Больше, чем я просила - Екатерина Шерив

– Петербург – красивейший город. Я с удовольствием приеду к тебе в гости.

– Я обязательно тебя позову! – расправив плечи, заявила Полина. – А что у тебя с работой?

– Ничего не могу найти, – Тата уселась на кровати в позу по-турецки, подтянув за колени свои домашние льняные штаны. – Я так скучаю по детям, по школьной атмосфере… Я уже устала сидеть дома.

– Неужели во всём Нижнем Новгороде нет ни одной школы, где требовался хотя бы один учитель начальных классов? – удивилась Полина. – Не верю! Ты ведь ищешь работу по специальности?

Тата кивнула, а потом сказала:

– Это кажется странным, согласна. В своей-то школе я так быстро нашла работу…

– Не думай об этом! – отмахнулась Полина. – Этой школы больше нет. Её, увы, закрыли. И теперь не только ты обиваешь пороги учебных заведений, но и твои коллеги. Но с другой стороны, может это и к лучшему. Зарплата там была такая крошечная. С твоими знаниями, энергией и трудолюбием ты достойна лучшего места, чем та школа.

– Поля, пойми, тут дело не только в деньгах. Ты знаешь, какие в этой школе учились дети? Они действительно хотели учиться. Они с самого раннего детства знали, каким трудом достаётся кусок хлеба. А знаешь, кем были их кумиры? Не Джонни Дэп и не Анжелина Джоли. Они хотели быть похожими на своих кормильцев. У кого-то это были бабушка и дедушка, а у кого-то старший брат или сестра. Они горели желанием и волей, чтобы выучиться, а потом отблагодарить своих опекунов за их заботу. Это просто уникальные дети! С ними действительно хотелось работать!

– Ах, Тата… Где ты только таких детей нашла? К тебе, наверное, липнет только всё хорошее, потому что ты сама как ангел. Откуда ты только такая взялась? – произнесла Полина, прижав руки к щекам.

– Поля, перестань! Мне, правда, жаль, что эту школу закрыли. Мне очень нравилось там работать, и я чувствовала себя нужной. Но ничего не поделаешь! Этой школы и в самом деле больше нет, поэтому ни к чему много об этом говорить.

– Ты такая самодостаточная. Увы, но мне одного колледжа мало. Я хочу получить высшее образование и делать карьеру в Петербурге.

– Это хорошо, что у тебя есть амбиции. Просто моё счастье состоит немного в другом.

– И я даже догадываюсь в чём… – лицо Полины оживилось.

– О чём это ты? – спросила Тата.

– Точнее… о ком, – Полина приподняла брови и часто заморгала.

– Ты что говоришь об Артёме?

Услышав эти слова, Полина звонко рассмеялась:

– Заметь, это сказала не я!

– Поля, прекрати! Всё это давно в прошлом.

Тата шумно выпустила воздух из ноздрей, от чего кудри, обрамляющие её лицо, всколыхнулись.

– Как ты можешь над этим смеяться? Ничего, что у него жена, а сын уже этой осенью пойдёт в первый класс?

– Да уж… Тебе осталось только разузнать в какую именно школу он пойдёт и начать делать всё, чтобы именно в этой школе получить работу! – Полина ещё звонче засмеялась, тряхнув своими рыжими хвостиками.

– Поля, ты размышляешь, как будто этих семи лет и не прошло? Я думала, ты повзрослела. Очнись! Тебе уже девятнадцать лет, – сказала Тата и дёрнула подругу за один из её растрёпанных хвостиков.

Полина задумалась и умолкла, но через пару секунд снова расхохоталась.

– А ведь и правда! Прошло семь лет. Тата, не могу поверить! Ты считала годы, проведённые вдали от него, – произнесла Полина, делая вид, что цитирует фразу из сентиментального романа.

Тата на эти слова промолчала. Она взяла большую подушку, подложила её под руки и уткнулась в неё подбородком.

– Как жаль, что я уеду и не смогу увидеть эту душещипательную встречу, – сказала Полина, вытирая слёзы от смеха. – Когда вы, кстати, к нему идёте?

– Завтра вечером, – ответила Тата, глядя в сторону.

– Ну, признайся! Ты безумно хочешь его увидеть? – Полина наклонилась к Тате. – Ты ведь была так в него влюблена!

– Я не буду врать, мне на самом деле интересно узнать, например, почему они все вернулись из Москвы… да и даже в какой-то степени и взглянуть на него, – Тата подняла глаза к потолку, – но я больше не влюблена в него. Это уже в прошлом. Я стала взрослее и теперь смотрю на эти вещи по-другому.

– И как же ты на них смотришь?

– Без розовых очков. Знаешь, я иногда вспоминала о нём, и эти воспоминания были очень светлыми. Вот я и сейчас улыбаюсь, потому что была такой влюблённой и наивной. Но вспоминать об этом мне всегда приятно, потому что, хотя и моя первая любовь была безответной, я всё равно рада, что она у меня была именно такой.

– Да… Я до сих пор помню, как у тебя вырастали крылья, когда ты бегала к нему, чтобы он помог тебе решить задачу по математике.

– Я это делала не потому что он мне нравился. Я правда не понимала, как они решаются.

– Верю. А ещё я помню, тебе ужасно нравилось, когда он называл тебя «куколка». Если бы ты не была такой рассудительной, то точно бы решила, что и он к тебе не равнодушен.

– Да брось ты! – отмахнулась Тата. – Не равнодушен? Он всегда относился ко мне, как к ребёнку. Собственно, я им и была. А то, что он называл меня куколкой… я и вправду просто обожала это!

Полина и Тата ещё долго придавались воспоминаниям. Но, когда часы пробили ровно восемь вечера, Полина взяла свои сумки и направилась в коридор.

Тата обещала подруге не раскисать, поэтому изо всех сил сдерживала слёзы. Она замечала, что Полина сживает губы и избегает её взгляда.

У входной двери Полина стояла и болтала о всякой ерунде, но вдруг резко подошла к Тате и обняла её. Таких крепких объятий от неё Тата никогда раньше не чувствовала.

А потом Полина с такой же резкостью отпустила Тату и молча вышла из квартиры.

И только, когда Тата закрыла за подругой дверь, её слезам уже никто не мог помешать.

***

– Спасибо, что пришли. Мы вам обязательно перезвоним, – сказала улыбчивая женщина из очередного отдела кадров.

– До свидания, – привычно ответила Тата и покинула строгий директорский кабинет.

«Мы вам обязательно перезвоним», – повторила про себя Тата, шагая по широкому асфальтированному бульвару, сложив руки в карманах куртки. В последнее время она часто слышала эту фразу. И почему она так долго не может найти работу? Ведь у неё был опыт. Пусть небольшой, всего год, но