Париж в Кишинёве - Георгий Александрович Каюров

– Да что же я сделала? – оправдывалась Наденька, голос её срывался от слёз. – Я заплачу вам за койку. За всё заплачу. Мама приедет и заплачу.

Дамы медленно шли и объяснялись, но только Наденька думала, что всё для неё закончилось, а для Клавдии же Платоновны всё только начиналось. За разговором она искусно вела «племянницу» в направлении парка Пушкина, как верная подруга барышника исполняла план – дойти до кафе. Внимая нравоучениям, Наденька в душе успокоилась – ведь малознакомый мужчина, которому хотела, вот так запросто, отдать её «тётка», исчез.

– Очень хорошо, – смягчилась «наставница», продолжая крепко держать девушку под локоть. – Вот и заплатишь. Только зачем с матери три жилы тянуть. Скажи, пожалуйста… Что за беда, если ты посидишь с Виктором вечерок… Он такой образованный и вполне обстоятельный. Не то, что какой-нибудь студентишка-шантрапа. Он никогда не обидит девушку. У него большой бизнес… – Клавдия Платоновна не успела договорить, как неожиданно над ними громыхнул знакомый басок:

– Кафе заполнено!

Женщины подняли головы и увидели свесившегося через перила Виктора, с расплывшейся в улыбке физиономией.

– Разрешите предложить вам Наденька незначительный презент, – он прытко сбежал по ступенькам и протянул девушке плитку шоколада.

Наденька от неожиданности обомлела и глядела на подошедшего Виктора хорошенькими, но заплаканными глазками, боясь даже моргнуть. Ей ничего не оставалось, как молча принять подарок в яркой обёртке.

– Иван Иванович! – неожиданно вскрикнула Клавдия Платоновна. Она резво развернулась на каблуках и, указывая неопределенно куда-то в кусты, застучала каблучками, на ходу бросив: – Наденька, ты подожди меня в компании Виктора, а я сейчас вернусь, мне нужно сказать несколько слов.

– Давайте прогуляемся, – предложил мужчина, едва Клавдия Платоновна скрылась за кустами, и поспешил добавить. – Пойдём следом и подсмотрим, чем занимаются и о чём шепчутся старики.

– Нехорошо подсматривать, – парировала Наденька, но ей и самой хотелось пойти следом за «тёткой». В этом она видела хоть какую-то безопасность для себя, но и не решалась покинуть людное место.

– Не стоять же истуканом, – развёл руками Виктор и, заметив, что девушка колеблется, отвернувшись, разыграл обиду.

– Хорошо. Пойдёмте, – согласилась Наденька, желая поскорее догнать Клавдию Платоновну.

– Чур, не так быстро, – Виктор поднял руки вверх, показывая, что сдаётся и быстро идти не собирается. Наденька умерила шаг, и они пошли рядом.

Виктор много рассказывал о Кишинёве, о парке по которому они прогуливались, был любезен и предупредителен. Наденька неустанно оглядывалась по сторонам, настойчиво выискивая знакомый силуэт. Постепенно она успокоилась и даже стала поддерживать беседу, поведав о родном посёлке, в котором прошло её детство и сейчас жили родители. Прогуливаясь, они вышли на площадь перед огромным зданием.

– В этом доме находится руководство страны, – махнув в сторону высоких дверей, пояснил Виктор.

Из здания вышли несколько человек и расселись в черные «волги». Машины тут же укатили. У входа остались те, кто открывал и закрывал двери министерских авто. Они тихо переговаривались и, наскоро попрощавшись, разошлись. Один из них направился навстречу нашей парочке. Виктор оживился и даже подтянулся, но человек шёл, опустив голову и не обращая внимание на окружающих.

– Михал Иванович! – Виктор подскочил к мужчине, когда тот поравнялся с ними, и подобострастно протянул руку.

– А, Витя. Привет, – мужчина задержал шаг и окинул Наденьку утомлённым взглядом.

