Чужая жизнь - Сергей Семенович Монастырский

– Не мог бы увидеть Дину Николаевну? – Вежливо осведомился Андрей у открывшего на звонок дверь не бритого мужика в трусах и майке.

– А ты кто?

– Да вы позовите Дину Николаевну, она вам сама объяснит!

– Нет тут никаких Николавн! – Все так же хмуро ответил мужик и закрыл дверь.

Андрей посмотрел в выданную ему бумажку. Адрес был верным.

– Молодой человек! – окликнул его женский голос.

Андрей оглянулся. Из соседней приоткрытой двери смотрела старушка вхалате.

– Да? – откликнулся он.

– Да вы зайдите! – пригласила старушка.

Также как тот мужик начала расспрашивать.

– А вы ей кто?

Чтобы сильно не заморачиваться, Андрей на ходу придумал версию о двоюродном брате, приехавшем из другого города.

– А вы разве не знаете, что она ослепла? – удивилась старушка.

Андрей тоже удивился, чем чуть себя не спалил, но тут же выкрутился.

– Мы с ней созванивались редко. В последний раз она сказала, что заболела, но что ослепла – нет, не говорила!

– Ослепла, ослепла. – Пояснила старушка. – Из дома бедняжка выйти не могла. Я уж ей помогала, то хлеба куплю и принесу, помогу по квартире. А потом знаете, все мы стали бояться, что она дом спалит. Прихожу как-то, а у нее огонь на кухонной плите горит. У нас же они газовые! И что ж ты не выключила?! – говорю.

– Да я,– отвечает, – вроде бы выключила!

Ну, мы в домоуправление позвонили. Те пришли, посмотрели.

– Это, говорят, дело собеса!

Приехали из собеса, что-то с Диночкой говорили, потом стали откуда-то ходить какие-то женщины, вроде как обслуживать. Не знаю, что у них там произошло, но вот несколько месяцев назад увезли Диночку в дом инвалидов. Сказали, ей – там хорошо будет!

– А в какой дом инвалидов, на всякий случай спросил Андрей, уже радуясь, что вот дело и закончилось.

– Да кто ж ее знает!

… Дома за ужином Андрей рассказал всю историю.

– Ну, вот и все, – вздохнула Валентина, – государство о ней позаботится.

– Ты это серьезно?– усмехнулся Андрей.

– А я Андрюш, не представляю, чем бы ты ей помог.

Андрей и сам не представлял. Но хотелось поскорей закончить эту так и не кончавшуюся историю.

– Ладно, – вздохнул он.

– Смотри, Андрюша! А то я о твоем психическом здоровье задумалась!

– Да здоров я, здоров! Хочешь докажу! – и Андрей поднял жену на руки и понёс в спальню.

– Так у тебя физическое, а не психическое! – весело сопротивлялась Валя.

– Так у меня всякое! – заверил Андрей.

… Радовался, однако, он рано. Днем позвонила старшая медсестра, телефон свой он ей оставил.

– Ну, как она там? – спросила старшая.

– В инвалидном доме. Там за ней ухаживают, – пояснил Андрей.

– В инвалидном?! – ахнула медсестра. И помолчав, добавила, – пропадет Диночка! Совсем пропадет!

– Почему? – растерялся Андрей.

– А вы, молодой человек, в инвалидном доме бывали?

– Нет, – честно сказал он.

– Советую сходить. А в каком она?

– Не знаю.

– Если узнаете, позвоните мне, – сказала старшая и повесила трубку.

… С таким настроением Андрей в этот вечер и вернулся домой. Настроение было странное. С одной стороны, далась же ему эта медсестра! Она была не из его жизни, не из его семьи и вообще, не из близких к его его жизни.

– Ну и все, на этом заканчивай, – посоветовала Валентина.

– Да теперь перед старшей медсестрой не удобно, вроде я ей должен. Да и маме, что я скажу?

–Андрюш, ты опять?! Нашел маму?

Андрей все же не любил незаконченных дел. – Ладно, решил он, найду, увижу – жива мол, здорова, и на этом все!

Город был немаленький и по запросу компьютер выдал в городе четыре дома инвалидов. Все они были далеко за городом.

Называясь то дальним родственником, то школьным другом, он объезжал каждый из них.

– Есть такая, – ответили в одном из них, а что вы хотели?

– Видите ли, меня просила медсестра, передать ей небольшую посылку.

… Дом инвалидов находился на краю заброшенного парка в рабочей окраине города. Территория была загорожена, и войти на нее можно было только по разрешению заведующей.

Охранник провел Андрея к одноэтажному со следами былой штукатурки зданию и передал дежурной – то ли медсестре, то ли нянечке.

Был, видимо, обеденный час и все население этого богоугодного заведения собралось в небольшом углублении коридора, называемом, по-видимому, столовой.

Особых инвалидов Андрей как-то не заметил. Были несколько человек на колясках, а все остальные в основном, очень пожилые мужчины и женщины, выглядели вполне здоровыми людьми.

– Они инвалиды, – пояснила провожатая, – у всех серьезная группа. Но берем только тех, у кого по жизни нет возможности себя обслуживать. Нет у них никого! – добавила она. И тихо шепнула – зэки, например, отсидят по десять – пятнадцать лет и всю жизнь по тюрьмам, а как состарятся да кучу болезней заработают – кто за ними ухаживать будет?!

Публика стучала ложками по дну алюминиевых мисок, гоготала, шмакала щербатыми ртами, и только кучка женщин за дальним столом, вела себя тихо, и не принимала участие в общем веселье.

Нет, на санаторий это не походило!

– Дина Николаевна! – позвала провожатая, и от стола старушек поднялась молодая еще, лет сорока женщина в довольно приличной одежде, в отличие от большинства, и осторожно направилась на голос. Ни по глазам, ни по каким-то внешним признакам нельзя было угадать, что она слепая и только очень осторожный шаг и нерешительные движения выдавали в ней незрячую.

И сидевшая за столом публика повернулась в ее сторону, весело давая команду:

– Прямо, прямо! Налево, нет направо!

– А ну молчать! – крикнула повар, а то второго не дам!

Когда Дина приблизилась, Андрей быстро, чтобы сопровождающая не обнаружила, что они незнакомы, догадался взять Дину Николаевну под руку.

– А я вас сразу узнал, Андрей я, друг вашего двоюродного брата, он вам посылку прислал -там у меня в машине…

– Можете пройти на территорию – разрешила женщина, но за ограду ни на шаг! Да вас охрана и не выпустит. Там в беседочке поговорите, Дина Николаевна знает!

Ничего не понимающая Дина, взяв Андрея за руку, вывела по узкому коридору на улицу.

– Кто вы? – наконец спросила она.

– Пожалуйста, тише, сейчас все расскажу. Где беседка?

– Да вы ее, наверное, сами видите.

Андрей увидел. Беседка стояла у забора под огромной липой.

Деревянный пол ее был заполнен окурками, пробками от пивных бутылок, какими-то бумагами.

Но пришлось сесть.

В двух словах Андрей рассказал свою историю.

– Что вы от меня хотите? – спросила Дина.

– Хочу узнать, чем помочь, мама просила!

– У вас была прекрасная мама. Мне очень жаль – грустно сказала Дина. – Не знаю,