Какова! Бровью не повела! Я с нее глаз не спущу…

Нет, он не мог ее видеть, поскольку она стояла позади его кресла.

— Может, в конечном счете она и довольна, что я не хочу за Андреса, — сказала Катрин.

Она глядела в пространство.

— Остерегаться надо не мамы, а этого типа, бандита… Не нравится мне, когда он притворяется тихоней. Будь чрезвычайно осторожна, девочка, следи за всем, особенно на кухне… За огнем присматривай. Не выходи на улицу в темноте. — Он прервался, откашлялся. — Надо тебе заглянуть в счета: Андрес — внук фермера, в глубине души он всегда на их стороне и против меня. Говорят, он любит землю… Играть на руку тем, кто наживается за наш счет, не значит любить землю. Посмотри, как он позволяет отцу обкрадывать себя. Так и с нашими должниками: он им все прощает. Слабак. Не хватало только, чтобы он стал тут хозяином. Короче, следи за ним.

— Не беспокойся, они все у меня под наблюдением, — ответила Катрин.