– Михал Иваныч, рад вас видеть, – зачастил Виктор. – На сегодня всё?

– Да, – сухо ответил мужчина. – Ты звони, – и снова бросив короткий взгляд на спутницу Виктора, добавил: – А то и заходи, – кивнув на прощание, мрачный мужчина ускорил шаг.

– Ты знаешь, какой это человек!? – с восторгом выпалил Виктор, поворачиваясь к Наденьке. Её спутник так сиял от удовольствия, что его настроение передалось и Наденьке. Она оглянулась, ещё раз посмотреть и удостовериться, «какой это человек», но тот уже скрылся из виду. Виктор продолжал возбуждённо, о чём-то рассказывать. Наденька его не слушала, сердце у неё трепетало от осознания того, что она идёт с человеком, с которым поздоровался этот, угрюмого вида мужчина, вышедший из дома правительства, и даже уточнил: «Ты звони, а то и заходи». Больше она не опасалась Виктора и, когда переходили улицу, сама взяла его под руку и уже не отпускала. Они прошли ещё один квартал и оказались у небольшого сквера.

– Это наш Арбат, – равнодушно пояснил Виктор.

Наденька разглядывала суетящихся людей. Одни упаковывали картины, другие – различные рукодельные украшения.

– Почему Арбат? Он, кажется, в Москве? – неуверенно проговорила Наденька, предчувствуя глупость вопроса и то, как над ним будет смеяться её спутник.

– Ты бывала на Арбате в Москве? – вместо ответа поинтересовался Виктор.

– С мамой в детстве, – выдохнув с облегчением, соврала Наденька. Виктор не ответил, вместо этого они пошли обратно. Оба молчали. Наденька даже забеспокоилась.

– По мне, так лучше назвали бы Версаль, – прервал молчание Виктор.

– Почему Версаль? – прекрасно удивилась Наденька. Она не знала, что такое Версаль.

– Версаль мне напоминает Париж, – мечтательно пояснил Виктор.

– Это в Париже? – неуверенно переспросила Наденька.

– Н-да-а, Наденька, н-да-а, – задумчиво протянул Виктор и снова умолк.

– Вы были в Париже? – восторженно проговорила Наденька. У неё перехватило дух. В воображении замелькали огни и её представилось, как она гуляет по улицам Парижа в шикарных нарядах и галантные мужчины ухаживают за ней, поправляя шаль, сбившуюся от вечернего ветерка. Она совсем забыла о «тётке», а когда подошли к парку и, остановились у входа.

– Наденька, давайте поедем где-то перекусим, – весело предложил Виктор, – а то вы меня уморите пешими прогулками. Я вообще-то не хожу так много пешком.

– Ходить пешком полезно, – игриво возразила Наденька.

– Ещё полезнее соловья кормить не только баснями, – Виктор опустился на одно колено и крикнул: – Сжальтесь!

Неожиданная выходка смутила Наденьку. Она оглянулась по сторонам. На них устремились людские взоры со всех сторон.

– Вставайте. Идёмте, едем, только вставайте. Люди смотрят, – хватая за руку Виктора, тихой скороговоркой пролепетала Наденька.

Ухватив под руку довольного Виктора, зардевшаяся, с низко опущенной головой, Наденька спешила покинуть людное место. Она не успела опомниться, как уже сидела в той самой сверкающей машине и они катили по сумеречному городу. Виктор молчал, и это молчание нагнало тревогу на Наденьку.

– Что это за рога на потолке? – удивилась Наденька, разглядывая салон.

– Это хорошо ты отметила, – Виктор взглянул, на что указывала девушка, улыбнувшись, задумчиво проговорил: – Потолок и рога, – и тут же пояснил: – Это не рога. Это Эйфелева башня. Вершина уходит на заднее сидение. То, что ты назвала рогами – нижняя часть – опоры.

Наденька решила больше ни о чём не спрашивать и вообще не разговаривать, чтобы не казаться глупой. Она внимательно следила