Пассажиры империала - Луи Арагон

только в связи с какими-то его планами. Всё началось с того дня, как господин Мореро повёз его и Фредерика в свой замок. У господина Мореро имелся самый настоящий замок. В департаменте Уазы. В ста километрах от Парижа. С ними ездила госпожа Мореро, попросту говоря, его любовница. И Фредерик тоже взял с собой свою любовницу. Не Люлю. Люлю — это business 29. Нет, у него есть другая, — Сюзанна, мадемуазель Сюзи. Высокая, с красивыми длинными ногами. А какие у неё плечи! И, как будто случайно, там была ещё подруга Сюзанны — мадемуазель Роза Ватар. Хитрость, белыми нитками шитая. Надо же было и Жюлю предоставить даму, а в окружении Мореро красоток хоть отбавляй. Прекрасно. Девчонка лет восемнадцати, а может и того меньше. Очень беленькая. Невысокого роста и хохотунья. Пухленькая, а бюст такой, что не оторвёшь глаз, ни на что другое уже смотреть не можешь. Жюль сразу поддался.

Поехали в такси. Фредерик сел рядом с шофёром, три женщины, Мореро и Жюль — сзади. Было тесновато. Кавалеры любезничали с дамами. Фредерик спокойно предоставлял приятелям тискать его Сюзи, не видя в этом ничего предосудительного. Мореро говорил, что он предпочитает ездить в такси, хотя вполне мог бы завести собственную машину, — она даже обходится дешевле. Он всегда берёт такси и для своих поездок в Вильмомбль, в департаменте Уазы (есть ещё другой Вильмомбль — в департаменте Сены, не смешивайте). В Вильмомбле находился его замок; такси Мореро иной раз держал с субботы до понедельника, приглашал за стол и шофёра. Среди них попадаются весельчаки; если парню захочется позабавиться, а одна из дам будет в настроении, — пожалуйста… В тот день за рулём сидел высокий белокурый малый с приплюснутым носом; он хохотал до упаду, слушая анекдоты Фредерика.

Может быть, они, то есть Мореро и Фредерик, нарочно всё подстроили и подсунули Жюлю Розетту, для того чтобы заманить его в свою лавочку. Но какое это имеет значение? Сколько лет ему не попадалась такая приятная малютка. Такая молоденькая и покладистая, и уже всё умеет. Она никогда не была в публичном доме, а работала на одного субъекта, с которым, однако, недавно случилось несчастье. Его засадили на двадцать лет. Розетта — соломенная вдова.

Как посмотришь на замок Вильмомбль, сразу поймёшь, что у Мореро всё на широкую ногу. Тут у него и пруд и карпы. Можете себе представить, сколько работы садовнику со всеми этими цветами; ведь их надо менять, как только они чуть-чуть повянут. В замке живут какие-то родственники господина Мореро, и они всё держат в порядке. Здесь удобно устраивать приёмы. Мореро необходимо это делать: разве можно вести в Париже такие крупные дела, как у него, и не принимать у себя гостей. Дельцов из политических сфер, а также сутенёров. В заведениях Мореро всегда богатейший выбор. Ловкий дьявол! Он всем решительно оказывает услуги, а поэтому у него никогда не бывает неприятностей.

Эх, если б Жюль раньше познакомился с ним. Разумеется, Мореро не зря так любезен с Жюлем. Понять это не трудно, не вчера родились. Раз у людей общие интересы… Всем известно, что честнее Мореро не найти. Разумеется, со своими людьми. Достаточно заслужить его доверие. А уж он никогда в беде не оставит. У него, конечно, есть приятели в охранке. Ладно, а у кого их нет? Разве Жюль сидел бы спокойно на своём месте, если б время от времени не давал кое-каких сведений инспекторам? Но Мореро — это сила! И человек великодушный, не бросает даже стариков. Попадёшь в число друзей Мореро, вроде как обеспечишь себе пенсию. Да он и сам говорит напрямик: если не идёшь со мной, значит, ты против меня… А уж если он что-нибудь вбил себе в голову… Жюлю он оказал большую услугу: дал ему верные сведения, во что надёжнее всего вложить деньги…

А в сущности, почему бы не войти в кампанию с Мореро?.. Тем более, что дела в «Ласточках» идут не так уж хорошо, — времена трудные, люди на деньги стали прижимисты. Теперь ведь не так, как прежде, когда иностранцев в Париже было хоть пруд пруди, а шампанское лилось рекой. Теперь, если хочешь взвинтить цены, нужно заново отделать заведение, и это недёшево стоит. А цены надо взвинтить обязательно, потому что всё дорожает. Но как же это сделать, когда принимаешь клиентов в старой, пропахшей плесенью хибарке. Одну только красную гостиную обновили, а во что это обошлось?

Поглядите, что делают нынче хозяева гостиниц. Они составляют компании и орудуют сообща. А кто не захочет участвовать в их комбинации, полетит кувырком. Везде — в Довиле, в Трувиле, на Парижском пляже, — сплошь компании. Ну и с публичными домами такая же история. Времена меняются, нельзя отставать. Делай, как все, а то тебя сожрут. Сколько за последнее время обанкротилось мелких коммерсантов! Крупные проглатывают мелкоту, — это уж правило. Если человеку повезло и у него есть такой знакомый, как Мореро, и если Мореро к нему расположен…

Только вот в чём штука, — Мореро поставил категорическое требование: Дору долой. Он прекрасно знает, как эти старые сводни любят всем распоряжаться по-хозяйски. Никогда не будешь держать дело в своих руках, пока от них не избавишься. Раз они были владельцами заведения, то и будут по-прежнему считать себя хозяйками, на всё у них свои взгляды, всё они желают делать по-своему. Нет, ну их! С мужчиной дело другое, с ним всегда можно договориться, да и потом, мужчину что интересует? Деньги. Ему бы только стать акционером, пайщиком, с него этого вполне достаточно. Разве он будет стремиться всё делать сам? При современной системе и персонал должен быть современным. Нельзя же оставить во главе заведения старую колотовку, которая не в курсе нововведений. А вот предположите, что в «Ласточках», так сказать для вывески, поставят молоденькую красотку, которую опытный, зрелый человек держал бы в руках…

Да, но как же патент? Патент можно перекупить.

— За ценой не постоим. Только убедите свою компаньонку. Конечно, это меня не касается, дело ваше, но вы же ещё не старик. Надо пользоваться жизнью. Сейчас у вас заведение так поставлено, что, собственно говоря, вашего там ничего нет, но и компаньонку свою вы бросить не можете. Верно? Старая история: рано или поздно вам придётся взять в помощники кого-нибудь помоложе, — Фредерика, например… а потом постепенно заведение уплывёт у вас из рук… С чем же вы останетесь? Ни денег, ни молодости. Вот и живите со своей старухой. А ведь все сбережения-то положены на её имя. Обычная