Рассказы о важном - Дарья Черная

– И что случилось? – спросила я.

Мячик, словно подслушав наш разговор, упал на одеяло.

– Извините, – сказал мальчишка, подбежав к нам.

– Невнимательность, – ответил мужчина, когда ребенок убежал к родителям. – Развелись. —А думаете почему? – Каждый раз как ссорились, столько всего говорили друг другу. – По неосторожности.

Я посмотрела на мужчину:

– Не пытались исправить ситуацию? – спросила я его.

Мужчина поправил густые волосы. Его лицо украшали ярко-зеленые глаза и первые морщинки. Хотя он не был человеком, внешность которого заставляет останавливать взгляд, образ мужчины выражал спокойствие и умиротворение.

– Жене было важно, чтобы мы отмечали праздники вместе. – ответил он. – Если бы она сказала это…

Я улыбнулась и вспомнила сказки. Там чудесные принцы должны были читать мысли принцесс и были готовы достать для них Луну с неба. Но принцессы часто не знали, что они хотят, а если знали, то не просили. Принцы же, по традициям фольклора сражались с драконами и чудищами и просить не должны были. У дружбы в сказках, почему-то было все хорошо: и теремок строился и колобок, если не мог с чем-то смириться, просто уходил.

– Может быть, все-таки поспешили с расставанием? – спросила я моего собеседника.

Мужчина вздохнул:

– Вы видели море в бурю, грозу или шторм? – спросил он. – Оно очень красиво, но обладает разрушительной силой.

– Наверное, я слишком люблю море, раз нахожу его прекрасным даже в шторм и бури, – сказала я.

Не успел мужчина мне что-то ответить, как его окликнули по имени. Он извинился и пошел к семье.

Вокруг меня бегала малышня, резвились ребята, на пирсе стояла группа детишек, которые кидали монетку в фонтан, чтобы звучала музыка. Около людей бегал мальчишка, и забирал мячик, который по неосторожности оказывался на чужих полотенцах.

Удивительно, как отношения с людьми похожи на погружения с аквалангом. Иногда мы до жути боимся. Но когда страх заменяет чувство любопытства, то мы пускаем человека в свою жизнь. И неважно кем он становится нам. Поначалу все кажется необыкновенным.

Потом мы забываем, как важно быть внимательным к себе и к другим. Слушаем ли мы близких, словно они говорят инструкцию, которая спасет жизни?

– Ну что, рак-отшельник, – сказал тренер, присев на песок рядом со мной, – Не заскучала?

– Люблю быть одной, – ответила я.

Тренер улыбнулся:

– Прости, – сказал он. Ничего не объяснив, выгнал тебя. – Боялся, что рассержусь и наговорю лишнего. – Тяжести таскать нельзя потому что…

– Это Вы меня простите, буду внимательнее, – сказала я.

Солнце осветило пляж, воздух окутала легкая прохлада. Иногда простые вещи кажутся волшебством, словно…

– Готова к завтрашнему погружению? – спросил тренер, прерывая поток мыслей.

Я улыбнулась инструктору и кивнула:

–Теперь точно готова, – сказала я и поймала мячик, который снова оказался на покрывале.

Мальчишка подбежал к нам:

– Извините. – Я. – Простите, – сказал он.

– Все хорошо, – ответил тренер. – Мы не злимся, но играть лучше за пирсом. – Там нет народу.

Я посмотрела на ребенка. А еще надо научиться делать ошибки, прощать себя и других, – сказала я себе и отправилась в номер.

Теперь готова.

Бесконечная очередь

1

Вот и этот день наступил. ЕГЭ по истории, а затем поступление. Как все сложится дальше – непонятно.

Я дрожащей рукой взял листок у экзаменатора и присел на место.

*Что же в этом тесте? А что я вчера читал? Можно ли будет хорошо сдать экзамен?* – кружились одна за одной мысли в моей голове, словно тучи перед дождем.

А1

"Перечислите какие способы борьбы со стрессом вы знаете?" – хихикнул первый вопрос.

Я поднял руку и экзаменатор сразу же показала мне жестом, что нужно молчать. Тогда я начал просматривать вторую часть теста. Она включала в себя более странные вопросы:

1. Как вы думаете, верна ли та профессия, которую вы выбрали?

2. Оправдаете ли Вы надежды семьи?

3. Сможете ли Вы действительно хорошо зарабатывать и обеспечивать себя?

Я поднял руку и попросился выйти.

– Куда хотите пойти? – возмутилась экзаменатор, – Мы только начали.

– Куда-нибудь далеко, – ответил я.

– Уважаемый ученик, сядьте уже на место, – сказала экзаменатор.

Я открыл следующие задания. В них были отрывки текстов политических деятелей.

*Ещё одно мое слабое место. Но ничего. Я же учил. Надо хотя-бы прочитать задание. Авось повезет или что-нибудь вспомню*

В2

Напишите имя и фамилию политического деятеля:

"Я, так же как и ты, Ваня, имел интересные усики, чрезвычайное трудолюбие, перерастающее в перфекционизм. И, конечно же, характерность. Но я хотя бы лидером был, а вот ты я не знаю куда с таким чемоданчиком пойдешь”

Мне вдруг стало не по себе и я, не дочитав задание, снова поднял руку:

– Извините, я могу выйти? – Мне очень плохо. – Очень, – полушепотом прошепелявил я.

– Хорошо, конечно выйдите, но сначала нужно назначить оброк крестьянам" – сказала экзаменатор, а я ахнул и записал в один из ответов:

В12 – оброк.

И тут же около меня оказались люди, которые обижали меня. Этот мальчик ставил больные подножки в детском саду, а учительница поставила несправедливейшую оценку в четверти. И друг, который меня предал. Все они стояли передо мной-барином, определяющим их судьбу.

– Назначайте оброк, – воскликнула экзаменатор. – Ну же, смелее!

Я застыл с ручкой в руке. Не хотелось ничего решать.

– Ты, тварь дрожащая или право имеешь? – сказал один из учеников, проходя рядом.

– Раскольников, сядьте, – ответила ему экзаменатор, – Экзамен по литературе в другой аудитории, здесь история.

И только успела она вымолвить это, как вдруг все внезапно поменялось и раздался голос из громкоговорителя:

Внимание ученики. Ваши чувства собственность государства. Сложите их после экзамена в коробочку, вместе с мыслями.

*Что же мне положить?*

Я думал только о том, что же будет дальше.

– Положите переживание за будущее, —посоветовала экзаменатор, подойдя ко мне.

– Или что-нибудь похуже – сказал Раскольников и убежал в соседнюю аудиторию.

Я, взяв себя в руки, попытался написать в бланке теста социализм, но оно менялось на такие названия как капитализм и прочее. Бланк был общий на весь мир.

– А во взрослом мире нет гарантий от ошибок, ее варианты же многообразны, непредсказуемы и зачастую неконтролируемы – снова подошла ко мне экзаменатор и продолжила речь, окончательно удостоверив меня в том, что мысли мои теперь тоже могут быть прочитаны.